Брутфорс 1-6 - Иван Катиш

шикарно выступали дуэтом, совмещая вокал со спецэффектами — Больеш пристроил к делу свои способности и сейчас сам моделировал им всю красоту на сцене, не дожидаясь специально обученных людей. Что уже принесло им какой-то здоровенный приз, которому Шанкс еле нашел место в подземном этаже.

Со своим подносом я плюхнулся за стол, где уже сидели Баклан, Дима и Макс.

— Вы можете меня поздравить! Я теперь официально член группы «Трилобит рефакторинг»!

— Круто! — улыбнулся Дима. — Поздравляем! Да здравствуют Трилобиты! Будем отмечать?

— Да мы, считай, уже отмечаем! — засмеялся я. — Но если хотите, я готов вас вывести в бар. В субботу, например.

— Я согласен, — заявил Макс. — У меня жена с дочерью уехали к бабушке на неделю, и я совершенно свободен. И готов к студенческой жизни!

— Отлично, — обрадовался я, и тут заметил, что Баклан выглядит как-то тухлее обычного, но молчит.

— Слушай, Баклан, ты чего? Не заболел?

— Скажи ему, — толкнул Баклана Дима.

— Что случилось-то? — напрягся я.

— Я не знаю, проблема это или нет, может, и нет совсем… Тут такое дело… Я сегодня работал на внешнем заказе, наш кейтеринг с какого-то перепугу выехал на заказ «Технотрека», ну контора такая, — начал мяться Баклан.

— Короче, Склифосовский, — возмутился я. — Я знаю, что такое Технотрек. Обычные корпораты, ну ладно, довольно большие. И что?

— В общем, помнишь Марша и Фантома, с которыми мы тогда посрались на берегу? И которых Вадим увез в коконах?

— Конечно, помню! Это же они тогда базу Приемной комиссии развалили. Которую мы потом руками две недели пересобирали! И что?

— Их выпустили. Они были на том мероприятии, свеженькие, бодрые, местами румяные. Как я понял, они теперь работают на Технотрек.

— Ты шутишь?

— Нет. Я было подумал, что это я перепутал, у меня не так уж хорошо с лицами, но у них бирки были на груди: «Марш/Технотрек» и «Фантом/Технотрек». Я по такому случаю даже взялся шампанское разносить, чтобы точно прочитать и ничего не перепутать. Они оба такие же мерзкие, кстати.

— Охренеть. Но это же не может быть случайно!

— Не может быть.

Я резко выдохнул. Как вообще такое могло произойти? Типа иди куда хочешь, ломай что хочешь, а тебя потом за это по голове гладят? Серьезно? Надо выяснить, как это вышло.

Брутфорс 3

Глава 1

Утро потому и утро, поскольку утрирует хорошее. Однако ничто не длится вечно, и к обеду целительный эффект начала дня сошел на нет. Я снова был в бешенстве.

Как? Как так можно? Почему люди, которые обрушили Приемную комиссию, хотели сжечь голову Больешу, а мне руку, теперь как ни в чем не бывало разгуливают по столице? И на вечеринки ходят? Нет, я понятия не имею, что надо было с ними сделать, но выпустить их вот так просто — какой-то избыточный гуманизм, нет? Мы зря что ли две недели пересобирали данные в четыре смены?

Не помню, чтобы я хоть когда-нибудь приходил в такую ярость. Даже когда Скиф слил налево нашу работу, мне было не так обидно. Возможно, потому что я все равно уезжал с побережья, ну или потому что мы не смогли бы вытянуть тот проект, да неважно почему. Но сейчас меня разрывало напополам. Даже обида от того, как меня бортанула Кира, куда-то делась. Осталось только желание растереть виновников в молекулярную пыль.

Хотя я и сказал Баклану, чтоб он эту историю даже в голову себе не брал, приложить этот совет к самому себе я не смог. Тем не менее, я взял себя в руки и до понедельника ни к кому не приставал с криками о справедливости. В выходные прошатался по городу с парнями, делая вид, что все нормально, но с началом недели гнев нахлынул с новой силой. Терпеть дальше было невозможно, и я отправился охотиться на Шведа. Это всё, на что меня хватило — не ломиться напрямую к Гелию. Типа субординация. Вот я какой приличный!

Швед сначала долго не мог вникнуть, чего мне надо, но как вник, сразу захохотал.

— Скажи мне, чего ты хочешь? Чтобы я лично им головы откусил? Так не в моей власти и, я тебе страшное скажу, не интересно. Я этих придурков смутно помню, их с самого начала никто здесь не ценил. В инкубатор они пробовали заходить, но Гелий их быстро выпер, заявил, что не надо нам таких чудес. Всё у них вкривь и вкось, только Приемные комиссии рушить.

— Ну я не знаю, — пробубнил я. — С такого угла дело смотрится уже гораздо симпатичней. Пусть они на новом месте всё сломают. Но все равно интересно, почему они так легко отделались?

— А ты что себе придумал? Суд, тюрьма, Сибирь? Так не делает уже никто, зачем они там? Только зверей пугать. Это коммерческое преступление, и наказывается оно коммерчески.

— Это как?

— Я тебе точно не скажу как, но суть в том, что ты должен отработать ущерб.

— И как они его отрабатывают в Технотреке, если ущерб нанесен университету?

— А вот это вопрос. Пойдем вместе к Гелию, чтобы не играть в испорченный телефон. Только я ему напишу сначала, вряд ли это такое срочное дело, чтобы вламываться сразу.

Я согласился. Судьба Марша и Фантома на пожар никак не тянула.

— Да, кстати, — предупредил меня Швед. — На среду вечер ставлю первую встречу нашей группы. Ты сможешь?

— Трилобиты в деле! — обрадовался я. — Да, конечно! Запускаемся?

— Ну!

* * *

Миру не было дела до страданий свежеиспеченных студентов и их противников, он потихонечку расползался по швам. Инерция от трех целебных пинков, возникших от единой валюты, синхронизированного управления и прорыва во внедрении органических систем, давно выдохлась, а новых дать было некому.

Зато новые угрозы плодились в изобилии: человеческий ум на что только не способен, а в союзе с нечеловеческим творит чудеса. Информация о грядущей атаке на элементы программных органических систем была частично основана на прогнозах, а частично на реальных инцидентах. И никто не орал «спасите наши души» только потому, что большая часть атак произошла на территории Юга, где их никто банально не заметил. Поскольку на Юге было не до того. Обострившиеся отношения между враждующими группами повредили такую массу строений, посевов и дорог, что такую мелочь, как задурившая техника, никто и не заметил. Ну улетел дрон куда-то не туда, утонул, наверное, кто же его теперь искать будет, когда железнодорожную ветку сковырнули в двух местах, и