Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

Адиль смотрел обреченно.

Сдаешься?

Я не успела задать этот вопрос вслух, как он все же заговорил.

— Это не ответ, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Это выбор. Боги никогда не принуждают, они лишь ставят нас на развилку, а куда идти, решать только нам. Прости меня, Нахи, мой свет, прости, что был глупцом, который готов был сдаться без боя. Я предлагаю тебе свое имя. Предлагаю одну тропу на двоих. Дело не в метке, — поторопился заверить Адиль. — Она не появилась сразу. Она стала украшать мою руку после того, как я узнал тебя, Нахи. Никогда прежде я не встречал таких гардар. Ты кажешься миражом, сном, я боюсь моргнуть, чтобы ты не исчезла. Помолвка с родом айс Веляри будет разорвана. Обряд с Изирой — дань требованиям рода, Нахи. Ты многого, наверное, не знаешь об особенностях высших родов. Я обязан был связать свою нить согласно обычаям, но теперь все изменилось, ведь я встретил ту, что уготована мне Богами.

Адиль говорил торопливо, но уверенно. Он смотрел мне в глаза открыто, не тая того, что чувствовал. Позволял мне читать свою душу, открывая ее добровольно. Моя Сила сама тянулась к этому арху. Я ее не направляла, но и не сдерживала.

Злость, которую испытывала по отношению к Адилю унялась. Мне и правда стали яснее причины его поступков.

— Все это ужасно занимательно, Адиль, — грубо вмешался Бурхан, — только совершенно не к месту! Для всех совершенно очевидно, что Ирину, — мое имя Бурхан особо выделил голосом, — Боги послали в Орхартен не просто так! Она уже смогла многое изменить и изменит в дальнейшем. Ирина, я обещаю тебе полную свободу. Ты сможешь выбрать любое направление, в котором станешь помогать орхартенцам. Лекарство? Пусть будет оно. Или можешь реформировать особенности содержания гэрхов. Или взять под патронаж детский приют. Все, что сама пожелаешь. Ты будешь женой Верховного арха, Ирина. Моей правой рукой, моей спутницей. Я обещаю, что стану прислушиваться к тебе. Обещаю не пренебрегать твоим мнением. Обещаю заботиться о тебе. Сделай правильный выбор, Ирина! Выбор, который определит твою дальнейшую жизнь. Нашу жизнь.

Единственным, кто пока не высказался был Мансур. Верховный арх Зартага стоял, сложив руки на груди и просто следил за разворачивающимся перед ним действом.

— Я согласен насчет выбора, — веско произнес он, заметив мой взгляд. — Боги никогда не принуждают. Любое их вмешательство неявное, оно опосредованное, и всегда по большей части зависит от нашего выбора. Наш путь никому не пройти за нас, с этим я с сыном согласен.

— Арх Мансур, я могу остаться в Зартаге просто так? Не в качестве той, кого выбрал ваш сын.

— Буду честен, гардара, — чуть переменил позу Мансур. — Ваше… происхождение и ваша Сила, они не позволят вам жить той жизнью, о которой вы, как я понял, мечтаете. Знаете, не у всех есть привилегия выбора жизненного пути. У кого-то есть лишь иллюзия выбора. Вы — высшая гардара, Ирнахинаджа. Наравне с архами, ваш путь предопределен. Вы не сможете жить одна, это просто невозможно. Я сейчас говорю и о безопасности, и об обычаях как зартагцев, так и орхартенцев. Я готов предоставить вам убежище, но вот покой гарантировать не смогу.

— Но, в целом, вы согласны?

— Ирина, не глупи! — снова вмешался Бурхан. — К чему эти разговоры? Мы должны вернуться в Орхартен! Это — твой путь. Просто прими его!

— Я не вернусь с тобой в Орхартен, Бурхан! — выпалила, резко повернувшись к арху. — Не стану связывать свою жизнь с твоей. Я не терплю принуждения! Метка? — подняла руку, даже потрясла ею. — Она заставляет тебя думать, что мой путь предопределен?

Стремительно шагнула к той самой чаше с тягучей черной жидкостью и, не мешкая, опустила в нее руку. Обе руки. Для надежности.

Откуда я знала, что делать? Не знала, меня кто-то вел.

— Нахи! — простонал Адиль.

Боковым зрением видела, как Бурхан дернулся ко мне, но замер, лишь сжал посильнее зубы.

Опустить руки в чашу было недостаточно, нужно было еще попросить Богов. А для этого мысль нужно верно сформулировать. Чего я хочу? — задала себе вопрос, закрыв глаза.

Перед мысленным взором стремительно пронесся образ младенца. Да, ребенок — затаенная мечта, которую я давным-давно затолкала подальше и не доставала, даже для того, чтобы стряхнуть пыль.

Нет! — запретила себе думать не о том, что собиралась сотворить. Мне нужно избавиться от этой метки — вот моя цель!

— Великая Богиня, — прошептала я, вспоминая тот образ, что уже дважды являлся мне во снах. — Прошу тебя, избавь меня от принуждения. Избавь от необходимости выбора. Подари мне свободу. Я стану служить тебе! Могу поселиться при айване и помогать людям. Великая Богиня, молю, услышь меня, прочти у меня в душе, чего я хочу на самом деле. Уповаю на тебя, Валрея. Прошу милости и заступничества.

— С Богами не нужно торговаться, гардара, — услышала я голос Мансура, который заставил меня открыть глаза. — С ними это не проходит.

Часть факелов в храме погасла, а жидкость, которую я пропускала сквозь пальцы из непроницаемо-черной стала алой, словно кровь.

Первый мой взгляд на запястье, на то место, где была метка. Не была, есть. Метка на месте, — заметила со странным чувством — смесью облегчения и недовольства. Претерпевшая значительные изменения, но она была.

Теперь это лишь контур, никакого цвета, никакой тьмы, только контуры многолучевой звезды с неравными по длине лучами. Метка не чесалась, не болела, не жгла. Она была едва видна, остался лишь совсем нечеткий контур.

Подняв глаза на Бурхана, заметила, что и он рассматривает свое запястье. С моего места не было видно того, что видел арх. Но, судя по выражению его лица, на его запястье тоже были изменения.

Адиль… тоже не отрывал взгляда от руки. Заметив мой интерес, резко одернул рукав и спрятал обе руки за спину.

— Мне жаль, что тебе пришлось молить Богов избавить тебя от моего назойливого внимания, — уязвленно заметил он. — Постараюсь больше тебе не досаждать.

Бурхан не сказал мне ни слова. Ни мне, ни Адилю. Он обвел храм взглядом, задержавшись на чаше, возле которой