Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

просканировать его силой манипулятора, пустота, он ничего не чувствовал. Я начал приближаться к нему шагом за шагом ожидая его реакции, но удар молнии так и не последовал, а ведь даже Каори не смогла к нему приблизится, перед ее лицом внезапно встали несколько шаровых молний, что, грозно потрескивая, проводили ее подальше от старика. Подойдя к безмолвствующему старцу, я сел рядом с ним и стал смотреть на волны, мы без слов могли понять друг друга, он устал, как и я. Всю жизнь он строил великий клан, что был силен и богат, делал упор на то чтобы привлекать в клан подающих надежды владеющих любыми способами, ведь даже Эйко могла стать членом его клана, как и я, но это уже когда было понятно что я не пустой. И вот когда твой путь уже практически закончен, все просто исчезло, нет больше той огромной семьи что старик создавал лет семьдесят. Все что осталось это горстка владеющих, что сейчас в трюме, они подавлены, и находятся у бездны горя, но пока что не сломлены, и все же они разом потеряли слишком многое. Это уже не вызов судьбы, а приговор.

Там, в диких землях, он хотел уйти, и я в тот раз не дал ему этого сделать, а теперь я боялся что увижу его мертвым, побежденным. Пока шел я начал винить себя, ведь если бы он тогда ушел, он ушел бы счастливым, зная, что все будет так как он хотел и клан и все его многочисленные родные процветают. Но я ошибался, Чоррун не был побежден, а его холодный взгляд, что бродил по волнам, не говорил, что безумие горя его охватило. Та слабость, что он проявил в диких землях, была всего лишь несуразностью, временной слабостью, а сейчас же передо мной тот, кого я знал, непобедимый и вечно слегка сумасшедший старик.

Так мы просидели около часа, до совета двух кланов оставалось еще три часа, и если понадобится я просижу еще со стариком до самого начала.

— Как твоё имя? — Прервал Чоррун молчание. — Каким оно было в прошлом мире?

— А это разве важно? — Чоррун повернул ко мне голову и ухмыльнулся. — Вот и ты считаешь, что не важно. Я Дэйчиро Шосе, сын Каори Шосе и Айко Райдзина, внук Изамы Шосе.

— И внук Этсуко Райдзин. — Добавил Чоррун. — Знаешь, она не знала что ты иной, в отличии от меня. Забавно было смотреть как, казалось бы, игра пытавшегося выжить в новом мире человека стала его жизнью. Ты не играл когда мстил за смерть, ты не лгал когда обнимал Этсуко и Айко. Так что я не вижу оснований не признавать тебя родственником по крови. Но то что случилось ужасно, и теперь каждая жизнь умершего члена клана Райдзин должна быть оплачена. — Чоррун посмотрел на меня холодным взглядом ожидая моего ответа на незаданный вопрос.

— Должна быть оплачена каждая жизнь. — Вторил ему я.

— Вопрос только в том кому предъявлять счета. — Чоррун сверлил меня взглядом.

— Мне, Чоррун Райдзин. В гибели членов клана Райдзин виновен и я. — С поклоном произнес я, и когда мой лоб коснулся холодной палубы я замер, не отрывая лица от палубы.

— Похвально, Дэйчиро Шосе, что вы понимаете всю ответственность, но оторвите свой лоб, поклонами не вернуть погибших. — Я вновь посмотрел в глаза старика и теперь там поселился огонек, что мог вылиться в яростное пламя. — Мертвых не вернуть, как бы ни обливалось кровью мое сердце, но мы должны думать о живых.

Ветер завыл с удвоенной силой, а волны грозили вот-вот захлестнуть нос корабля, но нас не волновали беснования природы, у нас шел разговор о жизни тех, кто стал думать о смерти, я как манипулятор явственно это чувствовал.

— А теперь перейдем к виденью того что случилось и, как я думаю, надо направить злобу моего клана и те новые возможности, что нам дали трое идиотов, самолично подписавшие себе смертный приговор. Я, смотря на то что случилось с высоты своего опыта, вижу намного больше чем видят другие. Желаете ли вы, Дэйчиро, выслушать бредни старика?

— Со всем вниманием слушаю вас, уважаемый сумасшедший. — Чоррун хмыкнул и посмотрев на волны начал изрекать, словно он находится сейчас не со мной, а где-то там, в самой гуще событий. Как будто он находится над схваткой и предрекает то что должно случиться.

— Смена власти, что была сосредоточено в руках Императрицы Хаоны, беспокоила меня, я понимал, что Хаона продумала, как и кому передаст Империю. Это не могла быть Тэймэй или сам Император по объективным причинам. Только кому-то из своих первенцев, которые были копией ее самой в лице дочери и копией Императора в лице сына. Информация, конечно, не проверенная, но все же я могу сказать так, раньше было бы все хорошо и о никаком перевороте и речи быть не могло, но тут вмешались чувства. Уже как лет пять все кланы Империи надеются что принц поженится, а принцесса выйдет замуж, и если Тэймэй по возрасту могла избегать свадьбы, но только не они. Еще и слухи были что спят они в одной спальне. И перебрались они не просто так в дворец разврата. Ну не надо так на меня смотреть, ты же видел слуг марионеток, думаешь, Император только ими ограничивается? А тут на твоей свадьбе было оглашены сроки свадеб наследников, вот они и решились на такой шаг как убийство собственной матери. Империей была Хаона, она отдала всю себя ей, и война выиграна не вопреки, а благодаря. Если бы не смерть ее, то через три года федерация Гатсен перестала бы существовать, но что случилось то случилось. И я предполагаю, что скоро будет мирный договор между Империей и Федерацией, и Гатсен даже поможет усмирить тех людей, что будут не согласны с новым курсом Империи, пираты вон уже на службе и успешно осваивают прибрежные зоны Империи. — Чоррун замолчал на десяток минут, а его взор переключался с морских волн и устремлялся в небо, я ему не мешал. Он был прав во многом, и сейчас я ждал что он может показать путь, по которому мог пойти я и мой клан.

— Но главный вопрос в том, что же делать нам. Так получилось, что Райдзин пострадали только из-за того, что всегда поддерживали централизацию и связаны родственными связями с Шосе. После смерти Хаоны и смены власти у нас появился в руках козырь, который попытаются ликвидировать. Многие несогласные с позицией дворца разврата хлынут к