Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

временем установил базовые ловушки у входа — проволоку с колокольчиками, взрывные метки на деревьях поблизости. Стандартная защита периметра.

— Костёр? — спросил младший.

— Нет. Слишком рискованно. Не уследим ещё, а ночью дым видно за километры.

— Понял.

Они устроились у входа, делясь сухим пайком. Солдатская еда — питательная, невкусная, но сытная. Запивали водой из фляг. Мино первым заговорил снова:

— А что если он не из Конохи вообще?

— Откуда тогда?

— Ну... не знаю. Торговец какой, гражданский.

Кино фыркнул:

— Гражданский с такими мышцами? Ты слепой? Посмотри на его руки — мозоли от оружия, да и шрамы старые. Это шиноби, причём опытный.

— Может, наёмник?

— Возможно, — согласился старший. — Но какого хрена наёмник без чакры делает посреди леса без снаряжения? И одежда... видел эти лохмотья? Словно через мясорубку прошёл.

Мино склонил голову, задумавшись:

— А может, он из-за границы? Из других стран?

— Каких других? Пять великих держав, несколько малых деревень. Всё.

— Ну... может, совсем издалека. Где-то за океаном.

Кино покачал головой:

— Легенды. Никто не знает, что там за океаном. И никто не возвращался оттуда.

— Тогда откуда он, чёрт возьми?

— Узнаем завтра. В деревне разведка разберётся.

Разговор иссяк. Оба погрузились в свои мысли, периодически поглядывая на бессознательное тело у стены, а парень вовсе не шевелился, но дыхание оставалось ровным значит жив, это было главное.

Кино взял первую смену дозора. Мино свернулся у дальней стены, засыпая почти мгновенно — навык, выработанный годами миссий. Старший брат сидел у входа, глядя в темноту леса. Ночь была тихой. Слишком тихой, опять и это начинало раздражать.

Он думал о войне. О том, как Коноха нарушила перемирие первой. О том, как Хокаге Сарутоби, прозванный Профессором, оправдывал агрессию необходимостью защиты торговых путей. Лицемерие чистой воды, тьфу, он выплюнул горечь с горло, стало противно от таких мыслей. Лист всегда считал себя выше остальных. Деревня, основанная Первым Хокаге Хаширамой Сенджу и Мадарой Учихой, носителями легендарных сил. Воля Огня, защита мира, все эти высокие идеалы. На деле — обычные захватчики, прикрывающиеся красивыми словами, бесят.

Ива пострадала в Первой войне больше других. Потеряла территории, ресурсы, и целые кланы. Цучикаге Муу погиб ещё в начале войны, в бою против Второго Мизукаге, взаимное уничтожение легенд. Деревня едва оправилась к началу полномасштабных операций, но всё равно было трудно.

Теперь снова кровь. Снова смерти. Снова дети становятся сиротами, женщины — вдовами. Кино сжал кулаки. Ненависть к Конохе была личной, ведь его отец погиб от рук шиноби Листа, а мать умерла от голода, потому что Коноха просто заблокировала торговые пути после войны, душа экономику Ивы. Он и Мино выжили чудом.

Теперь у них был шанс отплатить. Каждая миссия, каждый саботаж, каждый убитый враг — маленькая месть за прошлое.

Парень у стены застонал именно в этот момент, когда он думал о мести.

Кино мгновенно напрягся, а рука потянулась к кунаю. Злость на Коноху, проявились и если бы незнакомец не зашевелился, дёрнув голова в сторону он бы убил его, но глаза того оставались закрытыми, лишь дыхание участилось.

Просто просыпается.

— Мино, — тихо позвал старший успокоившись.

Младший брат проснулся мгновенно, оценив ситуацию за секунду. Встал, активируя боевую готовность и разгоняя чакру, всегда быть начеку война научила их этому и оба подошли к пленнику, держа дистанцию в три метра.

Наконец спустя пару секунд пленник открыл глаза.

Чёрные зрачки, отметил старший из братьев. Сперва в них была пустота, затем фокус медленно вернулся и его взгляд скользнул по пещере, по братьям, по верёвкам на руках. Оценка ситуации, значит.

— Не двигайся, — приказал Кино жёстко. — Ты пленник Ивагакуре. Попытка сопротивления будет расценена как враждебное действие.

Парень не ответил. Просто продолжал смотреть, изучая лица. Выражение было... странным. Не страх, не гнев. Просто усталость. Глубокая, всепоглощающая усталость.

— Как тебя зовут? — спросил Кино.

Молчание.

— Из какой ты деревни?

Молчание.

— Отвечай, или будет хуже, — Мино шагнул вперёд, демонстрируя кунай.

Парень наконец заговорил. Голос был хриплым:

— Где я?

— Отвечаешь на вопросы, а не задаёшь их, — отрезал Кино. — Имя. Деревня. Миссия. Быстро.

— Не помню.

— Что не помнишь?

— Ничего.

Кино прищурился. Амнезия? Возможно. Черепно-мозговые травмы при сильных ударах иногда вызывали потерю памяти. Но что-то в интонации незнакомца казалось... фальшивым. Словно он врал, но делал это профессионально.

— Врёшь, — констатировал старший. — Шиноби твоего уровня не теряют память от пары ушибов.

— Какого уровня? — парень попытался пошевелить руками, но верёвки держали крепко. — Кто я вообще?

— Вот это мы и выясним, — Мино усмехнулся. — В деревне. Отдел допросов работает эффективно.

Незнакомец замолчал снова, глядя в пол пещеры. Кино обменялся взглядом с братом. Что-то здесь было не так, парень выглядел слишком спокойным для пленника. Никакой паники, никакого страха. Только эта странная усталость.

— Ладно, — сказал старший. — Молчишь твои проблемы. Разведка вытянет всё что нужно. Мино, следующая смена твоя. Я посплю пару часов.

Младший кивнул, устраиваясь у входа. Кино лёг у противоположной стены, держа руку на оружии. Сон был чутким и поверхностным. Привычка военного времени, да и ради парня притворялся чтобы при случае выяснить.

Утро началось с того, что пленник снова потерял сознание. Просто закрыл глаза и отключился. Кино сперва подумав, что тот умер, проверил пульс, он оказался нормальный. Просто вырубился, и проверив печать подавление тот кивнул брату.

— Думаешь, притворяется? — спросил Мино.

— Не думаю. Может, действительно истощение.

— Тогда почему вчера не проснулся сразу?

— Хороший вопрос.

Они позавтракали остатками пайка, и свернули лагерь за десять минут. Кино снова закинул тело на плечо, вес не изменился, но нести стало неудобнее из-за затёкших мышц, притворства сна напоминали о себе. Второй день пути прошёл быстрее, ландшафт менялся лес редел, появлялись скалы и горные тропы. Граница Страны Камня была близко.

К вечеру они вышли на пограничный пост Ивы. Небольшое укрепление в расщелине между двух скал