Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

похоже, он погорячился, когда предполагал, что Ирэна закончила только восемь классов. Вряд ли она окончила три — девушка оказалась неграмотная до одури. Реар даже не предполагал, что в одном слове можно сделать столько ошибок.

Он смачно чихнул и зло бросил приторно смердящую открытку в пакет. С остервенением затолкал туда же упаковочную бумагу и уже схватил подаренный девушкой костюм, чтобы отправить его следом, но вдруг замер в нерешительности.

Проклятье! Он сейчас не в том положении, чтобы воротить нос от подачек. Что, если Ирэна обидится и не выдаст другого костюма? Не хотелось бы, действительно, как Хухрик, ходить в одном и том же следующие несколько месяцев.

Реар вздохнул и развернул костюм, рассматривая его. От цвета, конечно, хотелось блевать, но... костюм оказался отличного качества. Швы аккуратные, прочные, ткань — вроде мягкая...

Реар снова вздохнул и начал снимать свой костюм. Надо хотя бы примерить. Если не подойдёт — он с чистой совестью отправит вещь в утилизатор для переработки.

Сопя от усердия, Реар стал переодеваться и удивился тому, что костюм ему подошёл — у мелкой поганки, кажется, отличный глазомер. Мужчина застегнул молнию, подошёл к настенному зеркалу...

— Фу, млять! — в глазах тут же зарябило. Хорошо, что он не страдает эпилепсией, иначе от одного взгляда на этот костюм он бы уже бился в судорогах на полу.

Реар прикрыл глаза, пережидая приступ тихой ярости. И именно в этот момент понял... что костюм — обалденный. Ткань была мягкая, приятная на тело, лёгкая и, кажется, даже терморегулирующая.

Реар подвигал плечами — костюм сидел просто идеально. Так мог сшить только его личный портной! Он снова открыл глаза и поспешно отвёл их от зеркала, чтобы ненароком не увидеть своё отражение. Потом прошёлся по каюте.

«А что, нормальный костюм», — наконец решил он. Самое важное было — не отражаться в зеркальных поверхностях, чтобы не поплохело, и всё будет нормально.

— Ну что ж, поиграем, Ирэна? Надеюсь, ты будешь довольна, — хмыкнул мужчина и с мстительной решительностью направился в пищеблок.

[24] ЛСД - полусинтетическое психоактивное наркотическое вещество из семейства лизергамидов.

Глава 30

Ирмелис находилась в благодушном настроении духа. С самого утра она пробежала пять километров по беговой дорожке, провела полную разминку, приняла освежающий душ и теперь, мурлыкая себе под нос какую-то песенку, собиралась приступить к завтраку. Визоры демонстрировали солнечное осеннее утро за «окнами», Чешуйка аппетитно чавкала пропаренной отбивной, и, в целом, атмосфера на пищеблоке была умиротворяющая и шибко идеалистическая.

— Доброе утро, Ирэна, — тихий голос застал её врасплох, когда Ирмелис наливала себе чараки.

Она подняла взгляд и так и застыла, не осознавая, что чараки из переполненной кружки льётся на блюдце.

— Капец... — непроизвольно вырвалось у неё, когда она увидела Реара... в идиотском голографическом костюме!

Но тут же опомнилась и, подскочив, бросилась к гостю:

— Капец! Тебе так идёт! — восторженно заверещала она, с восхищением оглядывая мужчину. — Я так и знала, что он тебе подойдёт! Смотри, сидит как влитой! Мой лучший друг — Ворончик Щебетунчик (да, кстати, он гей и поёт просто офигенно), был бы в полном восторге, если бы увидел тебя. Да что там — в восторге! Он наверняка попытался бы пригласить тебя на свидание!

Самодовольное выражение на лице Реара мгновенно сменилось мрачной гримасой, когда Ирэна бестактно озвучила его самые мрачные предположения. Игнорируя не в меру говорливую дуру, с которой он по злому року судьбы оказался заперт на одном корабле, мужчина решительно двинулся к визору, чтобы выбрать завтрак.

К сожалению, сегодня, похоже, был не его день. В меню была какая-то дрышня, судя по всему — каша, перетёртая в блендере до консистенции соплей. Её не то что есть — заказывать было страшно, вдруг она кусается! Ещё были котлеты из обезжиренного копчёного заменителя мяса под сладким сиропом, молоко с хлопьями и какие-то скудные листики салата, притрушенные резаными орехами... Всё! Ни яичницы, ни стейка, ни протеинового смузи.

— Так, как?! Познакомить тебя с Ворончиком?! — врезался в его полные разочарования мысли визгливый голосок Ирэны. — Ты учти, что записываться на встречу к нему надо за полгода, так что тебе стоит поторопиться...

«Чтоб ты провалилась со своим педерастом!» — от души мысленно пожелал Реар и, стиснув зубы, чтобы не обложить недалёкую девчонку матом, хмуро ткнул в кнопку с кашей-сопляшей. Потом сделал над собой титаническое усилие и, почти нормальным тоном, произнёс:

— Ирэна! Не стоит себя так утруждать — я почти не слушаю музыку!

Ирмелис сделала страшные глаза:

— Так ты же, наверняка, никогда Щебетунчика не слушал! После завтрака я тебе обязательно поставлю записи всех его концертов! Там, конечно, всего только пять часов наберётся, но ведь лучше мало, чем вообще ничего, правда?

Надо было видеть лицо Реара! Судя по всему, у него не только напрочь пропал аппетит, но его единственным желанием в этой жизни стало — во что бы то ни было — избежать такой страшной участи. На физиономии появилось выражение затравленности, пока он лихорадочно размышлял, как бы отбрыкаться от пятичасовой пытки.

— Может, попозже, а то у меня после криосна ещё голова иногда побаливает! — попытался откреститься от такой радости Реар, с ужасом думая о том, как пять часов подряд будет смотреть кривляние мальчика-гея на сцене. На его лице теперь легко читалось: «Отвали, чего ты ко мне пристала?!»

— Ах да... — Ирмелис деланно погрустнела. — Здоровье превыше всего. Прости, я уже и забыла, что ты слегка того...

Она выразительно покрутила пальцем у виска, потом окинула его сочувствующим взглядом, задержав его чуть дольше положенного немного ниже пояса, и сокрушённо покачала головой. И, потеряв весь интерес к разговору, как ни в чём не бывало, вернулась к своему завтраку.

Кажется, Реара временно парализовало у пищевого автомата — во всяком случае, оттуда ещё минуты две не доносилось ни звука. Ирмелис с трудом сдерживалась, чтобы не поднять глаза: до дрожи хотелось увидеть, как у Реара разве что пар из ушей сейчас не валит. Но... нельзя! Надо делать вид, что она не слышит, как он от злости скрипит зубами. Да — тихо (у Иртана в первое время их знакомства намного громче получалось), но ведь важен сам факт!

Наконец Реар отмер и сделал ещё несколько заказов. Потом почти пошвырял блюда на поднос и сел напротив Ирмелис. Он даже не успел поднести первую ложку