Лучший мистический детектив - Гапарон Гарсаров

— Ромка сказал, что у тебя побывали воры, — проговорила Аида. — Это правда?

— Сами же видите, — указала девушка на разбитое окно и присела на кровать.

Лавра остановилась возле пустой рамы и посмотрела на улицу.

— Тебе надо срочно написать на этих олухов жалобу, — посоветовал Кривовцов, переключая каналы. — Они и только они виноваты в этом.

— Да я хотела поначалу, устроила всем разгон. Но потом Валентина Амосовна меня успокоила и клятвенно пообещала, что предпримет все меры, чтобы такое больше не повторилось.

— А что вообще украли? — переспросил Женя, сидя на кровати с другой стороны.

— На удивление, ничего, — с облегчением ответила Марина. — Я несколько раз всё пересмотрела, но вроде всё осталось в комнате — мобильник, деньги, драгоценности.

— Странно, — подметила Лавра, выглядывая на балкон. — У меня такое ощущение, что окно разбили изнутри.

Марина недоумённо уставилась на неё.

— Почему?

— Стёкла, — Гербер указала пальцем и полностью открыла треснутую дверцу, — они все лежат здесь, смотрите.

Ребята осторожно выглянули на сверкающий осколками балкончик.

— Действительно, — согласился Кривовцов.

— Нет, в комнате тоже стёкол было очень много, — отмахнулась от этих подозрений Марина. — Их убрали, а вот с балкона пока нет.

— Всё равно, — согласился Фанелин с первой версией, — здесь их гораздо больше.

— Только если уборщица всё туда не вымела, — предположила Аида.

— Да вы сами подумайте, — с решимостью продолжала Лавра. — Как сюда можно залезть с улицы?

Она посмотрела вниз, где в тени зеленели низкорослые акации.

— Со двора досюда точно не достать. А сверху… — она задрала голову. — А сверху трудно спуститься незамеченным, ведь на третьем этаже рабочие, они бы обязательно увидели постороннего.

— А ты не подумала, Гербер, — запротестовала Холодова, — что эти самые рабочие и могли сюда спуститься?

— Но ведь ничего не пропало, — напомнил Фанелин.

Марина замялась и отошла обратно к кровати, где продолжала сидеть Гаагова, ничуть не заинтересованная версиями ребят. Лавра оглядела все углы балкона, вновь посмотрела на землю, пытаясь понять, как злоумышленники могли попасть сюда.

— Нет, — подытожила она, закрыв треснутую дверь, — я не думаю, что в твой номер проникли с заднего двора. Может быть, кто-то отсюда вышел, но никак не намеревался забраться внутрь.

— И что ты хочешь этим сказать, что в комнату зашли с входной двери?! — оживилась Аида.

Лавра вздохнула и отошла к небольшому столику, на котором лежали газеты и журналы, купленные Холодовой в посёлке. Она взяла их и уселась в кресло, предпочитая лучше молчать, чем раздражать окружающих своими доводами.

— Я боялась, что пропадут деньги, — объясняла Марина. — Отец и так грозился перекрыть мне финансы, а тут, не дай бог, ещё и это. Он бы точно оставил меня на мели.

— А что вообще у тебя потрогать успели? — переспросил Роман, вновь присев перед телевизором.

— Воры перевернули мою сумку, разбросали повсюду одежду, косметику, но ничего не взяли.

— Может, их кто-то спугнул? — предположила Гаагова.

— Не знаю, — безразличным голосом отвечала Марина. — Хорошо, что всё закончилось благополучно…

Лавра искоса посмотрела на неё и продолжила перебирать газеты. Погром Марининого номера показался ей слишом странным происшествием. Впрочем, сама Лавра была даже рада — Холодова заслуживала что-нибудь в этом духе. Фанелин тоже не очень-то старался вникать в суть разговоров. Он присел рядом с Гербер и забрал у неё несколько газет, чтобы немного отвлечься.

— Гляди-ка, — вдруг произнёс он с тревожным видом. — Здесь про тот музей написано. Ну, помните, краеведческий!..

— Ага, и что пишут? — отозвался Кривовцов, пытаясь настроить очередной телевизионный канал.

— Его обокрали…

Лавра почувствовала, как жар прилил к её лицу.

— Помните ту коллекцию? Ну, того князя, Бальваровского? — продолжал Женя, глядя в газетную статью. — Так вот здесь написано, что её похитили, полностью, все сокровища, подчистую…

— Дай-ка посмотреть? — содрогнулась Аида, выхватив газету из рук Фанелина.

— Прочитай вслух, — потребовала Марина.

Гаагова прищурилась и прочистила горло.

— Накануне в областном краеведческом музее произошло крупное ограбление, грозящее стать сенсационным среди преступлений этого лета. Неизвестные проникли в музей поздно ночью, обойдя жёсткие охранные системы, которые почему-то отказались сработать. Похищена уникальная коллекция драгоценностей, обнаруженная всего несколько недель назад в монастыре Хеста. По предположению историков, сокровища принадлежат князю Скопию Бальваровскому и датируются двенадцатым веком. При налёте смертельно ранен служащий музея, дежуривший в эту злополучную ночь. Очевидцы происшествия и руководство выставочного учреждения отказываются от общения с прессой. Возбуждено уголовное дело…

С минуту в номере воцарилось молчание.

— Какие-то прям страсти за нами тянутся, — произнёс после паузы Фанелин, бросив газеты обратно на столик. — В монастыре кто-то вскрыл гроб, а теперь ещё и музей ограбили.

— Да, явно все эти вещицы Бальваровского прокляты, — заключил Роман, сидя на полу.

— А помните, — вмешалась Лавра, стараясь держать голос поуверенней, — когда мы с вами были в музее, внезапно погас свет?

— Конечно, — выпалила Марина, аккуратно расчёсывая волосы. — Я только собиралась книги посмотреть и — бац! — сразу всё вокруг темно.

— Да уж, — подхватила её слова Гаагова.

— Здесь что-то нечисто. — Гербер поднялась с кресла и обернулась к Фанелину.

— А нам-то что? — переспросил он и почему-то улыбнулся. — Мы ведь ни в чём не виноваты. Просто случайно оказались теми, кто в последний раз видел эту коллекцию. Считайте, нам крупно повезло.

— По ходу дела, нас могут ещё и к следствию приобщить, — добавил Кривовцов. — Если менты побывают у археологов, то те сто процентов расскажут про наш приезд.

— Сволочи, — буркнула Холодова.

— Да ладно, чего вы волнуетесь, — махнула рукой Гаагова. — Я согласна с Женей, наша совесть чиста. Пусть докажут, что это мы открыли гроб. И вообще, никто нас к делу привлекать не станет, что за вздор!.. Кому это надо?

Все в очередной раз обменялись напряжёнными взглядами.

— В конце концов, ведь сегодня у нас вечеринка! — воскликнул Женя и вновь заулыбался во все зубы.

* * *

Около четырёх часов после полудня Лавра решила изучить окрестности санатория, тем временем как остальные разбрелись по своим номерам. После обеда было бы неплохо вздремнуть, остудить голову от беспокойных мыслей, но заснуть вряд ли бы получилось после таких ужасных новостей. Только на свежем воздухе удавалось как-то держать себя в руках.

Лавра смотрела на уходящие в парк аллеи, на дворника, который подкрашивал чёрной краской фонарные столбы, на здание санатория, охваченное палящим солнцем. От этого пейзажа на душе хоть и ненадолго делалось тихо. Но упрямая голова не переставала думать о браслете, о пропаже в монастыре Хеста и об ограблении музея. Последнее событие вконец вывело Лавру из равновесия. Если утром она ещё размышляла над тем, как лучше сообщить ребятам о своей находке, то