Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Слушай, Митрич, — сказал я задушевным голосом, — раз уж ты все равно их на сторону продаешь (продаешь-продаешь, не отпирайся), продавай все их мне, я больше заплачу, а другим ничего не надо давать (что сказать покупателям? хм… ну скажи, что чертежи испортил или потерял и больше не можешь ничего сделать). Сколько хочешь за одну штуку?

Митрич прищурился, посмотрел на потолок и запросил треху… через полчаса торговли сошлись на трехе за два кубика, в день обещал делать 3–4 штуки, выдал ему авансом червонец. Вот и славно, к выходным накопится запас, в Москве раздам нужным людям, реклама это полезная штука, да.

Ну а далее в программе у меня значилось строго: Анюта-копейка-улица Черниговская-мельница Башкирова. Это недалеко от политеха было, спуститься только по Зеленскому съезду и прямо-прямо пару километров по Нижне-Волжской набережной. А вот и ДК Речников напротив Речного вокзала, бывшая городская биржа и будущий ночной клуб Z-Top. А в промежутке между ДК и ночным клубом это было жуткое не пойми чего с проваленным потолком и избирательным участком под открытым небом… как уж там — «Голосуй сердцем», да… а еще печенью и кишечником.

— Ну вот она, твоя Черниговская, — сказал я Анюте, — а это бывшая мельница Башкирова, сейчас Мелькомбинат № 1. А это их подсобные помещения… давай-ка еще раз по карте прикинем.

Мы вышли из машины, сели на парапет набережной (вид отсюда открывался весьма прикольный, тут и площадь Ленина тебе с одноименным Ильичом, и Ярмарка… точнее то, что от нее осталось, и два моста, справа Канавинский, слева Окский, метромост еще не скоро построят, а вдали Стрелка с собором Александра Невского, без куполов, на крыше деревья растут, красота, да и только), я развернул карту.

— Так, сзади у нас это 17А и 17Б, это не то, а вот сбоку от них 17В, это вроде оно и есть, судя по выбитым стеклам, здание необитаемое, пошли пройдемся что ли.

17В было огромным, я даже не ожидал, шесть этажей, каждый 4-метровой высоты, на улицу выходило довольно узким фронтом, но в длину было все 60, а то и 70 метров.

— И как же в этой хоромине-огромине что-то обнаружить? — вырвалось у меня, — хоть бы намек какой был на более точную локацию…

— Есть намек, — невозмутимо ответила Анюта, — я сегодня на лекциях эту карту очень внимательно изучила, там на обороте были карандашные записи, потом их стерли, но если смотреть под нужным углом, прочитать можно.

— И что же там написано?

— Вот, сам смотри, — и она протянула мне сложенную нужным образом карту, — я конечно не большой специалист в дореволюционной орфографии, но по-моему тут написано «пр. под.30фут. лев. стор.4.кир. снизу». Пр — это наверно правый… или прямой, под — подъезд или подвал, остальное и так понятно.

— Давай исходить из того, что «пр» это правый, а «под» это подъезд, у 17В как раз 2 подъезда, зайдем что ли, они вроде никак не охраняются.

По кучам битого кирпича, щебенки и тому подобного строительного мусора кое-как протиснулись к правому подъезду, я чуть не разодрал себе куртку о торчащие во все стороны арматурины, Анюта же, натренированная в спортзале, легко уклонялась от разных препятствий. Зашли, я продолжил философствовать относительно карандашных отметок:

— «30фут» это понятно что, только в какую сторону эти футы и от чего отсчитывать… как думаешь? Ну примем в первом приближении, что вверх, это будет… это будет около 9 метров, значит третий этаж, поднимаемся… закосим немного под Индиан Джонсов.

— А это кто?

— Герой американских комиксов, отважный археолог, который ищет древние сокровища и при этом постоянно находит приключений на свою задницу. Кино вроде на эту тему вот-вот выйдет.

Лестница тоже была изрядно захламленной, двери естественно отсутствовали как класс, перила тоже давно обвалились, так что смотреть вниз в центральный проем было страшновато. На третьем этаже оказался огромный зал во всю длину здания, вот не меньше тыщи квадратов, тоже заваленный мусором, наверно раньше тут какие-то механизмы мельничные стояли.

— Теперь налево и смотрим на нижние кирпичи.

Посмотрели, толку с этого было маловато — штукатурки тут то ли никогда не было, то ли обвалилась она, все кирпичи на виду были и все они на вид абсолютно одинаковые.

— Предложения какие-нибудь будут? — уныло спросил я.

— Так точно, тщ майор, — браво взяла под козырек Анюта, — надо простукать эти кирпичики, а особое внимание уделить четвертому ряду снизу.

— Дай я тебя поцелую, умница ты моя, — ответил я и взял в руки молоток, а ей второй дал (эти инструменты мы из дома захватили). — На, стукай.

И мы в четыре руки начали обстукивать кирпичики по периметру зала… примерно через десяток минут Анюта крикнула мне (мы уже находились практически в диаметрально противоположных концах зала):

— Тут звук другой!

Я подбежал к ней, чуть не растянулся на куче мусора, кретин, но удержался таки на ногах. Постучал сам в то место, куда она показывала, потом рядом, действительно что-то тут не так. Достал из сумки маленький ломик типа фомка и начал долбать по стыкам неправильного кирпича. Тяжелое это дело, граждане, выбивать кирпичи дореволюционной кладки — там же раствор с яичным желтком замешивали, на совесть, так что скорее сам кирпич раздолбаешь, чем отсоединишь его от соседних. Полчаса битых короче у меня ушло на то, чтобы хоть немного освободить проем, аж взмылился весь, Анюта при этом тихонько стояла рядом и не мешала.

— Ну вот, пустота тут какая-то есть, — сказал я ей, свалив остатки кирпича внутрь, — давай проверять, что там. Ты будешь проверять или мне доверишь?

Анюта всецело доверила это дело мне.

— Есть! — сказал я придушенным голосом, зацепив какую-то металлическую хрень в глубине стены, причем палец при этом себе располосовал, хрень эта оказалась с зазубринами по краям.

— Ну что там? — Анюта аж подпрыгивала в воздух от возбуждения.

— Самому интересно, — ответил я, вытаскивая на свет божий металлическую коробку от дореволюционного монпансье. Тяжелая, зараза, и на крышке у нее значит был нарисован сначала двуглавый орел, потом надпись «Товарищество Г.Ландрин» и уж в самом низу «Монпансье» с загадочной добавкой «Смпсъ». — Открываем?

— Нет, блин, назад положим в закрытом виде — чего спрашиваешь-то? — моими же словами подколола меня Анюта.

Попробовал снять крышку — не идет, заржавело, тогда я подцепил край отверточкой (вот не спрашивайте, зачем я ее в сумку сунул, сам