Дуэльный сезон - Александр Зимовец

— Поскольку вы дочь Изольды, мы начнем с самого очевидного предположения. Попробуем выявить, нет ли в вас таких же точно способностей. Может быть, вы когда-нибудь замечали за собой? Например, что ваши дурные или добрые предчувствия очень точно сбываются? Или что вам легко найти потерянную вещь?

Даша подумала мгновение и неуверенно покачала головой.

— Н-нет, — сказала она. — Ничего такого, чего не бывает у других.

— Что ж, мы сейчас проверим. Бывает так, что оно скрыто глубоко и не проявляется без инициации. Я за спиной сейчас держу игральную карту, — продолжил Фабини все так же нараспев. — Скажите мне, какая именно.

— Вы шутите? — переспросила Даша. — Разумеется, я не знаю.

— Не спешите, — ответил Фабини. — Присмотритесь повнимательнее. Возможно, вы сейчас увидите ее в зеркале. Или услышите голос, который вам скажет. Или еще что-то произойдет.

Даша всмотрелась в зеркало, перед глазами у нее все стало плыть и клубиться еще сильнее, но она никак не могла разглядеть никакую карту. Фабини держал руку строго за спиной, и обычным путем рассмотреть ее было невозможно. А никакого необычного пути она не видела. Разве что крыса подскажет? Но та просто принялась умываться на плече у хозяина.

На Дашу накатило раздражение. Он что, издевается над ней?!

— Я ничего не вижу, — раздраженно сказала она. — Не слышу. Не чувствую. Если это все какая-то шутка, то лучше прекратите.

— Что ж… — Хозяин вздохнул. — Я надеялся… но мы теперь испробуем другие варианты. Продолжайте смотреть в зеркало. Это важно, чтобы вы ни на миг не отвлекались.

Даша вдруг почувствовала, что ей мучительно хочется повернуться. Отчего-то вдруг пришла в голову мысль, что зеркало обманывает ее. Что Фабини на самом деле стоит к ней ближе, чем кажется в отражении. И, быть может, готовится на нее напасть.

В самом деле: она одна, в незнакомом доме на окраине города с почти неизвестным ей мужчиной. Быть может, он вообще не тот, за кого себя выдает. Знала бы Марья Сергеевна о том, где сейчас ее племянница, пришла бы в неописуемый ужас.

Но Даша сделала над собой отчаянное усилие, сжала кулаки и продолжила глядеть в зеркало.

Хозяин дома между тем достал руку из-за спины и отбросил в сторону карту. Даша едва успела заметить, что это была дама пик.

— Ну, тогда переходим к проверке моего следующего предположения, — произнес Фабини.

В следующий миг он достал из-за спины нож, и Даша вздрогнула. Что-то такое было в его глазах. Нехорошее.

Стоять спиной к человеку, сжимающему нож в руках, было тяжело, но она сдержалась.

Фабини сперва выставил нож перед собой, словно хотел ударить Дашу. А затем легким движением провел лезвием по тыльной стороне своей ладони.

Выступила кровь, несколько капель упали на пыльный пол.

— Посмотрите на меня. — Поморщившись от боли, Фабини показал в зеркало ладонь с кровоточащей раной. — Вам жаль меня?

— Н-нет, — ответила Даша. — Вы же это только что сами сделали.

— Ну, все-таки, — вздохнул учитель. — Попробуйте найти внутри себя немного жалости. Все-таки мне сейчас больно, я страдаю, можно сказать.

Даша попробовала найти в себе нечто подобное. От вида крови ее немного мутило, совершенно не хотелось смотреть на рану. Мысленно она представила, что ему, должно быть, действительно больно…

— Попробуйте представить, что раны нет, что она затягивается. Вы видите это?

Даша искренне попыталась. Представила, как края раны постепенно сужаются, она становится все меньше, исчезает… но нет, в зеркале она ничего подобного не видела. Рана оставалась такой же, как была.

Она помотала головой.

— Ничего не выходит.

— Очень жаль, — ответил Фабини. — Почему-то, когда я на вас посмотрел, решил, что вы похожи на целительницу. Позвольте, я перевяжу руку и вернусь. Не оборачивайтесь. Смотрите в зеркало.

Он действительно исчез на минуту и вернулся с рукой, перевязанной платком.

— Теперь проверим вашу способность к оборотничеству. Если уж и этого у вас нет, то я не знаю… если только что-то совсем редкое.

— К оборотничеству? — Даша вздрогнула. Это была самая бесполезная для нее способность. Как она будет драться на дуэли со Стужевым, если она оборотень? Превратится в волчицу и загрызет его? При секундантах? Да они просто пристрелят ее на месте и будут иметь полное право.

По дороге сюда она надеялась, что у нее есть способности к предсказанию. Ведь ее мать…

Вот это было бы очень полезно. Да, это запрещено, но Стужев первым перешел грань. Нет бесчестья в том, чтобы, перейдя эту грань следом, остановить его.

А если она действительно оборотень?

Что ж, в таком случае она будет действовать вообще без всякого чародейства. Найдет способ.

— Снова посмотрите на меня, — приказал Фабини. В его руке по-прежнему был зажат нож, но на сей раз выражение лица и поза его давали понять, что он вот-вот ее этим ножом ударит.

— Я — угроза, — сказал Фабини, сдвинув брови. — Я хочу на вас напасть. Ударить ножом. Повалить на землю. Отнять вашу честь. Вам грозит опасность. Вас ничто не может защитить. Только зверь внутри вас. Ну!

С этими словами он сделал резкое движение, словно собирался прыгнуть на Дашу сверху. Она вздрогнула. На секунду она представила этого внутреннего зверя, как он вырывается из нее. Ей даже показалось, что с ней действительно что-то происходит, какая-то трансформация. Она закрыла глаза, и пару мгновений ей не хотелось их открывать — она была уверена, что увидит в зеркале чудовище.

Но нет, из отражения на нее смотрела все та же Даша Булавина, только слегка побледневшая.

Фабини за ее спиной разочарованно вздохнул и положил нож на стол.

— Что ж, — сказал он. — Кажется, в вас нет магии. Я искренне пытался ее найти, но ничего не поделаешь.

— Подождите! — Даша почувствовала, что у нее выступают слезы. Отчего-то она была уверена, что уж какие-никакие способности у нее найдутся. — Может быть, можно попробовать еще раз? Может быть, оно не проявилось с первого раза?

— Может быть. — Фабини пожал плечами. — Но маловероятно. В любом случае сегодня пытаться уже нет смысла. Можете поворачиваться.

Но Даша поворачиваться не стала.

— А как же обычные виды чародейства, которые практикуют мужчины? — спросила она. — Вы меня на них не проверяли!

— Это исключено, — уверенно ответил учитель. — У женщин они никогда не проявляются. Я скорее поверю, что у вас что-то редкое, малоизученное… но… это надо подготовиться, освежить мои знания, прочесть кое-что…

Он зачем-то бросил взгляд в пустой угол комнаты. Сделал шаг туда, но затем остановился и оглянулся на Дашу