"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

было стратегически важно как в военном ремесле, так и в торговом. Так как это был единственный мост, граничивший с эльфийскими землями. Кто контролировал его, тот имел плацдарм в обе стороны, а при разрешении имперского двора возможность торговать, которую так и не даровали дому «Черной реки». Субсидии на содержание войска от империи и новые торговые потоки могли озолотить будущего владельца твердыни.

Однако, «Возлеречье» было старым союзником её сестры и всей империи. Множество раз они выступали под стягом десятков прошлых императриц, что были до нее, и даже в самых сложных и безнадежных битвах храбрые и сильные девы выходили победительницами. Что и не позволяло в открытую выступить против былого союзника, если Львица не хотела поднять против себя всю «старую дворянскую гвардию». О силе рода, как и о «Речной покровительнице» — матери Жака, которая по праву считалась одной из сильнейших мечниц Запада, а так же о её союзницах лепетали многие. Однако, со смертью их покровительницы Астарты, сестры Ламии, которую та обезглавила в честном поединке за право воссесть на трон, позиции «речных» ослабли. Месяц за месяцем новая Императрица подбиралась к ним все ближе и ближе, подкупая союзников «Возлеречья» и демонстрируя максимальное дружелюбие. И в какой-то момент ей все же удалось обхитрить Старую воительницу.

На званый бал, устроенный императрицей в честь юбилея со дня сотворения империи, были приглашены многие, но не все. Для того чтобы Гамма — так звали мать Жака, и все её дочери чувствовали себя в безопасности, а из-за весьма наколенных отношений в связи с последними событиями, этого достигнуть было весьма сложно. Она созвала всех бывших союзниц «Рыбы», не забыв и о личной, преданной только ей самой, гвардии, что состояла из древних имперских родов, и одним ударом вырезала всех охмелевших «черно водных». «Кровавый балл» — кажется, так прозвали барды то событие. Из раздумий её вывел слегка нервный голос пажи, ожидавшей дальнейших указаний.

— А, ты ещё здесь… — небрежно бросила в сторону молодой девушки Львица. — Ну пойдем, посмотрим на нашего принца, действительно ли там все так плохо, — Императрица поправила ножны. Возвращения с того света вещь конечно хорошая, да вот только весьма специфичная. Частенько подземная нечисть цеплялась за души, что были на грани, а после пожирала, присваивая себе тело. Это дело стоило доверить инквизиции или церковникам. Но ей не хотелось доверять своё «сокровище» третьей стороне.

Олег валялся на кровати, во второй раз перечитывая здоровенную книгу с названием «Кодекс имперской гвардии», которую после ночной постановочной истерики ему все же соизволила принести «начальница охраны» — или доверенная Баронесса, приставленная к ему лично её императорским величием и ещё черт знает кем.

Вспоминая все названия и листая книгу, на которой было больше корявых картинок, чем текста, судя по всему для не очень образованных вельмож, Олег пытался подобрать понятие своему положению. Кто он для этих людей, для чего здесь, и почему каждый раз он в зеркале видит совершенно чужое лицо. Слуги боялись и рта открыть, то кивая, то просто убегая, если вдруг парень становился настойчивей в своих расспросах. Лишь одна Адра не боялась с ним говорить. Женщина, через ночь дежурившая за его дверями, всегда выделялась своей красноречивостью, повторяя фразы «передам Баронессе» и её любимое «не положено».

«Ну вот, если эта, как её там, королева, Баронесса или Императрица вновь придет, что я ей скажу, как я им представиться должен, да как их в обще различать-то, ну в конце концов…» — хлопнул себя по лицу мужчина, пытаясь успокоиться и вновь попытаться ухватиться глазами за мелкие детали и примечания, которыми пестрили корявые иллюстрации. Однако долго мозговой штурм не продлился. Суетливые служанки влетели в покои с ведрами воды и огромной бадьей, силком раздели Жака, не привыкшего к ухаживаниями такого рода, а после затолкали его в чан и принялись мылить, шаровать и вычесывать прямо в воде во все восемь рук, под одобрительным и явно заинтересованным взглядом стражницы-телохранителя.

— Молодой господин, не сопротивляйтесь!

— Я там и сам могу! — вскрикнул парень, когда ручки одной особо ретивой горничной полезли к его заднице. Но сильная хватка другой более взрослой женщины силком усадила парня обратно в чан, после чего принялись теребить и вышаровывать его хозяйство, вызывая вполне адекватную реакцию молодого организма, и веселые улыбки на лицах женщин, что сейчас не стесняясь могли спокойно делать с ним все, что нужно — в пределах разумного, конечно. И вот, когда неожиданные мыльно-рыльные процедуры подошли к концу, а парень нацепил, штаны оставаясь по пояс голый и босой, в привычной для себя манере в комнату ворвалась златовласая женщина в сопровождении нескольких стражниц и какой-то странной девочки в строгих одеяниях и с целой кипой бумаг в руке. «Секретарь, наверное» — только и успел подумать Олег, а после, опомнившись, припал на колено, как и остальные служанки.

Молчаливая пауза затягивалась. В тишине он слышал, как нервно дышит прислуга, что была позади в этот момент.

— Милый Жак, зачем же ты так со мной… — отголосками когда-то милого женского голоса заговорила Львица, поднимая того с колена. Одна рука женщины лежала на серебряном кинжале, вторая плавно съехала с плеча Олега на его бедро. Глаза женщины блеснули, когда та заметила приподнявшуюся складку штанов, кончик языка пробежался по сухим губам, после чего, вмиг изменившееся выражение её глаз упало на прислугу.

— Как я посмотрю, кто-то не справляется со своими обязанностями? — ответом ей была тишина. — Значит, осознаете свой проступок. Это хорошо, — кивнула женщина, а после добавила:– Двадцать ударов плетьми для Старшей горничной и по десять для всей прислуги. За спиной послышались тяжелые вздохи и ахи, но возразить так ни кто и не посмел.

Олег понимал, что своим детским ребячеством был причастен к тому, что девушки немного не успели, виновным себя считал не меньше других. От чего в мужчине взыграла гордость за своё «Я», которое ещё в армии ему много раз выходило боком.

— Прошу вас моя… — парень запнулся не зная как обращаться. — Моя госпожа… слуги не виновны. Я просто…

— «Просто» что⁈ — от былого миловидного голоса не осталось и следа, лица стражниц, которые впервые слышали, чтобы госпоже кто-то вот так возражал, исказились в непонимающей гримасе.

— Мисс, моё ребячество и неподобающее поведение привело к тому, что мы не успели подготовиться к вашему визиту. Прошу меня простить, а также не наказывать так строго этих