"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Мы вновь начали играть в догонялки. Сахаров отступал от меня на несколько десятков метров, после чего я перемещался к нему с помощью Шага Теневой Бури и наносил ему несколько ударов, которые тот принимал на свой Покров. После этого Неограниченный вновь удалялся от меня с помощью выброса голой энергии в мою сторону. Затем ситуация повторялась.

Из-за того, что я был с головой погружен в сражение, мне не удалось заметить, как мы подобрались вплотную к тому месту, где мои гвардейцы уже вовсю брали под стражу выживших бойцов армии Сахарова и Курчатова.

Лишь в тот момент, когда мой противник не стал убегать дальше, встав на одном месте, я понял, что в очередной раз попался на уловку хитрого Сахарова.

Парень расставил руки в направлении моих гвардейцев, а всполохи в его душе вновь пришли в движение.

— Я не смогу победить тебя Новиков, — начал было Сахаров, — но смогу облегчить это для того, кто придет после меня.

Допускать того, чтобы пострадали мои люди, среди которых была Наташа, мне не хотелось. Поэтому я, сжав рукоять клинка в обеих ладонях, с помощью Шага Теневой Бури, использовав свой выход в реальный мир как начальный импульс, вонзил меч в область груди Неограниченного.

Началась борьба между Теневой Бурей, которой был напитан мой клинок, и остатками огненного Покрова Сахарова. Я отчетливо понимал, что вот-вот одержу победу, но свою атаку я проводил не для этого, а для того, чтобы сбить концентрацию своему противнику.

— Знаешь, Новиков, со временем к твоим уловкам привыкаешь… — с хрипотцой произнес Сахаров, после чего зашелся в кашле.

Из рта Неограниченного сплошным потоком текла кровь, но мой клинок все еще не пробил его Покрова, а всполохи в душе не прекратили своего круговорота, грозясь вылиться в очередную мощную технику. Технику, которая будет направлена практически на всех моих людей.

Решение пришло мне в голову мгновенно. Я протянул руку для того, чтобы начертать Печать Ограничения на душе Сахарова, но не успел совсем чуть-чуть. В тот же момент, когда я достиг нужного расстояния, с рук моего противника сорвался огромный Феникс.

Древняя птица в миг оказалась над головами моих людей, после чего закружилась в бешеном вихре, разметав в разные стороны свои перья. Они не щадили ни моих гвардейцев, ни бойцов Сахаровых и Курчатовых.

Огненные снаряды прошивали защиту моих людей, не встречая никакого сопротивления. Не помогали ни Покровы, ни элементы брони, изготовленные Шелковым. Спустя несколько мгновений я начал наблюдать за тем, как мои люди начали умирать, а их души — вырываться из их тел.

Буквально за долю секунды я оказался на грани того, чтобы лишиться всего, чего добился.

Поместье, земли, техника и вооружение — все это ничего не значило. Главным своим достижением я считал людей. Тех, кто пошел за мной, будучи готовыми противостоять целой империи. Тех, кто доверил мне самое важное и самое ценное, что у них есть, — свои семьи. Тех, кто был готов отдать свою жизнь за мой Род.

«Они и отдали», — раздался в моей голове обреченный голос. Мой голос!

Во мне лопнула струна, сердце сжалось.

Наташа! Жизнь моей сестры оборвалась, а вместе с этим ко мне пришло… спокойствие? Осознанность?

Порядок дальнейших действий сам собой возник в моей голове. Я знал, что нужно делать, вследствие чего страх и боль за потерю сестры нивелировался.

Сахаров обернулся ко мне. На его лице была самодовольная ухмылка, которая так и застыла, стоило ему столкнуться со мной взглядом.

— Что? — тихо спросил парень, чтобы затем взорваться наполненным ужаса криком: — Что с твоим глазами⁈

— Сейчас ты наглядно увидишь, почему у твоего Рода изначально не было шансов, — полным спокойствия голосом произнес я и двинулся вперед.

Проходя мимо Неограниченного, я взмахом руки нанес Печать на его душу, вследствие чего Сахаров рухнул на землю, как подкошенный. Если изначально я подумал, что нанес Печать Ограничения, то в будущем Чайя назовет ее Печатью Обнуления.

— Что бы ты со мной не сделал, ты ничего не исправишь! — хрипло воскликнул Сахаров, глядя мне в спину. — Все твои люди мертвы! Твоя сестра мертва!

— Ты забываешь кое-что, Сахаров, — улыбнувшись я обернулся к своему врагу и расставил руки в разные стороны. — Новиковы не умирают!

От моих рук в разные стороны разлетелись белые, под тон моих изменившихся глаз, нити. Они вонзались в те души, которые покинули свои тела, не разбирая, кто это был: мой гвардеец или вражеский боец. Среди них оказалась и Наташа.

От такого обилия соединений меня подняло в воздух. Через несколько мгновений я осознал, что левитирую ровно в центре своеобразной сферы, которая сформировалась из белых нитей.

Прикрыв глаза, я начал методично возвращать души в тела людей. Они начинали истошно вопить, ведь раны никуда не девались, а удерживаемая мной душа не давала им умереть. Однако стоит белой нити оборваться, как душа вновь покинет тело, символизируя смерть. Избежать этого удалось с помощью техники, которую я раньше считал ничем иным, как темницей.

Стоило человеку криком, наполненным боли, показать, что он вновь жив, его тело погружалось в Тень, даруя его владельцу покой и умиротворение. Теневой Кокон стал спасением в сложившейся ситуации, потому как дожидаться прибытия Аннет не приходилось.

Шаг за шагом, переходя от нити к нити, я не дал умереть никому, кто стал жертвой техники Сахарова. Среди них были моя сестра, мои гвардейцы и, конечно же, бойцы самого Сахарова.

Когда последняя нить была оборвана, я с блаженной улыбкой посмотрел на то, как Сахаров, стоя на коленях, молится своему богу, отбивая землю лбом.

Найдя взглядом Теневой Кокон, в который была заключена Наташа, я решил спуститься к нему. Вот только мое спокойствие куда-то улетучилось, потому как я не знал, как спуститься.

Сил не было ни на то, чтобы активировать Покров и защитить свое тело от падения, ни на то, чтобы пройти сквозь Тень. А после того, как чувство невесомости вовсе испарилось, в моих глазах потемнело, и я камнем рухнул вниз, теряя сознание.

Мое тело подхватили женские руки, и я услышал то, что было последним перед тем, как мне доведётся окончательно отправиться в царство Морфея.

«Рано тебе еще примерять личину бога, Артем.»

Глава 24

Пришел в себя уже в поместье. Сразу смог наблюдать напряженную моську