Современная зарубежная фантастика-4 - Тэмсин Мьюир

о грамматике арабского языка. Нари стала для него светом в очень темное время его жизни, и Али даже не осознавал, как сильно ему не хватало этого света, пока не оказался здесь, перед ней.

Так прекрати подсматривать за ней, как привидение. Не в силах унять нервы, Али заставил себя сделать несколько шагов.

– Сабах ин-нур, – негромко поздоровался он по-египетски, как она его учила.

Нари подскочила, и книга соскользнула у нее с коленей. Испуганные черные глаза шарили по его лицу.

Когда Нари заметила зульфикар у Али за поясом, земля у него под ногами вздыбилась.

Али вскрикнул и потерял равновесие, когда из-под травы вылезло корневище и точно змея обвилось вокруг его ноги. Корневище дернулось, и Али упал навзничь, больно ударившись затылком об землю.

Перед глазами запрыгали черные точки. Когда туман рассеялся, он увидел, что над ним нависла бану Нахида. И она не была рада его появлению.

– Однако, – слабо протянул Али, – твои способности ощутимо усилились за это время.

Корневище до боли стянуло его плененную ногу.

– Что ты делаешь в моем саду? – спросила Нари.

– Я… – Али попытался сесть, но корневище не пускало. Оно плотно обхватило его щиколотку, исчезая под халатом, где обвилось вокруг голени. Это слишком напомнило Али об озерных водорослях, вцепившихся в него под водой, и он понял, что находится на грани паники. – Прости, – выпалил он по-арабски. – Я только…

– Замолчи, – короткое слово на джиннском ударило больно, как пощечина. – Не смей говорить со мной по-арабски. Я не хочу слышать из твоих лживых уст своего родного языка.

Али оторопело уставился на нее.

– Я… прости, – повторил он по-джиннски, медленно подбирая слова.

Корневище добралось уже до колена. Волосатые древесные щупальца разрастались и ползли во все стороны. По коже побежали мурашки, а в шрамах, оставленных маридами, начался болезненный зуд.

Он зажмурился, и на лбу у него выступила вода. Это всего лишь корень. Всего лишь корень.

– Прошу тебя, сними это с меня.

Он из последних сил держался, чтобы не потянуться к зульфикару и не отрубить проклятую деревяшку. Но Нари закопает его в землю заживо, если он даже подумает обнажить меч.

– Ты не ответил на мой вопрос. Что ты здесь делаешь?

Али открыл глаза. В лице Нари не было сочувствия. Пальцем она крутила в воздухе, повторяя движение корня вокруг его ноги.

– Хотел увидеть тебя, – выпалил он неожиданно для себя.

Словно она опоила его сывороткой правды по рецепту своих предков. Али понял, что это истина. Али просто хотел увидеть ее, и ни при чем клинок Дараявахауша.

Нари опустила руку, и корень исчез. Али с дрожью перевел дыхание. Теперь он стыдился своего испуга. Он бесстрашно отбивался от наемников, вооруженных стрелами и мечами, но какой-то корешок чуть не довел его до слез?

– Прости меня, – повторил он в третий раз. – Я не должен был приходить.

– Нет, не должен, – метнула она в ответ. – Во всем Дэвабаде есть всего одно место, которое принадлежит мне одной, куда даже нога моего мужа не ступала, пока не явился ты, – ее лицо было искажено злобой. – Но, видимо, Ализейд-победитель-Афшина всегда поступает так, как ему заблагорассудится.

Али вспыхнул.

– Не зови меня так, – прошептал он. – Ты сама там была. Знаешь, как он умер.

Нари цокнула языком.

– О нет, потом мне объяснили, как все было на самом деле. Недвусмысленно. Твой отец ясно дал понять, что истребит детей всех Дэвов города, если я еще хоть раз заикнусь о маридах, – на глаза ей навернулись слезы. – А знаешь, что он заставил меня сказать? В чем мне пришлось обвинить Дару? И чему якобы препятствовал ты?

Ее слова ранили больнее ножа.

– Нари…

– Знаешь, что он заставил меня сказать?

Али потупил взгляд.

– Да.

Слухи в конце концов дошли и до Ам-Гезиры. Потому-то никому и не составляло труда поверить, что этот добродушный принц убил другого джинна.

– Я тебя спасла. – Она издала тонкий, невеселый смешок. – Исцелила тебя вот этими руками. И даже не раз. И что взамен? Ты не проронил ни слова, когда мы сели в лодку, хотя прекрасно знал, что солдаты твоего отца будут ждать нас в засаде. Боже, а я еще предлагала тебе отправиться с нами! Бежать от отца, бежать из этой клетки и посмотреть мир. – Она обняла себя руками, кутаясь в чадру, как будто пытаясь отгородиться от него стеной. – Можешь гордиться собой, Али. Немногим удавалось обвести меня вокруг пальца, но ты… Я ведь до самого последнего момента не сомневалась в том, что ты мой друг.

Чувство вины было невыносимо. Али не догадывался, что ей пришлось испытать. Он всегда считал ее своим другом, но Нари как будто старалась держать дистанцию, когда на самом деле их отношения значили для нее намного больше. Откровение пришлось как удар под дых.

– Той ночью я не знал, что делать, Нари, – сказал он, с трудом подбирая слова. – Дараявахауш вел себя как безумец. Из-за него могла начаться новая война!

Она задрожала.

– Ничего подобного. Я бы ему не позволила развязать войну. – Ее голос звучал сухо, но по всему ее виду было понятно, что она старается не потерять самообладания. – Ну что ж, ты меня увидел. Насмотрелся? Ты нарушил мое уединение, чтобы лишний раз напомнить мне о худшей ночи в моей жизни. Что-нибудь еще?

– Нет, то есть да, но… – Али мысленно выругался. Момент преподнести ей кинжал Дары и сознаться в том, что отец выкрал его и сохранил в качестве военного трофея, был самый неподходящий. Он попробовал зайти с другой стороны. – Я писал письма…

– Да, твоя сестра передавала мне их. – Нари постучала по пепельному мазку у себя на лбу. – Из них вышла хорошая растопка для моей огненной купели.

Али присмотрелся к отметине, которую не сразу заметил в тени деревьев. Это его удивило, ведь раньше, за все время их дружбы, Нари никогда не проявляла особого интереса к религиозным обрядам своего племени.

От Нари не укрылось его пристальное внимание, и она ответила на его взгляд с вызовом. Али не винил ее за это. Он бывал весьма… несдержан в своих высказываниях о последователях культа огня. Капля холодного пота скатилась по шее, смочив воротник его дишдаши.

Она проследила взглядом за каплей, сползающей по его шее.

– Ты весь в них, – прошептала она. – Будь на твоем месте кто угодно другой, я бы услышала твое сердцебиение, ощутила твое присутствие… – Нари подняла руку, и он отпрянул, но, к счастью, растения на него больше не нападали. Нари просто внимательно изучала его. – Мариды