Наследство бабьего рода - Евгения Владимировна Потапова

— В сессию, у нее там сейчас любовь, ей не до меня, — отмахнулась Валюшка.

— У настоящих подруг любовь не любовь, а время на дружбу остается, — назидательно сказала бабушка.

— Что мне теперь с первым попавшимся человеком начинать дружить? Позвонить Вике и сказать — пошли гулять, как в детском саду? — возмутилась Валентина.

— Да можно и так даже, — насупилась баба Клава.

— А вот ваши, где все подружки? — насупилась девушка.

— На кладбище, — хмыкнула Клавдия Сергеевна. — Видишь, что человек надежный, и подходящий, надо хватать его и не отпускать.

— Маниакальной одержимостью попахивает, — рассердилась Валя. — Пойду, Тимохе позвоню, может в этот раз получится до него дозвониться.

Она рассердилась на Клавдию Сергеевну. Хоть ей Вика и понравилась, но она считала, что навязываться нехорошо.

Валентина набрала новый номер Тимофея и услышала долгожданные длинные гудки.

— Алло, алло, — закричал с той стороны родной голос. — Валечка, Валюшка, Валентина.

Девушка расплакалась от нахлынувших на нее чувств.

— Ну, что ты плачешь, родная, что-то случилось?

— Тимошка, я так тебя люблю, я так по тебе соскучилась, — всхлипнула Валя в трубку.

— Милая, моя хорошая, я тоже тебя люблю. Сейчас мы доедем, и я тебе перезвоню, а то мы летим на мотоцикле и мне в рот всякая гадость набивается.

— Тимоха, подожди, не бросай трубку, там с твоим братом какая-то беда случится, и ты в этом виноват, — затараторила Валя.

— Откуда ты знаешь? Я уезжал, с ним все в порядке было.

— Я во сне видела. Что-то с ногой.

— Спасибо, Валя, я перезвоню.

Тимоха бросил трубку.

— Надеюсь, ты успеешь ему помочь, и ты не виноват, что у него нога сломалась, — тихо сказала Валя и положила телефон на стол.

Глава 103. Сплетни про соседок

Тимофей вместе с участковым мчались в очередную деревню, ловя встречных насекомых и пыль лицом. Они перескакивали с кочки на кочку, проезжали овраги и нехоженые тропы.

— Так короче, — объяснял Алексей.

— Ну, да, — откашливался и плевался очередным кузнечиком Тимоха.

Он вроде и рот держал закрытым, но все равно насекомые ухитрялись набиваться и в нос и в рот. В джинсах завибрировал телефон. Тимофей сразу же вытащил его и нажал на зеленую трубку. На душе потеплело, было приятно услышать Валин голосочек. Какая же она милая и родная девочка. Пока он пытался с ней поговорить, пришлось проглотить несколько мушек и подавиться большой жирной мухой.

Откашлялся, обещал перезвонить. Напоследок Валя сообщила о своем сне. Тимофей понял, что это все не просто так, а тот сон был вещим. Попросил Алексея остановиться, и стал звонить Илюхе, но тот трубку не брал.

— Разворачиваемся и едем домой, — спокойно сказал Тимоха.

— Так мы только начали объезд, — возмутился участковый.

— Ну, не только, часа полтора, а то и два уже прошло. Едем обратно, очень надо.

Тимоха внимательно и с каким-то внутренним давлением посмотрел на Алексея. Тот как-то сразу стушевался под напором Тимохиной харизмы, и согласился. Домчались до дома за полчаса. Тимофей сразу спрыгнул с мотоцикла и побежал в дом, снимая по дороге шлем.

— Илюха, Илюха, — влетел он в избу.

Однако комнаты его встретили тишиной. Участковый топтался около калитки, не решаясь войти. Откуда-то донесся голос Ильи. Тимофей остановился и прислушался.

— Тимоха, я тут, в бане, — крикнул Илья.

Вместе с Алексеем кинулись к бане. С наружи дверь была подперта лопатой.

— Это кто его закрыл? — удивился участковый.

— Не знаю, — пожал плечами Тимоха.

Все убрали от двери и попытались зайти.

— Вы там не сильно заходите, я тут лежу, — сказал Илья.

Его было плохо видно в полумраке бани.

— А чего ты там лежишь? — спросил Тимофей, пытаясь разглядеть происходящее.

— Поскользнулся на глине и упал, — пояснил брат.

— А куда торопился? — поинтересовался Тимоха.

Илья громко засопел.

— Ангелина приходила? — уточнил Тимошка.

— Да.

— Эээ, брат, ты бы поосторожней был бы с Ангелинкой, да и Антонина та еще стервь, — подал голос участковый. — Я, конечно, против сплетен, но поговаривают, что они еще те дамочки.

— Какие такие те дамочки, — решил уточнить Тимоха, с любопытством взглянув на Алексея.

— Ну, вот смотри. Тонька заболела, лежала пластом, рак у нее обнаружили. В городе провалялась почти год в больницах. Выписали домой умирать. Через месяц встала баба и пошла на поправку.

— Ну, мало ли, — пожал плечами Тимоха. — Это не показатель, чудеса случаются.

— Ага, вот только в тот период у многих коровы передохли, и у Скворчихи дочка померла. Правда, она у нее дурочкой была, по поселку просто так болталась. Я все боялся, что её кто обидит. Девка была кровь с молоком, здоровей не бывает, а тут хлоп и померла. Я ее на вскрытие отправил, а у нее все органы метастазами покрыты. В город анализы отправляли, сам судмедэксперт оттуда приезжал, смотрел. Говорит, что не может быть такого, что девка вчера румяной ходила, а за ночь высохла, почернела и померла. Тонька к ней на кладбище пришла с цветочками. Румянец во всю щеку, а до этого даже не вставала, — сказал Алексей и многозначительно повел бровями.

— Ну, вот вы взрослый человек, при исполнении и верите в эти сказочки? — усмехнулся Тимоха.

— Вот ты Фома неверующий, а бабка твоя чего тогда слегла? Они с Тонькой накануне поругались в пух и прах, а ночью твою бабаньку инфаркт схватил.

— Так все логично, бабушка старенькая, понервничала и сердце прихватило. А чего поругались? — полюбопытствовал Тимофей.

— Да шут их знает. Я мимо проезжал, когда они друг друга обзывали по-всякому. Как только меня увидели, так и разбежались по хаткам, — махнул Алексей рукой.

— Ясно. А чего с Ангелинкой не так?

Илюха заерзал на полу и попытался сесть.

— Вы меня простите, что прерываю ваш разговор, но я как бы тут ногу, кажется, сломал, — жалобно проговорил он.

— Илюшка, полежи еще чуток, потерпи, я хочу про Ангелину узнать. Ну так, что там с этой милой красоткой не так?

— Так в том то и дело, что она и не была никогда красоткой. Толстая, круглая, нос картошкой, лицо все в прыщах и волосы сальные сосульками висят. Как мать в больницу положили, так и она за ней отправилась в город. Приезжала сюда, за домом присматривала. А потом привезла мать сюда и в город укатила.

Приехала через пару недель, не узнать. Сначала и не поняли кто это, а она с каждым днем все краше и краше становилась. Потом по поселку слухи поползи, и она опять в город умотала, к тому же мать у нее