"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

словесной перепалки – и я все-таки выставил эту красавицу из своей комнаты, после чего буквально рухнул, не раздеваясь, на кровать – настроение было совершенно нерабочее. Всю ночь мне снились соблазнительные драконши в обтягивающих одеждах, с рыжими волосами, росшими прямо поверх чешуи, которые буквально наводнили мой дом и, гоняясь за мной, шаловливо мне подмигивали.

– Нер.

Я вздрогнул и вопросительно посмотрел на ребят, которые уже заняли рабочие места, и даже Гай больше не размахивал ножовкой, а внимательно смотрел в мою сторону.

– Что ж, если все собрались, то, пожалуй, начнем. Перво-наперво возьмите в шкафу рабочие халаты, а то форму замараете, – кивнул я в сторону шкафа, стоящего у двери класса.

Пока ребятки переодевались, я быстренько набросал на доске схему скамейки и примерные размеры. Конечно, надо было бы сделать это до урока, но Батон меня разбудил почти перед звонком – и то, судя по его взъерошенно-обозленному виду, удалось это далеко не с первого раза.

Закончив свое художественное творчество, я вновь повернулся к классу и тут же попытался придать своему лицу прежнее деловитое выражение. Блин, сказка «Тысяча и одна ночь» в действии. Не, когда я просил Дорофеича сделать мне пару десятков рабочих халатов – не думал, что результат будет подобным. Наш завхоз, конечно, парень прижимистый и экономный, но такое… Представьте себе халат какого-нибудь Аладдина – представили? – теперь добавьте немного современной гламурности и приплюсуйте чуток от хламид каких-нибудь фэнтезийных магов, теперь все это перемешайте – и вуаля… форма для уроков труда. Короче, нечто напоминающее банный халат, украшенный блестящими каббалистическими знаками, какой-то вытачкой, затейливым восточным рисунком и стразами. Батон аж с дуба рухнул, причем в прямом смысле этого слова – рухнул и в истерике забился под деревом, правда, для того чтобы громко не смеяться, набил полный рот травы и молча ржал в торчащий из пасти пучок оной – ажно усы со свистом вибрировали.

Ну, Дорофеич, где он только эти халатики добыл – поди, валялись в куче с незапамятных времен, а тут такой случай втюхать и списать с баланса.

Ладно, проехали, хотя, судя по мрачным лицам моих ученичков, эти наряды мне еще аукнутся. Интересно, сколько мне молний, или чего похуже, в спину прилетит? Хотя некоторым даже понравилось: вон дриад с удовольствием оный примеряет и даже маленькое зеркало откуда-то достал и себя разглядывает. Зато Теодор (ну, который оборотень) ажно кипит от злости, уши уже вытянулись, и клыки из рта торчат сантиметров на пять. Я вздохнул – опять, поди, что-то с традициями.

– Эф, если что-то не так, можешь халат не надевать, только если порвешь или замараешь форму – то твои проблемы. Остальных это тоже касается. В дальнейшем каждый может сам подобрать себе рабочую форму, но к следующему уроку чтобы она была у всех.

Во, вот такой я демократ, пацифист, активный миротворец и вообще лапочка. Судя по взглядам в стиле одобрямс, молнии в спину сегодня отменялись, хотя трубкой мира еще не пахло. Наш оборотень быстро стянул с себя блестящую хламиду и как-то облегченно вздохнул. Вот и хорошо.

Ну в общем где-то с час я объяснял им процесс изготовления скамейки, правила пользования ножовкой, рубанком, молотком и измерительными инструментами, а после, дав отмашку началам работ, отправился к себе в каморку выпить кофейку. Спать очень хочется, а десять минут – они погоды не сделают, пусть пока доски попилят, тем более что там и делать-то нечего. Два куска бруса вертикально – и пара досок, что на сидушку, горизонтально, и все. Не бог весть что, но пусть хоть пилить и строгать поучатся, а там, глядишь, начнем прогрессировать и до совков для мусора дойдем, что нам стоит-то. Вот примерно таким макаром я думал, наливая в кружку божественного напитка, именуемого кофе. Кстати, кофе здесь несколько другого плана, я это еще у ректора заметил. Не, по вкусу, цвету и прочему это типичный кофе, но выпьешь пару глотков – и все, ты прямо не человек, а тот розовый кролик из рекламы с батарейкой. Прямо – ух, ах, ага и вообще, а также ого-го.

Ну, значит, сижу я, спокойно стаканюсь (каюсь, больше десяти минут), как тут вваливается Батон и жестами начинает что-то мне изображать, показывать, пританцовывать – короче, кошачья пантомима в действии. Сказать, видно, бедный, ничего не может, глаза уже большие, красные, слезятся, я грешным делом уже про несвежую сметану подумал… Не, оказалось, просто от смеху сказать ничего не может – упал тут же, рядом со стулом, и ржет как лошадь. Значит, мои горе-трудяги опять чего-то учудили, хотя кот у меня страшно смешливый (а также обжорливый, блудливый и прочее по списку), хотя, может, где и валерьянку пробил или что-то подобное, – как-то слишком уж его плющит.

Я вздохнул и, отставив недопитый кофе, вышел из своего закутка. Бли-ин, м-дя-а и ёпрст в одном флаконе. Все хуже, чем я мог себе представить. Ну вот скажите мне, как бы вы делали скамейку из двух чурбачков и пары досточек? Правильно, замеряете и отпиливаете от бруса парочку кусков нужной длины для ножек, то же с досками для сидушки. Строгаете, последние особенно тщательно, чтобы, значит, не очень повредить мягкое место коварной занозой, а дальше – молоток с гвоздями в зубы и с диким криком «банзай» скрепляете все вместе. Вуаля. Сиденье типа «подзаборное место люкс для лузганья семян подсолнечника» готово – пользуемся.

Ага, это я так думал, оказалось… гм, ладно, начнем по списку.

Итак, Колайс Эльдурейз – темный эльф. Сидит в позе лотоса и, поскребывая доску ногтями, что-то напевает. Потом берет ножовку, пару раз вжик ею, вжик по досточке – и опять в позу лотоса, причем, судя по глубине пропила, он эту доску будет резать до моей пенсии.

Ом Кум – мальчик-волшебник. Что-то отпилил, правда, кривенько – и теперь пытается собрать данный пазл. Однако, судя по количеству гвоздей, вбитых под разными углами и даже в верстак, – безуспешно, но старается. Хотя то, что у него получается, на скамейку вряд ли похоже, – конечно, если у вас не три (пардон) задницы, причем все на разной высоте, и вы к тому же не йог-мазохист, – но конструкция еще не завершена, так что у местного Церетели есть все возможности в конце концов создать шедевр.

Теодор Эф – оборотень. Ну тут я чуток офигел, ибо у верстака сидел здоровенный бобрина. Да-да вы не ослышались – обыкновенный бобер, правда, ростом мне почти по пояс, а кругом валялось