Лучший мистический детектив - Гапарон Гарсаров

— Пока я имею в виду лишь тебя. Однако не уходи от темы, я хочу знать всё.

— А я уже всё рассказала.

— Как этот браслет попал в твою сумку?

— Ну, видимо, кто-то подкинул его…

— Зачем? — наседал с вопросам Женя.

Лавра задумалась, стоит ли раскрывать карты человеку, которого ещё недавно считала подозреваемым номер 1. В принципе, и сейчас она не испытывала к нему доверия.

— Я об этом не думала, — мотнула она головой. — Но против факта не попрёшь — браслет у меня. А уж зачем его подкинули в мою сумку, понятно только тому, кто это сделал.

— М-да, — заиграл пальцами парень, посматривая по сторонам. — По крайней мере, теперь ясно, почему взломали дверь твоего номера.

— Сейчас меня больше беспокоит красная мантия. Кто она и откуда взялась?..

— Лично мне как раз всё ясно. Пораскинь мозгами: в монастыре происходит тот случай с гробом, днём позднее браслет оказывается у тебя, потом выясняется, что кто-то ограбил краеведческий музей и даже смертельно ранил охранника. А тут до кучи и археологов находят мёртвыми. Я уверен, что это дело рук не человека.

Версия выглядела бы бредовой, если б не ночное происшествие.

— Ты думаешь, на нас напал кто-то из другого измерения? — переспросила Лавра.

— Насколько я помню, ты сама говорила, что тот гроб не удалось взломать даже девятерым крепким мужикам. А после таинственного взлома от крышки ведь остались одни кусочки. Поэтому кто знает, вдруг в том холодном саркофаге хранились останки князя.

— И его дух воскрес, чтобы вернуть свои вещи? — уже без иронии, а со страхом переспросила Гербер.

— Профессор Фитш, у которого я подрабатываю, верит в такие вещи, — поведал Женя. — Он на досуге занимается исследование паранормального.

— Ты тоже в этом участвуешь?

— Нет, до таких дел профессор допускает только самых избранных учеников. Он же немец, весьма недоверчив.

— Моя мама немка, — сообщила Лавра, кивнув в знак согласия с доводами сокурсника. — Чтобы завоевать её расположение, надо очень сильно постараться.

— Души умерших могут преследовать живых, — продолжил Женя, — но только по какой-то очень серьёзной причине. Если привидение в мантии хотело отобрать браслет, то он представляет для него особую ценность.

— Я и не пытаюсь спрятать браслет. — Девушка поднялась с лежанки. — По мне, так пусть забирает его и уходит, лишь бы оставило меня в покое. Это же Керк со своим джипом появился невесть откуда и сбил его.

— Ну, оно может вернуться…

— Возможно. Хотя у меня есть сомнения на этот счёт.

— Какие ещё сомнения?

— Понимаешь, если красная мантия была привидением, то почему от столкновения с ней у машины Керка разбилось лобовое стекло? Да и не смог бы джип сбить привидение, ведь оно же вроде как должно быть бестелесным…

— Хм, — задумался Фанелин. — Фитш как-то говорил про такое. Я тогда не особо ещё интересовался подобным, думал, это байки. Но у привидений тоже есть своя классификация.

— Что ещё за классификация, — заинтриговалась Лавра, попутно вспоминая то, что успела прочитать в журналах «Альманах непознанного».

— Ну, например, привидение можно создать при помощи какой-то методики, главное, знать, как это делать. Их вроде называют элементалами или лярвами, точно сейчас не вспомню.

— Но у привидения может быть тело? Они вообще могут носить какую-то одежду, ту же мантию, к примеру?

— Вот не знаю, — задумался Женя, потирая подбородок. — Надо позвонить профессору, он в этом лучше разбирается…

— Я вот думаю, каким образом красная мантия связана с этими водоворотами на реке? У съёмочной группы уж точно не было ни браслета, ни чего-то другого из сокровищницы Бальваровского.

— Такое ощущение, что кто-то над нами тупо прикалывается. Вот хотя бы взять твой случай. Для чего вообще была подкладывать браслет в твою сумку?

— У меня есть одна версия. Помнишь, в первый день взломали Маринину комнату? Так вот её сумка очень похожа на мою…

— И что?

— Возможно, тот, кто подложил браслет, решил забрать его обратно по приезду в санаторий. Я думаю, его засунули в спешке, когда мы ночевали в монастыре. А по приезду в санаторий получился прокол. У Марины его не оказалось, а я стала таскать браслет с собой.

— Слушай, тогда не понятна логика твоего злодея, — оживился Фанелин. — Зачем класть браслет в чужую сумку, а потом пытаться его вернуть?

— Не всегда можно искать логику там, где её, вполне вероятно, нет, — философски подметила Лавра. — Мало ли, что на уме у этого психопата. Так разодрать мою сумку и раскидать одежду мог только припадочный человек.

— Среди нас таких же нету?

— Вообще-то у меня есть парочка подозреваемых…

— Парочка? — удивился Женя.

— Это очень может быть Роман, так как в последнее время он ведёт себя очень неестественно.

— Согласен.

— Но это можешь быть и ты, — указала она на него пальцем. — Ведь это ты последним покинул комнату с экспонатами сокровищ перед тем, как выключился свет.

— Да ты что! Я бы никогда…

— Твоя сумка, по мнению Аиды, весьма тяжёлая. Мы думаем, что ты прихватил с собой какие-то инструменты.

— Пфф, да нафиг они мне в поездке-то? — откровенно удивлялся парень от таких обвинений.

— Знаешь, логику скрытных психопатов весьма сложно понять, — заключила Лавра и поспешила покинуть его общество. Она и так выложила слишком многое.

Девушка хотела подняться к себе и ещё раз всё обдумать, но взгляд привлекла чья-то фигура за углом здания. Присмотревшись, Лавра увидела высокого стройного мужчину в тёмно-коричневом костюме и с гладкой лысиной. Он стоял и смотрел на неё, словно изучая. Кажется, отличница уже где-то видела его, хотя где именно — не помнила. С минуту они оглядывали друг друга, но потом каждый сделал шаг в сторону крыльца.

— Простите, Вам что-то нужно? — не выдержала Лавра.

— Сегодня прекрасная погода, не правда ли? — монотонно заговорил незнакомец. — А Вы гуляете здесь одна.

— А Вы, собственно, кто? — напряглась отличница.

— О, простите мою неучтивость, я совсем забыл представиться, — виновато заулыбался мужчина. — Меня зовут Вячеслав Сергеевич Коваль, только Вам вряд ли знакома моя фамилия.

— Ах, Вы тот самый Коваль, — вдруг припомнила Гербер. — Я видела Ваш абонемент в библиотеке. Кажется, Вы взяли «Мифы Древней Греции»?

— О, да, — закивал Вячеслав Сергеевич. — К сожалению, здесь не нашлось более увлекательной литературы.

— Это точно.

— В этом году санаторий не балует живым общением, вот и приходится занять себя хотя бы чтением.

У мужчины были ярко зелёные глаза, взгляд которых наводил на Лавру дрожь. Но, в целом, он казался дружелюбным, хоть и странноватым.

— Вы откуда? — поинтересовался мужчина, когда они подошли к журчащему фонтану.

— Я с ребятами приехала по путёвке от университета, это