Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

Думаю, после этого они бы склонили головы. Быстро, молча и без попыток выпендриваться. Однако, как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги. А овраг случился довольно эпичный — целый Земляной Дракон восьмого ранга. Которого мы прикончили, тем самым спасая миллионный город от катастрофы

— Госпожа…

— Алена. Николаева-Шуйская Алена Александровна, — представилась моя спутница.

Я, вынырнув из своих мыслей, изумленно взглянул на неё. Нет, я проводил ритуал принятия её в Род, но то была формальность по своей сути, временная легализация, пока она не определится, какую судьбу выберет.

И потому она всегда была либо Алёна, Лина, Лёля — для друзей и близких, либо Алёна Александровна для всех остальных. Без фамилии, даже там, где по правилам её стоило называть. Даже Второму Императору эта строгая дама непререкаемым тоном заявила, что она сейчас не Романова. И вообще пока что не имеет желания обзаводиться фамилией.

А сейчас назвала. Николаева-Шуйская. И сидит такая спокойная, с прямой спиной и чуть-чуть приподнятым подбородком, создающим ощущения, что на тебя смотрят сверху вниз — истинная представительница высшей аристократии, рядом с которой вся наша четверка смотрится неотесанными невеждами. Ну ладно, не вся четверка — Петр старший тоже неплох, но и он абсолютно теряется на фоне этой дамы.

Однако несмотря на всё внешнее спокойствие и уверенность, я чувствую, через нашу с ней связь, как она волнуется, мечется и даже паникует, с трепетом чего-то ожидая…

А, ну да. Что-то я туплю…

— Я рад, что ты определилась с выбором, — посылаю я ей мысль.

Вкладываю в телепатический посыл всю эмоциональную теплоту, что есть. Для неё это очень важно, а она для меня, после всего того, что мы пережили, снимая её печать и соприкасаясь душами, очень близкий человек. Я сам не могу толком объяснить, как именно близкий — как женщина, как друг, как сестра… Всё вместе и ничего из этого одновременно — но факт в том, что она для меня второй человек после Хельги. И я искренне готов поддержать её выбор… И рад, что этот выбор остановился на нас.

— И рад втройне, что выбор пал на наш Род, — продолжил я. — Я сделаю всё, чтобы ты не пожалела об этом.

— Спасибо, — донеслось в ответ.

Очень тихое, но наполненное глубинной радостью. И через нашу связь я ощутил, как все отрицательные эмоции смывает волной облегчения. Камень размером с гору только что упал с души девушки, на лице мелькнула тонкая улыбка и она перебила Старейшину Дороховых, что-то пытавшегося нам втолковывать и на что-то упирать.

— Милейший, позвольте напомнить вам напомнить — это ваша армия сейчас заперта в ловушке, это ваш Глава и единственный Маг Заклятий убит в бою, и это мы убили тварь, появившуюся в вашем городе. И если бы не мы, вы тут минимум полгорода в порошок бы стёрли вместе с населением. И на этом ваш Род бы кончился даже без нас — не будет Бийска с его Источниками, заводами, мастерскими и лояльным населением, из которого выходят ваши гвардейцы, дополнительные маги из числа простолюдинов, налоги в конце концов. А без всего этого — долго бы вы продержались в статусе Великого Рода?

— Во первых, мы убили бы тварь куда раньше, чем она успела бы устроить серьезные разрушения в городе, — возразил ей другой Старейшина, самый старший из них и единственный Архимаг, помимо самой Главы. — Мы в своём городе, столице Родовых земель, здесь сердце нашей мощи — и уж одну-то тварь мы бы своими силами точно прикончили. Во вторых — даже оставшихся в городе сил и средств более чем достаточно, чтобы отразить любую возможную попытку взять Бийск на меч.

— Можно я не буду сдерживаться и возьму все переговоры на себя? — мысленно попросила Алена.

Как можно простой улыбкой вызывать ощущения, что перед тобой оскаливший клыки хищник я понятия не имею, но моя подруга это смогла. Чуть-чуть изменилось положение кончиков губ, брови немного опустились вниз, глаза прищурились, скулы заострились — и вот перед тобой вместо вежливо-спокойной аристократки уже сидит волчица. Всё такая же источающая ауру благородства и знатности, но — хищница. Всё же есть что-то в полноценном воспитании высшей знать, есть… Мне для подобного эффекта надо аурой или Силой Души давить, а ей простой мимики хватает.

— Вперед, — дал я ей отмашку.

— Насчет же вашего превосходства в силах — у нас тоже есть союзники, и они готовы прийти нам на помощь. Однако мы не хотим продолжать этот бессмысленный конфликт и готовы выплатить определенную контрибуцию, дабы прекратить войну, — добавила новоиспеченная Глава Рода. — Пять сотен миллионов рублей это в несколько раз больше любых потерь Соколовых в этой войне.

— Судари и сударыни, вы, признаться, меня несколько удивляете, — подняла точеную бровку Алёна. — Вы либо поразительно наивны, либо принимаете нас за глупцов. И я даже не берусь сходу решить, как из этих вариантов хуже… Для вас, не для нас — у Рода Николаевых-Шуйских всё прекрасно при любом исходе дела.

— Как красиво вы завернули обвинение либо в идиотизме, либо в наглости, граничащей с подлостью, — улыбнулась Ирина Дорохова. — Но уверяю вас, госпожа Николаева-Шуйская — вы серьёзно недооцениваете ситуацию и переоцениваете силы вашего пусть уже и Великого, но притом весьма молодого Рода. Старые Рода копят силу веками… И сил этих у нас имеется достаточно, дабы неприятно удивить любого противника.

Я, оба Петра и Алтынай при последних словах Ирины не сдержали улыбок. Какая-то Дорохова, чей Род лишь пару веков как Великий, кичиться веками и накопленным могуществом перед дочерью предыдущего Императора Российской Империи! Перед женщиной, что выросла в правящей семье Романовых, одного из древнейших боярских Родов и уж много столетий как правителей Руси! Дороховы только-только стали Великим Родом в дни молодости Алёны!

Да что уж там — мой собственный Николаевск, которому даже пяти лет ещё нет, может похвастаться не меньшей защищенностью! У меня там, помимо куда более мощного, чем Дороховский, гарнизона, имеется Хранитель Источника и, что важнее Дух Огня восьмого ранга, привязанный к Родовым Землям и способный в любой миг, несмотря ни на какие блокировки, прийти на помощь городу.

И она тут рассказывает бредни о их возможностях. Смех, да и только. Блеф, отчаянный и безнадежный.

— Госпожа Дорохова, — вздохнул Петр старший.