Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

и не побоялись, что это в Бариде. – Керо уловил некое подобие изумления на распухшем лице Дэвида. Сальные волосы липли к грязной коже, кровь местами запеклась. – Да, Дэвид, обезьяны и лихорадные напали еще на один город, только теперь в Бариде. Там, правда, быстро купировали их: манлио все-таки имелись на местах. – Керо вытащил из рюкзака бутылку воды, а ножницы положил сверху на решетку. – Дураком надо быть, чтобы не понять их план. Уже все судачат о революции. И пока вокруг будет царить безумие, Святой Йонас и Ямисару смогут обезопасить себя и своих близких чернилами, которые, по идее, лечат эту заразу.

«По идее – они до сих пор не знают, что чернила работают». Дэвид закрыл глаз и сильнее навалился на стенку. Лишь бы не видеть, как Керо пьет воду возле клетки.

А потом он ощутил, как его руку подняли и куда-то потянули. Дэвид зажмурился. Его сердце забилось быстрее, он хотел бы отбиться, но не мог пошевелить телом, по которому лупили палками много часов подряд. Он даже не мог оценить полученный ущерб. Все тело болело, каждая клеточка. Возможно, сломанных костей у него намного больше, чем он предполагал.

Но прикосновение нагретых под палящим солнцем ножниц к мизинцу он ощутил. Острые лезвия схватили его в свои крепкие объятия.

– Где Святой Йонас? – Вопрос звучал так, будто ему давали последний шанс.

Дэвид стиснул челюсти. Но сломанный и распухший нос не пропускал воздух. Дэвид открыл рот и часто задышал. Его грудь содрогалась от рваного дыхания. Еще немного, и Дэвид начнет молить о пощаде. Но он всеми силами держался. До последнего.

– Сдохнуть среди сахарного тростника для типа вроде тебя будет обидно.

«Вы меня все равно убьете, а если и отпустите, убьет Святой Йонас».

Попал в плен – лучше убейся. Святой Йонас не принимал назад таких людей, а если те прятались, он их выслеживал и приказывал убить. Дэвид собственноручно убивал таких по приказу Святого Йонаса.

Дэвид открыл глаз и прямо посмотрел на Керо. Его образ разрезала на квадраты толстая решетка из переплетенного бечевкой бамбука. Узкие глаза смотрели на Дэвида внимательно, въедливо.

– Знаешь, почему ты еще жив?

Ножницы начали сжиматься. Дэвид закашлял, когда попытался глубоко вдохнуть. Острая боль в груди резанула похлеще ножниц. Его ребра были сломаны.

Тонкие струйки крови потекли по руке. Керо по локоть вытащил руку Дэвида из решетки, сжимая ножницы на мизинце.

Кое-как прокашлявшись, Дэвид сплюнул вязкую слюну. Сил харкнуть как следует не хватило. Слюна потекла по подбородку, по мокрой от пота шее, потекла на такую же влажную грудь, покрытую порезами с запекшейся кровью и чернеющими гематомами.

Керо надавил на ножницы еще сильнее, и они разрезали кожу. Дэвид завыл от боли, прижимая затылок к решетке. Он попытался выдернуть руку, но у Керо хватало сил одной рукой сжимать его запястье, чтобы удержать на месте.

Ножницы царапали фалангу пальца. Теплая кровь струями текла по руке и капала на землю, текла до локтя, заливала и подмышку, застревая там в мокрой от пота поросли. Дэвид кричал. Ему было ужасно больно, невыносимо.

Керо усмехнулся и разом отрезал мизинец.

Дэвида тошнило, но рвать было нечем. Рвотные позывы только раздражали нутро, все тело ныло от болезненных спазмов. У него кружилась голова. Одуряющая жара и влажность, нестерпимая боль.

Подняв мизинец с земли, Керо отряхнул с него грязь и ткнул им Дэвида в щеку, когда тот припал без сознания к решетке. Керо не отпускал его руку. Он достал зажигалку и прижег огнем обрубок на мизинце Дэвида.

Тот уже не реагировал.

Присев на корточки возле него, Керо сказал, тыкая его в щеку и опухший глаз отрезанным мизинцем:

– Скоро за тобой придут обезьяны.

Глава 18

Обезьянка в клетке

Белоснежный рис остывал в чашке.

Кэсси смотрела на него, медленно переводила взгляд на другие блюда, что поставили на столе ради нее одной. Над ним свисал один включенный светильник, а вокруг – приглушенный свет. Из кухни только что ушла женщина, которая помогла Кэсси разобраться с навороченным душем, рассказала на ломаном конлаокском про губку, которую после использования нужно бросить рядом со смывом, мол, она из каких-то обработанных водорослей и растворится в воде. Показала шампунь, который просто великолепно пах ванилью, не дешевой пародией на ваниль, а дорогой ванилью. Служанка выдала целый набор для гигиены, Кэсси даже не пришлось переживать из-за своих средств, также она пообещала привести в порядок сам рюкзак и вещи в нем. Кэсси заранее вытащила все самое ценное и выданное ведьмой. А вещи, в которых проходила сегодня, попросила выкинуть. Ей выдали шелковый халат до колен и с рукавами до локтя. Цвет халата был небесно-голубым, его ткань была мягкой и приятной на ощупь. Кэсси даже дали нижнее белье, а вместо бюстгальтера – удобный топ.

Но надела она легкий хлопковый сарафан цвета крем-брюле. Он был достаточно простой в пошиве, без излишков в виде рюшек или бахромы на подоле. Приталенный, свободный и простой, будто его шили под какую-то одежду как дополнение.

Кэсси сидела в нем за столом, и ей впервые было комфортно.

Остывал не только рис, но и тарелка с наваристым супом из куриного мяса с пшеничной длинной лапшой, рядом также нетронутым стояло какое-то блюдо – Кэсси не знала, как оно называется и что входит в его состав. Оно просто остывало в чашке.

Кэсси поставила локти на стол и уронила лицо в ладони. В ушах все еще кричали люди, слышны были лязг катан, свист стрел и выстрелы из пистолетов.

А еще в ушах кричал Дэвид и просил не уезжать.

«Я не справлюсь с заданием». – Кэсси одной рукой подпирала подбородок, другой придвинула к себе по столу коробку и вытащила из нее платок.

– Я не умею этого делать. – Признание вслух звучало горько. Она трогала платок пальцами, перебирала его, сжимала в ладони, зажмуривалась, но ничего не видела, не слышала и не чувствовала. Кэсси сдалась и тяжело выдохнула, положив голову на стол. – Я не справлюсь.

Усталость подкашивала. Кэсси ощущала ломоту в костях и замутненность сознания. Стоило хоть на секунду дольше держать глаза закрытыми, как шум в ушах приглушался и тело тут же расслаблялось. Она кое-как заставила себя поесть, сидя одна на просторной кухне, которая ужасно напоминала кухни в элитных домах. Много умной техники, которая великолепно встраивалась в деревянный гарнитур. Посреди обилия шкафов с черно-красными фасадами стоял остров, над которым висели сковороды, сотейники, еще какая-то посуда,