Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

и препятствовало быстрому продвижению. Надо будет учесть в дальнейшем что тут, каламбурчик, в течение дня морское течение вдоль островов меняется. Фая, сидящая посередине, несколько раз оглядывалась на меня, но я её успокаивал, мол, спокойно, всё путем, всё учтено, ну и парня тоже — «Транкииила, Маньяяяна», на что тот заливисто смеялся. Видимо «наше-Рашевское» «Успокооойся. Не волнуууйся» переводилось не так буквально, а имело какие-то дополнительные смысловые оттенки, мне ещё не ведомые.

Попытались пересечь это небольшое расстояние наискосок, но из-за некоторой неслаженности действий экипажа нас вынесло к ещё одному островку, настолько небольшому, что даже людей на нем не было видно. Причаливать к нему не стали — тут и там торчали из-под воды камни, а мы-то на резиновой лодке, риск… Потому и, просто-напросто, лишь обогнули его по широкой дуге и прошли по проливу между ним и ещё одним островом, побольше. На нем также людей было не видно, но на берегу заметно было выжженное место от кострища. Высаживаться и выяснять что там такое произошло, не стали, решили добраться сюда в следующий раз, подготовившись.

Зато удачно вошли между грядами камней в бухту нашего острова. Нам и вчера издалека это место понравилось, а вблизи так и вовсе оказалось, что наш остров своими двумя вершинками как бы закрывал эту бухту от ветра с открытого моря и здесь в неглубокой бухте-лагуне было удивительно уютно. И деревья погуще, причём, похоже, что состояли из каких-то пальм весьма ярко-зелёных, и пляжик узенький имелся. Скорее всего и вода тут где-то поблизости есть.

Причалили. И тут нам навстречу вышел колоритный такой дедок «бабайской наружности». В тюбетейке! Оба-на! Внимательно нас осмотрел и сходу поздоровался.

— Салям Алейкум, Уважаемые! Куда путь держите?

(Резван-абы, пожилой повар-узбек)

Мы с Файей переглянулись и она ответила.

— Алейкум Ассалям! К вам в гости, абый! (дядя — тюрск.)

Тут и я к разговору подключился. Видно же сразу — вполне нормальный дедок. Ну как дедок, я и сам давно уж «не мальчик», хоть тоже уже и с седой бородой хожу, но этот, не смотря на то, что тщательно выбрит и коротко пострижен — заметно меня старше. Встаю и руку протягиваю.

— Иснемысыз, дус! Домой мы вернулись. Я — Кот, Старший здесь, Башар русской группы, моя ханум — татарча табиб Фания, и наш испанский куршэ — Фидель. Ведь это и наш остров, нас сюда переместило. (Здраствуйте, друг; башар — глава, ханум — женщина, табиб — доктор, курше — сосед. — тат.)

— Тогда добро пожаловать «домой», Начальник, — а сам, смотрю, вовсю улыбается. — Могу чаем угостить. Меня Резван-абы зовут.

Дипломатия дело тонкое — особенно у восточных людей. Спешки она не любит. Но и нам торопиться надо — поставка скоро. Переговорили, познакомились. Резван оказался узбеком, давно перебравшимся в Поволжье и, можно сказать, обрусевшим, корни прочно пустившим. И детей и внуков в Россию постепенно перевёз, и на местных татарах и русских переженил и замуж выдал. По возрасту ему бы и на пенсии давно пора быть, но нет, свою кафешку небольшую держал при одном из рынков Самары, как-то там крутился. Повар он, не мог без дела сидеть.

Посмотрели мы друг на друга, прикинули и договорились, что и сами сегодня же сюда переберёмся, место здесь хорошее, стройматериал вон он, рядом растёт, да и с топливом проблем здесь не будет. Да и ручеек с вкусной и чистой водой опять же неподалеку совсем. Его бабай первым делом отыскал. Для Фаи чистая вода рядом — самый весомый аргумент. А Резван-абы в группу нашу войдёт. Так и сказал:

— Вы молодые, знаете что делать, вон у вас и лодка уже есть, и котёл хороший плов варить, и шурпу, а я при вас буду, всяко не один. Алла Бирса, (дословно «Бог даст» — тюркс., тат.) пригожусь ещё. Куда-то далеко плавать по морю мне трудно, а у костра и дома порядок будет — обещаю! И обед будет. Всегда!

Переглянулись мы с Фаей, она мне кивнула: — Булсын, мол (пусть будет — тат.), а я снова руку новому другу пожал.

Оставили Фиделя помогать деду, выгрузили из лодки наш тент, остатки продуктов и всё кухонное, чтобы по максимуму место освободить, и скоренько к месту старта вёслами замахали. Тут уже и Фая попробовала грести второй парой вёсел… Ну что сказать — научится понемногу. Не сразу, правда…

Я же на лодке сзади сижу, подстраиваюсь под её темп, и летим. Решили через гряду волоком перетащить и прошли аккуратно меж крупными камнями, даже не задели дном отмели. Видимо прилив сейчас или как-то так. Вот интересно, что нам напишут за присоединение к группе бабая? Получилось? На всякий случай дали краткую инструкцию что у нас уже есть и что ему брать первоочередного на его личный терминал. Вдруг пока плиты в одну не собрали — ещё не считается, кто ж их поймёт-то… Кстати, прикольно — ему первоначально по-узбекски инструкцию на экране выдали, а потом сразу вдруг неожиданно как-то по-русски всё пошло. Вот он особо-то, потому, и не удивился — когда нас увидел. Почему-то решил, что раз язык общения с ним сменился, то где-то рядом русские уж точно есть. Они, мол, везде есть. И был прав — мы уже тут. А потом и нашу лодочку разглядел, как мы от этого к соседнему острову перебирались. А потом там костер горел. Да и наутро за нами и нашими перемещениями внимательно наблюдал. Хитрый старикан, себе на уме, но наш — точно наш.

На месте нашей первой песенной «ночевки» всё было тихо-спокойно, никто нашу стоянку не посещал, плиты терминальные не трогал. Ну и успели туда мы в самый последний момент. Волновались, не без этого. Какое насыщенное событиями утро оказалось.

Резвана нам пока в группу не засчитали. Испанцев тоже, но с ними-то, как раз, понятно. Вероятно, кроме озвученных вслух намерений надо и плиты в одну объединять. И группы сливать. Ну нет так нет, мы особо-то и не рассчитывали. «Смотрящие сверху», или откуда они там за нами смотрят, всё видят. Потому на наши общих 3 кг заказал по списку, подготовленному Фаей, лекарств и перевязочного материала, общим весом примерно на килограмм. Откуда список? Так просто ж всё! Пока на лодке туда-сюда курсировали, у нас было время и посоветоваться, и переговорить, и к заказу подготовиться, да и записать всё, что брать решили.

Ну что вам сказать, специфический