Современная зарубежная фантастика-4 - Тэмсин Мьюир

– Я знаю, – ответил Мунтадир. – Как ты думаешь, почему я стучал в дверь? Я слышал, Ваджед увез его из города. Мой отец рассказал Каве куда?

– Из города? Нет, твой отец ничего не говорил об этом.

Мунтадир застонал от разочарования.

– Мне следовало прекратить все это раньше. Когда я узнал, что он и тебя схватил… – Он замолчал, злясь на себя. – Он хотя бы сказал тебе, что ему нужно от Джамшида?

Нари колебалась. Гасан мог быть чудовищем, но он все еще был отцом Мунтадира, и Нари не нужно было сейчас добавлять горя своему мужу.

– Спроси меня позже.

– Если мы еще будем живы, – пробормотал Мунтадир. – Кстати, Али окончательно сошел с ума. Он захватил Цитадель.

– Было бы замечательно провести ночь в Цитадели, а не во дворце.

– Справедливое замечание.

Они прошли под изящной аркой, ведущей к павильону перед апартаментами Зейнаб. Богатая тиковая платформа плыла над каналом, обрамленная тонкими листьями стройных пальм.

Зейнаб была там, сидела на полосатом диване и рассматривала свиток. Облегчение Нари сменилось замешательством, когда она увидела, кто сидит рядом с принцессой.

– Акиса?

Мунтадир промаршировал по платформе.

– Конечно, ты здесь. Делаешь грязную работу моего брата, я полагаю?

Акиса откинулась назад, открыв меч и ханджар на поясе. Она сделала неторопливый глоток кофе из тонкой фарфоровой чашки, которую держала в руке, прежде чем ответить.

– Он попросил меня передать сообщение.

Зейнаб ловко свернула свиток, выглядя нехарактерно взволнованной.

– Кажется, Али был очень вдохновлен нашим последним разговором, – сказала она, запинаясь на последних словах. – Он хочет, чтобы мы сместили папу.

Лицо Мунтадира перекосило.

– Поздно, Зейнаб. – Он опустился на диван рядом с сестрой и нежно взял ее за руку. – Отец мертв.

Зейнаб отшатнулась.

– Что? – Когда он больше ничего не сказал, она поднесла руку ко рту. – Боже… пожалуйста, не говори мне, что Али…

– Каве. – Мунтадир потянулся к реликту сестры и осторожно вынул его из уха. – Он выпустил какой-то магический пар, который нацелился на них. – Он поднял реликвию и швырнул ее в глубину сада. – Это плохо, Зейнаб. Я видел, как он убил четырех охранников в считаные секунды.

Акиса вырвала свою реликвию, и та полетела в ночь.

Зейнаб начала плакать.

– Ты уверен? Ты уверен, что он действительно мертв?

Мунтадир крепко обнял ее.

– Прости, ухти.

Не желая мешать скорбящим брату и сестре, Нари придвинулась ближе к Акисе.

– Вы пришли из Цитадели? С Али все в порядке?

– У него есть армия, и он не заперт во дворце с каким-то убийственным туманом, – ответила Акиса. – Я бы сказала, дела у него лучше, чем у нас.

Нари смотрела в темный сад, ее мысли путались. Король умер, старший визирь был предателем, каид исчез, а Али – единственный из них, кто имел военный опыт, – был вовлечен в городской мятеж.

Она глубоко вздохнула.

– Я… Я думаю, это оставляет нас за главных.

Ночное небо резко потемнело еще больше, и Нари сочла это вполне уместным. Но когда она подняла глаза, во рту у нее пересохло. Полдюжины дымчатых лошадиных фигур с огненными крыльями мчались ко дворцу.

Акиса проследила за ее взглядом, схватила ее и быстро потащила в апартаменты. Зейнаб и Мунтадир последовали за ними. Запирая дверь на засов, они услышали несколько глухих ударов и отголоски эха от чьих-то криков.

– Я не думаю, что Каве работает один, – прошептал Мунтадир с посеревшим лицом.

Три пары серых глаз уставились на Нари.

– Я не имею к этому никакого отношения, – запротестовала она. – Боже мой, вы действительно думаете, что я была бы здесь, если бы знала обо всем? Вы же меня знаете.

– Я ей верю, – пробормотала Зейнаб.

Мунтадир опустился на пол.

– Тогда с кем он мог работать? Я никогда не видел такой магии.

– Не думаю, что сейчас это самое важное, – тихо сказала Зейнаб.

Откуда-то из глубины дворца донеслись крики, и все на мгновение затихли, прислушиваясь, прежде чем Зейнаб продолжила.

– Нари… может ли яд распространиться на весь город?

Нари вспомнила дикую энергию пара, который преследовал их, и медленно кивнула.

– Квартал Гезири, – прошептала она, вызывая страх в глазах Зейнаб. – Боже мой, если он туда доберется…

– Их нужно предупредить немедленно, – сказала Акиса. – Я пойду.

– Я тоже, – заявила Зейнаб.

– О нет, не пойдешь, – ответил Мунтадир. – Если ты думаешь, что я позволю, чтобы моя младшая сестра разгуливала, пока город находится под атакой…

– Твоя маленькая сестра не спрашивала разрешения, и есть люди, которые поверят мне на слово скорее, чем Акисе. А ты нужна здесь. Вы оба, – добавила Зейнаб, кивая Нари. – Диру, если папа мертв, ты должен вернуть печать. Прежде чем Каве или тот, с кем он работает, выяснит, как это сделать.

– Печать Сулеймана? – повторила Нари. Она даже не подумала об этом – преемственность короля казалась далекой. – Она у твоего отца?

Мунтадир выглядел так, будто его сейчас стошнит.

– Что-то вроде того. Нам нужно вернуться к нему. К его телу.

Акиса встретилась взглядом с Зейнаб.

– Сундук, – просто сказала она.

Зейнаб кивнула и поманила их в свои покои. Они были так же богато и прекрасно обставлены, как у Мунтадира, хотя и не так загромождены произведениями искусства. Или винными чашами.

Принцесса опустилась на колени возле большого деревянного сундука и прошептала отпирающее заклинание. Когда крышка открылась, Нари заглянула внутрь.

Он был полностью заполнен оружием. Кинжалы и сабли в ножнах, завернутые в шелк, лежали рядом со странно красивой булавой, арбалетом и какой-то зазубренной, украшенной драгоценными камнями цепью.

Нари не знала, чье выражение лица было более удивленным, ее или Мунтадира.

– Боже мой, – сказала она. – Ты действительно сестра Али.

– Что… откуда это?.. – слабо начал Мунтадир.

Зейнаб выглядела слегка взволнованно.

– Она учила меня, – объяснила она, кивнув Акисе.

Воительница уже выбирала клинки, не обращая внимания на реакцию Нари и Мунтадира.

– Гезирийка ее возраста должна владеть по крайней мере тремя видами оружия. Я восполняю ужасный пробел в ее образовании. – Она вложила меч и арбалет в руки Зейнаб и прищелкнула языком. – Перестань дрожать, сестра. Ты справишься.

Нари покачала головой, а затем посмотрела на сундук, хорошо зная свои возможности. Она быстро вытащила пару маленьких кинжалов, которые напоминали ей что-то, что она могла использовать, чтобы срезать кошельки в Каире. На мгновение она с тоской подумала о клинке Дары в своей комнате.

«Жаль, что я не взяла у него еще несколько уроков метания ножей», – подумала она. Не говоря уже о том, что легендарный Афшин, вероятно, был бы лучшим партнером во дворце в осаде, чем ее явно пугливый муж.

Она глубоко вздохнула.

– Что-нибудь