Фантастика 2025-21 - Blackmourne

тряс. Насчёт того, как эта падла Варю хотела подставить. А потом Борьку выловил, когда он свалить хотел, и тоже потряс немного. Это ведь на той неделе во вторник он нас с тобой подставил. И меня как кролика развёл, по дружбе, по дружбе, – Витька посмотрел на заинтересованно ловивших каждое слово одноклассников – и тех, кто рядом и кто стоял чуть дальше, но тоже навострил уши. – Меня попросил помочь и Славу, а сам пацанам из соседнего района слил, что мы идём к ним и хотим наехать.

Дальше Витька в своей любимой манере начал рассказывать всё, что сумел вытрясти из Бориса. Пуганул его Вячеслав, похоже, очень крепко, иначе Борис не поплыл бы и даже под Витькиными кулаками не рассказал бы так много, включая некоторые особо хитрые схемы с участием одноклассников начиная с сентября прошлого года. Причём говорил Витька, как всегда, с додуманными из головы подробностями, но так сплетал правду и вымысел, что верили каждому его слову. Сам Витька из всей этой истории выходил белый и пушистый, жертва негодяя, прикидывавшегося другом и воспользовавшегося его наивностью и доверием. Своё мнение, что Витька не такой уж несчастный, а в половине случаев – как с теми же гадостями про Элли в октябре – сам трепался, и никто его не подговаривал, Вячеслав предпочёл оставить себе. Ибо Борис тонул после такого роскошного рассказа капитально, мгновенно становясь изгоем. Наташа вообще слушала байки с таким задумчивым взглядом, что можно не сомневаться – к Варе она больше лезть не рискнёт, собственная шкура дороже минутного удовольствия от победы над соперницей.

На обратной дороге Варя уже на подходе к дому робко сказала:

– Слава, у те… у нас в холодильнике скоро мышь повесится. Надо за продуктами зайти.

– Точно, я тормоз. Спасибо… – тут до парня дошло: Варя вчера даже кошелёк не взяла, так они торопились. – Так. Варенька, я тебе большой плакат над кроватью повешу. «Мы вместе». Неужели ты думаешь, я буду есть, а ты сидеть голодной и смотреть? Мы как договорились? Наш бюджет на остаток недели ты знаешь, и распоряжаемся им мы вдвоём. Так что пошли, ты в продуктах разбираешься лучше меня, чего надо – то и берём. Тем более «пятёрочка» у нас как раз напротив.

Вышли из магазина оба нагруженные как два верблюда, ибо взяли в итоге намного больше изначального списка. Несколько раз поспорили, когда Вячеслав обращал внимание, что его девушка некоторые вкусности брать стесняется, пусть и хочется, и клал их в корзину. Варя это замечала и начинала ругаться, чтобы он не выкидывал денег на ветер: себе, мол, бери, а она и так сможет обойтись. В итоге закончилось всё со счётом один к одному – половина вернулась на полки, а вторая ушла в корзину.

Когда они уже на обратном пути подходили к пешеходному переходу через дорогу, Варя задумчиво сказала:

– Сейчас, когда вышли из магазина, я тут про дом вспомнила. Удивительно, но они мне сегодня вообще ни разу не позвонили. Неужели я и в самом деле им не нужна, и они без меня так просто обошлись?

Вячеслав мысленно вздохнул. Как и предупреждала его школьный психолог Людочка, уроки как вещь привычная и повседневная помогли преодолеть шок всего что случилось последние два дня. И сейчас начнётся.

– Ну… Они, может, и звонили. Но я вчера все их номера внёс в твой чёрный список.

Варя резко остановилась, хотя как раз собралась шагнуть на «зебру» перехода. Пристально с нехорошим прищуром посмотрела на парня и, не скрывая ярости, сказала:

– Теперь ты за меня всё собираешься решать? Туда ходи, тут не ходи, с этим не общайся? Сменить один ошейник на другой, только покрасивее, чтобы не так давило? Или в интернете умных советов начитался? И когда это ты успел?

– Ну вообще, если честно, это был совет Людмилы Александровны. Вчера, пока ты была в ванной, я ей позвонил и попросил совета, а сегодня утром, пока ходил бегать и заниматься, мы поговорили уже обстоятельно. Она ещё вчера настоятельно советовала заблокировать номер твоего отчима и вообще с ним не общаться до конца недели.

Ответ вышел настолько неожиданный, что Варя на глазах остыла и немного растерянно спросила:

– И зачем? Зачем ты Людочке всё рассказал? Я понимаю, что не просто так, поэтому хочу знать. Почему?

– Затем, что она в проблеме разбирается лучше нашего. Возможно, лишь теоретически и как психолог, но даже так лучше, чем набивать шишки за свой счёт. Это соображение раз. И соображение два, что твой отчим, едва у него страх пройдёт, обязательно попытается отыграться. Узнает, что ты ко мне переехала, таких гадостей напридумывает… И не спорь, я в этом уверен. Но тут кто первый предложил официально свою версию – тот и прав. Сегодня я, помнишь, на пятый урок опоздал? Заходил к Людмиле Александровне, у неё уже сидела директор. Как школьный психолог, – Вячеслав не удержался и улыбнулся, – Людочка такого там накатала, причём половину – задним числом. Вот уж точно наш человек, я когда прочитал – аж мне самому страшно стало. Ты, оказывается, и дошла до нервного срыва, и отчим тебя подталкивает к суициду. Людочка якобы давно наблюдала, но вмешаться не успела, поскольку у твоего отчима крышу сорвало. А меня она как бы тоже ещё с сентября подталкивала. При этом так сумела поставить дело, что тебя директор трогать не станет, и вообще всё происходящее её инициатива, а я только исполнитель. Мы втроём оформили мои показания, директор сказала, что вопросы с полицией она возьмёт на себя. Так что до конца недели мы с тобой живём у меня с официального разрешения и одобрения.

– И они согласились… что мы во так? Вдвоём и даже ночью?

– Втроём, – хитро посмотрел на девушку Вячеслав. – Мы живём втроём. Про то, что мать нас бросила и умотала развлекаться до следующей недели, я как бы и не вспоминал. Телефон у неё не отвечает – так мало ли что? На работе человек занят. Текстовое сообщение в мессенджере я составил так… в общем, бросать отдых за границей и мчаться сюда непонятно из-за чего мать не станет. Как бы проблема есть, но небольшая, почти решена и, главное, её не затрагивает, ведь меня поддержала сама директор школы. Всё, мать не против. А не против чего именно – Людочка и директриса успешно додумали сами.

–