Фантастика 2025-184 - Олег Александрович Волков

— Может быть, все-таки к целителю? Выглядишь ты… — Донат осмотрел меня.

— Как всегда после тренировки, — закончила за него.

— Да. Неважно, — все же договорил он и снова оглядел меня с ног до головы.

— Ты самый тактичный, — съязвила я.

— Разумеется, ведь даже не сказал, что ты напоминаешь повалявшегося тролля.

— О-о-о, ты почти сдержался. И ты их даже не видел, — засмеялась я, и он ответил мне тем же.

— Я доверяю своей бабушке, которая однажды, — он вскинул палец вверх, весело сверкнул глазами и продолжил, — встретила тролля в горах, — ну вот как тут было не засмеяться? Его бабушка вообще была путешественницей, поэтому она кладезь интересных историй.

Только вот мы еще не ушли далеко, а потому я успела услышать то, что мне явно не предназначалось.

— Тес, зачем мы вообще возимся с этим недоразумением? — недовольный голос Рейкера я не спутаю ни с кем.

— Согласен с ним, — а вот то, что Шон поддержал его, стало для меня откровением.

Он все время сохранял, как мне казалось, нейтралитет, было трудно понять, как он ко мне относится. Именно поэтому я думала, что его не напрягает обуза в моем лице, но теперь точно знаю его отношение. Хотя, если подумать, он не проявлял по отношению ко мне отрицательных эмоций, но ведь это и не значит, что не испытывал их. Я слегка даже притормозила, хотелось дослушать до конца разговор который явно был не для моих ушей.

— Ну, ну, любопытная зайка. Пошли, — Донат мимолетно скривился, когда понял, что я услышала, и потащил меня еще быстрее отсюда. — Не обращай внимания, просто они не понимают, какое счастье нам досталось.

— А ты понимаешь? — удивленно спросила я.

— Разумеется, — посмотрел на меня, как дуру. Мол, а как же иначе.

— Ты снова смеешься надо мной. Последнее, что я бы хотела — так это чтобы вы ругались, — понуро сказала, быстро передвигая ногами. Донат явно стал торопиться.

— Послушай, — он снова остановился и взял меня за плечи, пристально заглядывая в глаза, сказал. — Мы с ребятами вместе с первого курса, и как ты понимаешь, не сразу притерлись друг к другу, но есть то, что нас объединяет. Это Теслер. И если он сказал, что ты будешь с нами. Значит, так тому и быть.

— Так ты знаешь, кто он? — вырвалось прежде, чем я подумала.

Молчание стало ответом, в это время Дон изучал меня.

— О чем ты?

— Да так, — сразу пожалела, что была столько не осмотрительна. — Имела в виду, что ничего не знаю о старосте.

— А о нас, стало быть, знаешь многое? — снова улыбка вернулась на губы. А я выдохнула.

— Нет.

— Тебе важно наше происхождение? — мы продолжили идти к общежитию.

— Нет, конечно. Ты и сам знаешь, каким образом я стала де Азри.

— Ты поэтому перевелась на военный факультет?

— Одна их причин, если можно так сказать, — тихо сказала я. Пусть это и была мизерная доля правды, но и открыться я не могла. И только теперь поняла, как же противно недоговаривать… друзьям.

Донат увидел мое кислое лицо и тут же в своей излюбленной манере щелкнул по носу.

— Эу, а как же личностные рамки? Ты бесцеремонно вторгаешься в мое личное пространство, — пробурчала я.

— Пф. До встречи на обеде. И действительно, не бери в голову слова Рейкера и Шона.

Кивнула и открыла дверь в свою комнату.

Слова ребят меня немного расстроили. Не то чтобы я планировала становиться всеобщей любимицей, но все же осадок остался.

Прошла в ванную комнату и кое-как освободилась от одежды. Стеная и охая, зашла в душ, нужно было смыть с себя грязь.

Вернулась в комнату и посмотрела в зеркало, которое было на всю стену. В мою коллекцию добавились синяки на бедре и еще один на руке. Тяжело вздохнула и взяла со столика заживляющую мазь, с ней хотя бы они быстрее проходят. А еще оценила свой запас и поняла, что домой все же придется наведаться. Скоро мази и зелья закончатся.

Столовая встретила меня шумом, ничего нового. Прежде чем приступить к отработке наказания, решила поесть.

Не успела допить сок, как мой вещатель мигнул. Открыла и чуть не поперхнулась. Надо же, как быстро здесь узнали, что появились лишние руки. Просьба явиться в кабинет заведующей столовой для получения задания.

Который час убирала столики после обеда. Монотонная и нудная работа надоела.

— Адептка, пока вы можете быть свободны. Когда поужинаете, приступайте снова к уборке, — услышала голос заведующей.

— Поняла, — утомлённо произнесла. Усталость дня давала о себе знать. Но радовало то, что я не встретила Кристофа.

Вернулась в комнату и просто упала в кровать, предварительно настроив будильник. Чувствую, что если не посплю, просто не смогу отработать дежурство.

Пара часов сна пролетела как миг, вставала я еще больше разбитой, пропыхтела и все же спустила ноги с кровати. За время сна мышцы расслабились и теперь отказывались слушаться.

Но делать нечего, снова стиснула зубы и отправилась на ужин.

А ведь еще предстоит встреча с парнями. Не за горами отбор в команду, и мне нужно хоть как-то повысить свой уровень подготовки. Не хотела их подвести, да и всю группу в целом.

Обо все этом я думала, пока убирала тарелки со столиков. Ушла так далеко в размышления за однообразной работой, что чуть не выпустила поднос из рук, услышав рядом:

- Генеральская сирота, — протянула какая- то девица в синем бархатном платье с выдающимся вырезом на груди. На ужин, конечно, можно было одеваться более свободно, но не настолько же открыто. Отметила про себя, что она была даже симпатичной. Каштановые волосы с рыжим отливом, маленький носик и зеленые глаза. Все было гармонично, пока она не открыла рот. — Снова ты тут. Заделалась обслугой? — надменно проговорила она и ждала, когда же её поддержит компания за столиком.

Посмотрела и увидела Кристофа, который медленно потягивал жидкость из бокала. Он был безмятежен и спокоен. И как всегда красив: темно-синий камзол с серебряными манжетами ему шел, воротник стойкой открывал вид на белоснежную рубашку. Да о чём я? Очнись! Не хватало еще пялиться на этого предателя. Но скрыть свои эмоции не получилось, снова посмотрела на девицу и скривила губы в усмешке. Хочешь словесной баталии? Ты ее получишь. Однако, чтобы не совсем сорваться, продолжила собирать посуду на поднос.

— А ты слабоумная, раз не знаешь, чем сирота отличается от дочери.

— Что? Да ты! Как ты смеешь. Ты хоть знаешь кто я?

— Хм. Очевидно же,