Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

уже достаточно далеко, меня он вообще не принял во внимание, но Морис… Морис просто не знал… Не думал… Граф стал очень уязвимой мишенью, и я не ошибся, следуя по пятам за этим негодяем – еще секунда, и в руке его блеснуло оружие…

Должно быть, он сильно нервничал, потому как до сих пор не заметил меня, сосредоточив все свое внимание на путь от места своего укрытия до кабинета Мориса – он уже обычно работал там в это время.

Я даже слегка злорадствовал, потешаясь над самоуверенностью Мэлвина. Нет, он обладал не теми способностями, каковых сейчас требовали обстоятельства – он не мог видеть Линии Силы, как Морис и не мог читать мысли, как Тайлер и Лиза, и наверняка граф уже почувствовал его присутствие здесь (хоть он каким-то образом и оставался здесь незамеченным все это время), но у него было оружие на снятом предохранителе…

Мэлвин шел осторожно, крепко сжимая лазер в вытянутой в струну руке, и я не на секунду не сомневался в его намерениях, опасаясь лишь того, что не успею вовремя…

И я был прав. Морис вышел из своего кабинета, почувствовав наше присутствие, и его глаза округлились, едва лазер в безжалостной руке Мэлвина тупо уставился на него, и кривая усмешка заползла на лицо убийцы.

-Мэлвин? … - Граф был напуган и удивлен, его глаза вспыхнули мягким неоном.

-Прости. Так надо. – Манерно парировал тот.

Я не успел лишь на долю секунды, когда вспышка лазера озарила коридор ярко-голубым свечением. Я набросился на него сзади, сконцентрировав всю энергию, на которую был только способен, но действовать расчетливо и хладнокровно не получилось. Единственное, что я понял, было лишь то, что лазерный разряд достиг своей цели – Морис упал, сраженный им…

В следующий миг (а я был уверен, что это именно следующий миг), я почувствовал, как черные точки исчезают с поля моего зрения, темнота рассеивалась, растворялась в неоне, мягко сквозящему из огромных глаз Мориса Анедо, сидящего напротив меня на полу.

Я вздрогнул, и он отшатнулся, будто бы ожидая удара.

-Морис, ты жив… - Мой собственный голос был словно чужим, будто бы мои уши были заложены ватой, и кто-то произносил эти слова, стоя за дверью.

Он моментально успокоился, вернувшись в прежнее положение, и из глаз его вновь полился неон. «Вата в ушах» исчезла, я будто бы возвращался в реальность, из которой выпал на пару секунд.

Граф был раздет по пояс и на его левое плечо была наспех наложена бинтовая повязка. Сколько же времени прошло?!

-Аднер, да брось ты уже этот труп! – Элиас ворвался в мою реальность совершенно неожиданно, он был зол, метался из стороны в сторону и сыпал проклятиями.

Откуда он здесь взялся? Он же улетел… И что он имел ввиду?!

Я машинально перевёл взгляд на свои руки, и почувствовал, что действительно что-то держу…

…Синие, широко распахнутые глаза остекленело поблескивали, глядя на меня то ли с укоризной, то ли с благодарностью. Голова Мэлвина была неестественно повернута, а шея, крепко зажатая в моих руках, багровела под моими бледными пальцами…

Я в ужасе отшвырнул это от себя, как есть, сидя, попятился, пока не уткнулся спиной в стену. Дрожь колотила меня как летний ливень, и я все не мог отвести глаз от этого тела, покоящегося у моих ног.

Морис поднялся, сочувственно кивая.

-Что с ним?! – Я не спрашивал, я пытался проснуться, но больше ничего не менялось, картинка оставалась прежней.

-Что с ним?! – Почти весело, но со злостью воскликнул Эл. – Он – труп!!!

Я задрожал еще сильнее, только что осознав, что убил человека.

-Простите меня. – Зашептал я, боясь поднять глаза. – Я не хотел…

-Не хотел?! – Это опять был Элиас. – Да если бы я мог, то сделал бы из него зажаристую котлету! Слава богу, Джоэл, ты был здесь, слава богу…

Он не сдержался и пнул уже закостеневшее тело, но Морис с укором взглянул на него и жестом попросил успокоится.

-Я благодарен тебе, Джоэл. – Спокойно произнес он. – Если бы не ты, Мэлвин убил бы меня, он пришел сюда за этим. Мне очень жаль, что тебе пришлось убить – но я говорю тебе спасибо. Я твой должник.

Глава 14. О голосах в голове. (Часть 1)

А вы знаете, каково это – отнять жизнь? Ко всем моим немалочисленным грехам, что я сотворил в этой жизни, прибавился еще этот, пожалуй, самый страшный. «У меня не было выбора – выбор есть всегда». Эти две фразы метались от виска к виску в моей и без того больной голове, и я мучил сам себя, раздираемый противоречивыми понятиями добра-зла.

Мы сидели на кухне, Морис поддерживал меня как мог – он никогда не был сторонником убийства, Элиас же злился и ругал меня за слабохарактерность.

-Аднер, хватит быть тряпкой! – Голосил он раздраженно (до сегодняшнего дня он как-то еще сдерживался). – Уже неделю ноешь… Ты, можно сказать, совершил благородное дело!

-А ты убивал?! – Защищаясь, огрызнулся я.

Уже по выражению его лица я понял, что задал глупый вопрос.

-Конечно! Кто по-твоему делает всю грязную работу?! И, видишь, ем, сплю, смеюсь, живу… Ты думаешь, я какой-то дегенерат?! Не ради же удовольствия я это делаю. И ты – не ради удовольствия… Хотя в твоем случае я бы посмаковал, медленно выкручивая позвонки Мэлвина.

-Элиас. – С укором в голосе остановил его Морис.

-Что?! – Ему даже стало весело. – Знаешь, Джоэл, его тощее тельце в черном пластиковом пакете уже начало разлагаться. Точно. Забыли. Ага?

Но я боялся даже спать с выключенным светом. Холод мертвого тела в моих руках был еще таким осязаемым, что каждый раз я намывал их с особым усердием, будто бы мог хоть что-то исправить и вычеркнуть эту смерть из своей совести.

Ночь. Я закрыл глаза в двенадцатом часу – это было грессийское время, и мне нравилось жить по нему. Долго ворочаясь, я все никак не мог уснуть, мысли лезли как тараканы, копошились, пытаясь добить меня окончательно. Я не помню, как задремал, но страшный напев, в начале тонкий, как ниточка, затем все усиливавшийся, разбудил меня вновь. Я прислушивался, холодея внутри от страха:

«Я тот, кто верит в чудеса,

Хоть сам я родом не из сказки,

Раскрашу пеплом небеса,

Пускай в глазах блестит слеза,

Я так хотел любви и