"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

— Невероятно! — выдохнул Мансур, глядя на меня со странным выражением. — Просто невероятно!

Глава 49

Мансур неверяще разглядывал пышущий жаром угольно-черный накопитель. Верховный даже коснуться его не смог, настолько кристалл оказался горячим.

Смотреть в этот момент на сильного арха было удивительно приятно. А еще я чувствовала едва ли не эйфорию от понимания того, что хоть и отдала безмерно много Силы, мой источник не опустел. Безусловно, он сжался, утратив значительную часть энергии, но ее осталось еще достаточно, чтобы я не падала от упадка сил, чтобы чувствовала себя все еще сильной.

Мансур поднял взгляд на меня.

— Я должен знать, кому предназначили вас Боги! — хмуро бросил он. — Вот поэтому демонов боятся и уничтожают, гардара! — ткнул он в кристалл. — Такая Сила не должна принадлежать одному, тем более, гардаре.

— Тем более гардаре?

— Да! Вы ведь не станете спорить, что подвержены влиянию эмоций больше, чем даргары? Моя жена тоже сильная гардара, знаете где она?

— В святилище, — прошептала в ответ, смущенная напором Верховного.

— Это был единственный выход, чтобы она не натворила бед!

А вот тут я испугалась. Отшатнулась, просто не контролируя свои порывы. То есть это Мансур отправил свою жену в храм? Не она сама приняла такое решение?

Сзади меня сжал Адиль. Его горячие руки на плечах чуть успокоили, но я все равно хотела бы уйти, чтобы не видеть этот горящий взгляд Верховного. Буквально прожигающий меня насквозь. Виски сдавило огненным обручем, перед глазами все поплыло. Я почувствовала, как сквозь мое сопротивление прямо в мозг ввинчиваются раскаленные щупальца Силы Мансура.

— Отец, прекрати! — рыкнул Адиль. Никогда еще я не слышала, чтобы он был настолько рассержен.

— Это ведь Бурхан? — Мансур проигнорировал сына. Верховный вышел из-за стола и подошел ближе, усиливая напор. — У него такая же метка, я прав?

— Да, — прошептала частичную правду, едва не теряя сознание от оглушающей боли, но вместе с тем я чувствовала, что Мансур не добился желаемого, он не смог пробиться сквозь щит, который я сама научилась возводить. Опробовала его впервые и осталась полностью удовлетворена.

Больно? Не спорю, так и есть, но мысленная стена, которую я выстроила в сознании не позволила Верховному безнаказанно шарить в моей голове.

— Старший сын Кахрамана завалил меня посланиями, гардара, — сообщил Мансур. — Он почти перешел черту в своих требованиях. Признаться, до этого момента, — кивок на кристалл, — я не слишком его понимал. Теперь вижу, что ему есть за что бороться.

— Отец!

— Хватит, Адиль! Гардара находится на территории Зартага. Мы отвечаем за ее безопасность, но вместе с тем, имеем право на некую откровенность.

Наконец-то давление ослабло. Из меня словно воздух выпустили. Колени ослабели, и я непременно бы упала, не поддерживай меня Адиль.

— Вам было мало моей откровенности? — спросила дрожащим голосом. — К чему эта показная атака?

— Вы знаете, гардара, — вместо ответа обратился Верховный задумчиво, — знаете, что архи, высшие даргары бывают только мужского пола? Нет? Так вот, я вас просвещу. А знаете, что отличает высших даргаров ото всех остальных? Тоже не знаете? Их отличает, гардара, способность управлять несколькими видами энергии. Их отличает одаренность Богами. Но, самое главное, — Верховный сделал паузу, прежде чем закончить. — Самое главное — способность управлять помыслами подданных. Вы — первая гардара, кто способен на все то же самое! Первая высшая гардара. И вы на территории моей страны и полностью в моей власти.

— Я не умею управлять мыслями, — буркнула упрямо.

— Лишь потому, что вас никто не учил! — отрезал Мансур.

— Этот допрос, он разве не показал, что я не замышляю ничего плохого? Арх Мансур, как мне доказать, что все, чего я хочу — спокойствие?

— Извиняться за допрос не буду! — рявкнул Верховный. — Считаю, что имел на него полное право! Что же до ваших желаний, гардара, пока что вокруг вас сплошные раздоры и распри! О каком спокойствии речь?

Сжала зубы, чтобы не наговорить того, о чем непременно пожалею. Даже глаза опустила, потому что и взглядом не хотела показывать той злости, что горела внутри. Мансур — Верховный арх Зартага, я полностью в его власти! — твердила и твердила себе без остановки, стараясь выровнять дыхание.

— Гардара, — взял слово Данияр. — В Зартаг дошли вести о событиях, что творятся в Орхартене. Мы слышали о смерти Верховного, и это не может не беспокоить.

— Но при чем тут я? — искреннее недоумение даже не пыталась скрыть. — Если уж у вас есть связь с Бурханом, то именно ему и следует адресовать свой интерес!

— Я не одобряю убийство Верховного, — веско уронил Мансур. — Даже ввиду того, что Кахраман был женат на подданной Зартага, которая погибла при довольно странных обстоятельствах.

— О смерти Джании из рода Этнариш ходит немало слухов, разговоры до сих пор не унялись, — подтвердил Данияр. — С Бурханом лично знаком только Адиль. Нам же с отцом ни разу не довелось побеседовать с ним лично. Кахраман словно нарочно прятал старшего сына, скрывал от политических союзников. Да и наследником он назвал другого.

— Я ничего не знаю об отношениях Кахрамана и Бурхана, — пришлось пояснить. — Я была свидетелем лишь одной сцены, но и та оставила у меня в душе неизгладимый след. Я слышала, что Бурхан ценил отношения с Адилем, — обернулась на младшего арха. — Ценил вашу дружескую переписку.

— Это правда, — улыбнулся Адиль. — Я могу поручиться за Бурхана, отец. Кахраман несправедливо угнетал его, но Бурхан все равно не озлобился, он до последнего пытался наладить отношения. Смерть Джании стала той каплей, которая переполнила чашу.

— И все же наследным объявлен другой арх! — заметил Мансур. — Ашраф, должно быть, уже принес клятвы Богам и стал Верховным.

Может и так, — кивнула про себя, вспоминая то плачевное состояние, в каком пребывал Ашраф при последней нашей встрече. Но вряд ли Боги простят ему нарушенную клятву.

— Можно я уже пойду? — снова посмотрела на Мансура. — На все вопросы я ответила, накопитель вам зарядила. Что касается управления Орхартеном — тут я профан. Ничего сообщить не могу, а если бы могла, то не стала бы. Добровольно так точно, потому