Ухорез 1-5 - Василий Горъ

Эту тему обсуждали километров тридцать-тридцать пять. А потом она приелась, и матушке захотелось позабавиться. Поэтому она опустила стекло на своей двери и принялась лупить лезвиями из двух стихий по придорожным кустам. Первые попыток десять, конечно же, слила. Из-за мощи набегающего потока воздуха. Но не сдалась. И, до кучи, завела Анну и Наталью, заявив им, что придумала великолепное упражнение, вынуждающее выкладываться до предела и в каждой атаке, и в восполнении энергии из воздуха. А для пущего веселья врубила радио, нашла канал с забойной музыкой и выкрутила до упора звук.

В общем, обитатели доброго десятка следующих «палаточных лагерей» наверняка решили, что мы инициировались в неимоверное количество стихий. Или, как вариант, перепрыгнули через пяток уровней развития. Так как наш внедорожник несся по трассе с опущенными стеклами и подпрыгивал от басов, а «пассажирки» безостановочно размахивали руками и пытались перекричать музыку, гудение воздуха в салоне и друг друга. Но все хорошее, как известно, когда-нибудь заканчивается. Закончилось и это. Из-за крайне неприятной «картинки», на которую мы наткнулись, проезжая мимо невесть какого по счету «палаточного лагеря»: метрах в сорока от «жилой зоны» молотили винтами сразу два вертолета спасательной службы, а ее сотрудники, облаченные в светоотражающую униформу, таскали к борту носилки с пострадавшими.

Кстати, я, естественно, скинул скорость, притормозил возле мрачного, как грозовое небо, громилы в видавшей виды песчанке и спросил, не нужна ли им помощь. Он устало поблагодарил за предложение и заявил, что все давно закончилось. А потом в сердцах ответил на вопрос матушки, что, собственно, произошло:

— Наши господа пили половину ночи, а на рассвете решили пострелять. По волчьей стае, спустившейся к водопою вон на той речушке. Лупили дробью и ранили полугодовалого волчонка. А у взрослых зверей оказалась магическая защита. Да, она продавливалась. Но лишь сосредоточенным огнем из четырех-пяти стволов. А в тот момент большая часть сотрудников СБ спала…

— Как я понимаю, последнее обращение государя к подданным прошло мимо вас, верно? — спросил я и попал пальцем в небо:

— Нет, МЫ это обращение не только проштудировали, но и приняли всерьез. Но нас, перестраховщиков, никто не услышал. А жаль…

— Главное, чтобы теперь не сделали виноватыми отдыхавшую смену… — угрюмо буркнул я, почувствовал, что в этот раз наступил на больную мозоль, пожелал служаке удачи и тронул машину с места…

…В Белоярск въехали в половине первого, а еще через полчаса зарулили в подземный гараж «Сибирячки». В «прошлой жизни» матушка предпочитала наведываться в другой торгово-развлекательный центр — «Ландыш». А в этой решила не рвать нам душу воспоминаниями и вбила в навигатор нужный адрес еще в усадьбе. Да, меня все-равно возвращало в прошлое. И в безликом гараже, и в лифте, и на третьем этаже, традиционно торгующим товарами для женщин. Но я держал лицо. И дотерпел до монолога родительницы, «подарившего свободу»:

— Оле-еж, ты посиди в какой-нибудь кафешке, ладно? А то я планирую как следует разойтись…

Я немного поколебался, затем кивнул, пообещал уронить ей на телефон сообщение со своими точными координатами и поднялся на пятый. Ромашку с вывески сети ресторанов быстрого питания «Полюшко» увидел на выходе из лифта, пересек ресторанный дворик по диагонали, вломился в уютный зал и, пообщавшись с девушкой-администратором, застолбил столик у панорамного окна. Ничего серьезного заказывать не стал: дважды ткнул в изображение отварного говяжьего языка и разок — в графин свежевыжатого апельсинового сока, отказался от «всплывшего» предложения присовокупить к этому заказу хлеб, подтвердил сделанный выбор и немного позалипал на костюмчики двух девиц, поднявшихся в ресторанный дворик то ли после набега на магазины, то ли перед ним.

Само собой, оценил и лица, и фигурки, и поведение. Но так, без особого фанатизма — левая дворяночка смеялась слишком уж манерно, а правая, вне всякого сомнения, перед нею прогибалась. Зато белое шмотье, как-то уж очень добросовестно расшитое золотом, рассмотрел внимательнее некуда. А после того, как «налюбовался», сфотографировал и послал матушке, чтобы немного повеселить.

Сообщение с реакцией не заставило себя ждать:

«Сынок, потерпи часик… или два. А потом любуйся своими красотками хоть до потери пульса. Ибо и Анечка, и Наташа заткнут этих выпендрежниц за пояс. Да и я у тебя ничего…»

Я написал, что она у меня лучшая, добавил к тексту точные координаты, полюбовался смеющимися сестрами-блондинками в похожих плащах и забыл об их существовании, так как мне принесли заказ.

Уничтожать холодную закуску не торопился, понимая, что ожидание в безделье быстро наскучит. И ошибся — мне начали звонить. Все подряд. Не успел язык закончиться, как меня набрал Антип Назарович и сообщил, что все машины с оружием, боеприпасами, МЗП и продуктами длительного хранения разгружены, а две последние, везущие матрасы, подушки, постельное белье, полотенца, бытовую химию и тому подобную дребедень, пока не прибыли. Минуты через три после завершения этого разговора телефон «ожил» снова и отвлек беседой с Анатолием Игоревичем: он, наконец, закончил разделять магистральные каналы, создал фрагмент покрова и… помог инициироваться совершеннолетним членам семьи. Так что жаждал поблагодарить и получить новые ценные указания. А минуте на сороковой ожидания позвонила госпожа Волкова и помогла забыться еще на какое-то время:

— Добрый день, Олег Леонидович… Если вы все еще находитесь в своем родовом поместье.

— Доброе утро, Янина Павловна. Если, конечно, вы находитесь в нашем общем Владимире… — в том же стиле ответил я.

Женщина жизнерадостно рассмеялась и плавно перешла к делу:

— Нет, не в нем. И даже не в своем родовом поместье, которое, в отличие от вашего, находится не в Сибири, а под Астраханью. Что, в свете последних событий, расстраивает. Впрочем, не так сильно, как неудачная инициация: я случайно обнаружила, что давным-давно «взяла» Воздух. А мне, простите за тавтологию, жизненно необходима Жизнь. В общем… скажите, пожалуйста, мое ядро можно «раскачать» по второму разу и приживить эту стихию?

— А почему вы спрашиваете меня? — поинтересовался я и выпал в осадок от убийственного ответа:

— Я точно знаю, что вы инициировали государя, генерального прокурора и половину Конвоя.