"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

то нашли бы муравейник, разорили его и заменили бы муравьями еловые иголки. Муравьями весь лес истоптан. Их запах не вызывает тревоги ни у кого. При этом кислота, выделяемая ими при укусах, перебивает многие ароматы.

— Ещё бы дымком можжевельным вчера с вечера стоило б окурить одежду и оружие. Да где ж его тут взять, — посетовал вполголоса Фридрих.

— Они не чистые звери, если всё правда, что говорят про вервольфов в этих лесах, — также тихо произнёс Густав. — Для них дым может стать сигналом опасности.

— Лучше бы разбомбили бы тут всё, — высказал своё мнение Ян.

— Пробовали, но без результата. А потом сами лётчики стали отказываться летать на бомбёжки из-за огромных потерь и странных событий. Не помогало и то, что часть таких отказников отправили кого под трибунал, кого в штрафники.

— А я слышал, что эти круглоголовые из аненербе хотят подружиться с местной нечистью. Вроде как сам фюрер запретил бомбить лес, чтобы не повредить что-то важное, — сказал один из рядовых.

— Ты лучше молчи, Фриц, — одёрнул его командир группы. — Здесь-то все свои. Но если забудешься и скажешь подобное после возвращения, то я за твою жизнь и пфеннига не дам.

«Сначала ещё вернуться нужно», — подумал Фриц. Вслух побоялся это сказать, чтобы не позвать беду. Вместо этого, также мысленно, быстро произнёс молитву Деве Марии.

Благоухая хвоей, немцы двинулись дальше. Где-то через километр-полтора Густав достал карту с компасом, сдвинул рукав куртки, открывая циферблат часов, и несколько минут уточнял местоположение группы.

— Чуть больше километра осталось то границы, где стабильно случаются нападения на патрульные отряды, — наконец, произнёс он.

В ответ на его слова никто даже не повёл взглядом. Все давно были не новичками, чтобы нервно хвататься за оружие и снаряжение, лишний раз проверяя их, получая ложную уверенность в том, что оно поможет им справиться с любой опасностью. Они сами не раз убивали таких, обвешанных огнестрельным железом с ног до головы, верящих, что они-то точно справятся с любым, кто встанет у них на пути.

Редкие сугробы и овраги, всё ещё заваленные снегом, немцы обходили стороной, чтобы не оставлять следы. Сами же при этом внимательно осматривали их, тщательно изучая любые отметины на снежном покрове, даже если те принадлежали птицам или мелким зверькам, вроде белки или куницы.

Километр прошли сторожась, но достаточно быстро. Потом ещё один и ещё.

— Пора, Густав, — шёпотом произнёс Фридрих во время очередной остановки. — Скоро будет граница, сквозь которую ещё никто из наших не проходил.

— Действуйте.

Лозоходцы достали из своих ранцев несколько конвертов из картона, в которых хранились рамки — их главное оружие. В аненербе поработали на отлично, сделав их из разных материалов. Сейчас Фридрих взял рамки из ивы, а Александр медные.

«Лучше бы у них ничего не получилось», — с надеждой подумал Густав. В отличии от своих подчинённых, он верил во всё потустороннее и верил в душу, которая после смерти может оказаться в лапах нечистой силы. А этот лес — её пристанище. Стоит его группе добиться каких-то успехов, как её погонят опять сюда. И кто даст гарантию, что удача не оставит их? На передовой ему спокойнее, чем в этом лесу.

— Стойте! — отвлёк его от мыслей крик Фридриха. — Густав… господин обер-лейтенант, стойте!!!

Резкий окрик заставил всех солдат замереть на месте и оглядеться.

— Дьявол и его приспешники, — громким шёпотом выругался Ян.

— Пресвятая Дева Мария, защити нас и отведи лукавого от наших душ, — пробормотал короткую молитву один из солдат и быстро перекрестился.

Отряд неведомым образом разделился. Густав с бойцами сместился вправо, Фридрих ушёл вперёд метров на сорок от них, а Александр оказался левее на двадцать метров. Обер-лейтенант сделал шаг, другой, чтобы приблизиться к лозоходцам. Но вдруг понял, что удаляется от них. Чувство ориентации буквально сошло с ума. Сознанием мужчина знал, что выбрал правильно направление, но почему-то уходил в сторону, хотя каждый шаг делал медленно и буквально высчитывая его, как артиллеристы каждый свой выстрел.

— Буэ-э, — фельдфебеля стошнило. — Буэ-э…

Густав сам чувствовал неприятный комок в животе, который подкатывал вверх. Всё из-за борьбы собственного разума с навеваемым извне ощущением. Нечто похожее он испытывал во время недавних проверок, когда его накачали слабым препаратом для подавления разума и после с ним стал работать гипнотизёр. К слову сказать, стопроцентный раствор данного средства развязывал язык почти любому, но в половине случаев убивал пациента или делал его идиотом. Двойная доза заставляла любого выложить самые сокровенные секреты, но очень быстро вызывала инсульт с последующей смертью. Но кому-то в верхах показалось интересным проверить крепость разума солдат разбавленным раствором. Даже неприятно представить сколько погибло тех же пленных во время таких экспериментов, пока не было найдено безопасное количество препарата.

Но это всё уже давно прошедшие дела.

— Стойте, — вновь сказал Фридрих. — Я вас соберу сам. Александр, ты тоже стой.

Если бы поблизости оказались враги, то они сначала вволю повеселились над немецкими солдатами, а потом легко их перебили бы. Фридриху так и не получилось собрать всех вместе. Для этого группе пришлось поддаться колдовскому помутнению и отойти от невидимой и неосязаемой стены. Лишь оказавшись за пределами странного воздействия, мужчины собрались вместе. Несколько минут потратили на то, чтобы прийти в себя, проклясть своё командование, шпаков из аненербе и найти решение. Точнее, проверить идею. Уйти назад они и не помышляли, хотя все, кроме Фридриха мысленно желали этого. Но лозоходец сообщил, что может вывести группу к невидимой стене или вовсе к источнику внушения, которое заставляет уходить с нужного пути и водит кругами.

«Пустить бы тебе пулю в лоб, да нельзя. Не в этой операции, где любое происшествие станут изучать под микроскопом», — зло подумал Густав, смотря на своего подчинённого с тщательно скрываемой злостью. Всей душой обер-лейтенант желал оказаться как можно дальше. Вот только не выполнить приказ не мог. При всём при этом он понимал, что если дело дойдёт до выбора между жизнью и душой, то он наплюёт и на воинский долг, и на желание жить.

Фридрих теперь шёл самым первым, держа рамки из чёрной бузины. За ним шагал Александр, крепко держась за ремень портупеи коллеги. А за его детали экипировки держался фельдфебель. Точно также поступали прочие солдаты. Последним «вагончиком» был Густав.

— Лучше закройте глаза, — посоветовал товарищам старший лозоходец. — Так будет проще бороться с мороком. Главное, не выпускайте ремень, за который держитесь.

— Так нас простой палкой забьют, — пробурчал Ян. В правой руке он крепко стискивал рукоять «вальтера» с прибором для ослабления звука выстрела. Левой плотно