"Фантастика 2026-8". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Северский

метали молнии. И мне, признаться, стало страшно. Она превратилась в Медузу Горгону, под взглядом которой хотелось окаменеть. Она долго с нами не разговаривала. Бесцельно носилась вокруг пруда, поглощенная своими мыслями.

— Идиоты сильнее всего проявляются в поступках, которые должны были изменить мнение о них. — Она, наконец, остановилась и посмотрела на нас, будто мы только что появились. — Вернулись уже?

— Да. — Ответили мы с Глебом одновременно.

— Да. — Спустя полминуты ответил и Борис. — Это мой девиз по жизни. И мы вернулись.

— У тебя тоже есть девиз? — Удивился Глеб. — И у меня есть. Хорошего человека должно быть много.

— Если мужчина красивее обезьяны, то он уже красавчик. — Вставил и я свой девиз, сформировавший мое мировоззрение.

— Это не про тебя. Видел я обезьян и покрасивее. — Глеб дружески хлопнул меня по плечу.

— Это ты про свою родню? — Быстро нашелся я.

— Как вам испытание? — Эрла прервала нашу пикировку, но видно было, что спросила она больше из уважения, чем настоящего интереса. Что-то ее сильно заботило.

— У тебя есть еще команда, которую ты испытываешь? — Решил я. — Это они идиоты?

— Нет, других таких счастливчиков у меня нет. Ладно, вас это не касается. Молодцы, умеете думать абстрактно.

— А можно узнать? — Борис поднял вверх руку, как прилежный ученик, — Эти монстры они что действительно убивают за… ну, за то, что… — он смущенно изобразил мимикой напряжение, которое испытывает сидя на унитазе.

— Конечно. Можно ли испытать человека, если он будет заранее знать, что с ним ничего не случится?

— Наверное, нет. — Неуверенно предположил Борис.

— Не наверное, а точно, нет. Если вам дать шутейный квест, то вы выйдете по его окончании ровно теми же людьми, которыми и зашли. Страх совершить непоправимую оплошность или дать слабину заставят ваши мозги работать на всю мощь, чтобы найти выход. А думать надо иначе, чем вас учил тот мир. Страшно?

— Позавчера было намного страшнее. — Признался я. — Поверить и сделать шаг, оставить свой привычный мир.

— А мне нет. Я думал, что это шутка до последнего момента. — Признался Глеб.

— А я… а у меня всегда так… совершаю поступок, а потом думаю. — Борис снял очки и протер их полой майки. — Идиот.

— Ты не идиот, ты думаешь как раз так, как нужно, просто твое окружение, принявшее правила твоего мира, привыкло думать по-другому, и давить на тех, кто думает иначе. Отсюда и твоя замедленная реакция. Вначале ты думаешь правильно, а потом пытаешься интерпретировать свою мысль для окружающих.

Борис удивленно уставился на Эрлу. Кажется, он слышал подобную оценку себя впервые. Даже его рыбий взгляд куда-то пропал, став ярким и глубоким.

— Мне этого никто не говорил. — Признался он еле слышно.

— Не благодари, это не комплимент, а констатация. Все мы до определенного возраста иномирцы, пока мир не сломает нас. Хотя… некоторым иномирцам проще вернуться к тому образу жизни, который у них был прежде. — Последнее предложение Эрла произнесла задумчиво печально.

— Это тот идиот? — Догадался я.

Эрла вздохнула. В этот момент и вся ее красота будто потускнела. Печаль делала ее невзрачной, и дело было, скорее всего, в глазах, в которых потух блеск. Недавние воспоминания нахлынули на нее с прежней силой.

— Знаете, что он сказал мне? — Произнесла она шепотом.

— Идиот? — Переспросил Глеб.

— Он сказал, что для мужчины секс — это цель, а для женщины средство достижения цели.

Неожиданная откровенная фраза слегка покорежила нас, отчаянных девственников, не имеющих о предмете никакого практического знания, чтобы составить авторитетное мнение.

— Представляете каково, когда тебе в лицо говорят, что все твои чувства это мишура, которой ты обволакиваешь объект обожания, чтобы поиметь с него что-то. Что можно поиметь с этого идиота? У него даже в глазах тестостерон плещется, а вместо мозга, простите, другой орган. Я сама дура. Очаровалась.

Непривычно было видеть Эрлу в таком состоянии. Мне захотелось как-то помочь ей. Набравшись смелости, я подошел и попытался ее обнять. Получилось неловко из-за моих несмелых действий. Однако Эрла не оттолкнула меня. Я поднял глаза на своих друзей. Они смотрели на меня, открыв рот, сверлили завистью, смешанной с удивлением, явно не ожидая от меня такой смелости. Окрылившись собственной смелостью и чувством некоторого превосходства, поддавшись магии от близости к женщине, я осмелел настолько, что опустил руку на её ягодицы. Реакция оказалась мгновенной. Я получил звонкую пощечину, от которой меня слегка повело. Удар у Эрлы был что надо.

— Прости. — Смущенно произнес я, прикрыв лицо ладонью.

— Ой, Вий, прости, больно? — Она кинулась осмотреть место ушиба. — Не справилась с нервами. Прости.

Эрла осмотрела полыхающий на коже отпечаток своей ладони. Теперь мы оба были смущены своими поступками.

— Я не хочу никаких отношений, кроме деловых. — Произнесла виновато Эрла, глядя в землю. — Хватит с меня.

— Угу, ладно, я понял. — Я занял место рядом со своими друзьями, не знающими, как реагировать на случившееся.

Эрла сосредоточенно молчала несколько минут, будто проигрывала в уме произошедшее.

— Виновата, готова исправиться и устроить вам небольшой отдых, который зарядит оптимизмом. Интересно вам?

Не могу сказать, что испытал сразу прилив радости и желания куда-то отправляться. Любое предложение Эрлы воспринималось с подвохом.

— На что это будет похоже? — Спросил Борис.

— На праздник. — Ответила Эрла, не вдаваясь в тонкости.

— У каждого из нас свое представление о празднике. — Борис поправил очки. — Я люблю уединение, за компом посидеть, почитать. Вий, наверное, любит по качалкам шляться, а Глеб, ну тут и так все видно.

— Ничего не видно. — Толстяк поджал живот. — Я люблю тусовки и не обязательно с фуршетом. Я тусовый парень, звезда вечеринок. — Он изобразил руками движения, прокатившиеся волнами по всему телу.

Эрла добродушно рассмеялась.

— Угодить вам одним миром будет сложно. — Она задумалась. — Но я попробую. Спасибо моему учителю, который показал мне самые тусовые места, чтоб ему провалиться. Только недолго, вам надо хорошо выспаться и набраться сил перед следующим испытанием. Подойдите ко мне и возьмитесь за руки.

Мы покорно встали и взялись за руки. Причем я взял за руку Эрлу, испытав щекочущее чувство возбуждения от прикосновения. Мне было все равно куда идти, лишь бы этот момент длился как можно дольше. Но он длился мгновение. Обстановка вокруг нас растаяла и сменилась синью бескрайнего голубого неба, через которое просвечивали несколько ярких звезд и два крупных небесных тела, похожих на зеленую Луну.

Я осмотрелся. Мы оказались в стеклянной чаше, внутри которой поместили небольшой кусок мира. Стеклянные стены образовывали идеальный круг на высоте в километр, а сама чаша была примерно пяти километров в диаметре. Нас окружали зеленые лужайки, опутанные