Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

безаппеляционно прервал ее я. — Что рану надо промыть, иначе загноится, а там и до сепсиса недалеко. Представляешь, как глупо будет помереть из-за того, что банально не промыли вовремя рану, хотя такая возможность была?

— Да мы и так… — едва слышно пробормотала Тора.

Технически, она права. Выбраться отсюда у нас шансов, прямо скажем, немного. Исчезающе мало, если говорить начистоту. И даже все мои планы начистить десяток чужих морд и спастись бегством — скорее мечты, чем реалистичный вариант развития событий.

Но Торе этого показывать нельзя. Каким бы крошечным ни был шанс отсюда выбраться, он все же был. А значит, нельзя падать духом! И, если на рулетке судьбы все же выпадет «зеро», нужно встретить его ставкой ва-банк, во всеоружии, полностью готовым использовать выпавшую возможность!

А для этого, в первую очередь, надо не падать духом.

А, чтобы не падать духом, в первую очередь надо вести себя так, словно ничего плохого не случилось. Словно ситуация полностью в твоих руках, словно ты все контролируешь и в любой момент можешь повернуть все в свою пользу.

Я много раз выигрывал бои с равным по уровню соперником просто за счет того, что сохранял самообладание. Выигрывал по очкам, но выигрывал. Я знаю, что это такое.

Осталось убедить Тору. Чтобы она тоже не опускала руки, и была готова выплеснуть всю себя в магическом потоке, если получится снять с нее эти браслеты.

Поэтому я и разматывал грязную тряпку на руке Торы, поэтому отрывал новую полосу ткани от своей, умудрившейся остаться чистой, рубашки, промывал подсохшую рану, и заматывал по новой. Благодарная улыбка Торы тонула в сумерках, но я знал, что она улыбается. И благодарна она не только и не столько за то, что я обрабатываю ее рану, а за то, что не теряю духа и не позволяю терять ей.

Заканчивал бинтовать руку волшебницы я уже на ощупь. Стало настолько темно, что кончики пальев вытянутой перед собой руки уже невозможно было разглядеть, они тонули в окружающей черноте. Я уже устал сидеть на земле, ведь невозможно было даже привалиться к стене, а о том, чтобы лечь, и речи не шло — слишком мало места было в этом колодце. Тора умудрялась лежать только потому, что подтянула под себя ноги и свернулась калачиком.

Похолодало. Холод словно просачивался сверху, через щели в крышке, и тонкими струйками падал на дно колодца, постепенно заполняя его. Сначала замерзли ноги, потом стало холодить живот.

Черт, а мы же в пустыне. Я слыхал, в пустынях ночами холод дикий. Если так пойдет и дальше, мы просто замерзнем к утру. Не насмерть, конечно, но воспаление легких — вполне реалистичный прогноз. Сомневаюсь, что одеялом с нами тоже поделятся.

Тора снова задремала. Вода немного приободрила ее, но все равно ее состояние было далеко от нормального состояния. От того состояния, в котором я привык ее видеть. Что-то с ней не так. Хорошо хоть дышит ровно.

Бум!

Грохнуло так, словно где-то рядом взорвался бензовоз!

Я дернулся от неожиданности, толкнув Тору коленями в ухо, задрал голову к крышке, но разве ж там что-то разглядишь!

— Что… Такое? — прошептала Тора откуда-то снизу.

— Без понятия! — ответил я. — Фейерверки, что ли, запускают⁈

Бум!

Всполохи!

На сей раз я что-то увидел — в прогалах плетеной крышки сверкнуло, вспыхнуло, и тут же погасло, оставив после себя легкое зарево, будто от тухнущего заката!

— Нет, это не фейерверк… — констатировал я, пытаясь расшевелить затекшие ноги и снова обрести над ними контроль. — Это точно не фейерверк! Эй, вы там! Что у вас происходит⁈

Ответом меня никто не удостоил.

Но, кажется, я расслышал где-то далеко панический, быстро оборвавшийся, крик…

— Да что там у вас творится⁈ — снова не выдержал я.

В этот раз мироздание удостоило меня ответом. Но не словами, нет — действием. Крышка колодца дрогнула и отлетела в сторону, будто отброшенная мощным рывком!

Едва видный благодаря светящемуся зареву, на фоне звездного неба появился темный тонкий силуэт. Совсем не похожий на тот, что мы видели до этого. Другой.

— Костер палите? — ехидно спросил я. — А нас почему не позвали?

— Вот сейчас и позовем. — неожиданно тонким девичьим голосом ответил силуэт, и положил поперек колодца какой-то дрын, с которого вниз свисала веревка с навязанными узлами. — Только на не на костер, а подальше от него! И, если хотите жить, советую воспользоваться приглашением! Пошевеливайтесь!

Глава 25

Незнакомка

Что ж, хуже не будет. Это раз.

Девушка внушала доверие, это два.

Она совершенно не была похожа на одного из тех, кто нас пленил. Те уроды даже разговаривали медленно, вальяжно, растянуто, будто наркоманы какие-то. Эта мадам говорила резко, быстро и отчасти — насмешливо. Конечно, решать вопрос о доверии человека на основе того, как он говорит — абсурд, но в нашей ситуации либо так, либо никак вообще.

А доверять ей хотелось. Другого способа выбраться из ямы нам точно не выпадет.

Зеро, сука! Зеро!

Я растормошил сонную Тору, приговаривая:

— Вставай! Просыпайся, ну! Давай, девочка, очнись! Надо валить!

— Кого? — сонно пробормотала Тора.

Вот же зараза, понахваталась от меня жаргонизмов! Даже в полусне начала применять!

— Да не «кого», а «куда»! Давай, просыпайся! Лезть сможешь⁈

— Не… Не знаю. — неуверенно ответила Тора. — Куда?

— Ох, твою мать! — выругался я. — Ты явно плывешь! Ладно, слушай сюда! Я сейчас вылезу, а ты уцепишься за вереку, и я тебя вытащу! Поняла⁈ Просто держись за веревку!

— Хо… Хорошо. — дрогнул торин голос. — Макс… Не бросай меня.

— Не дождешься! — хищно улыбнулся я, хотя Тора, конечно, не могла этого видеть в окружающей темноте. — Мы еще всем наваляем! Готовься, когда я скажу — хватайся за веревку!

Я вскочил на ноги, два раза присел, разгоняя кровь в ногах, но в полной мере все равно не смог обрести над ними контроль. Вместо нижних конечностей будто приделали два деревянных скрипучих протеза, которые вроде и могут сгибаться, но сильно не хотят.

Плевать. Я и на одних руках прекрасно лазаю по канату.

Я легко влез на самый верх, уцепился руками за холодную перекладину, к которой была привязана веревка, подтянулся и выбрался из ямы.

Снаружи паутины не было, даже на самых краях ямы. Я кинул быстрый взгляд влево — рядом