"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

* * *

Утро ворвалось в иллюминатор, ослепив меня. Голова гудела целым ульем разъярённых шершней, а во рту будто дрались кошки, используя в качестве оружия старые тряпки.

Я застонал, пытаясь вспомнить, где оставил исцеляющий эликсир первой помощи.

Воспоминания возвращались обрывками: мешки, капитаны, золотистая жидкость, маяк, телепорты…

— Проснись, профессор! Или тебя на совещание к Императору в виде экспоната принесут? «Таксон: переутомлённый барон. Среда обитания: койка».

Резкий голос Амата, как ушат ледяной воды, обрушился на меня. Он стоял, скрестив руки, в дверях каюты, залитой утренним светом. Лицо друга было серьёзным, без обычной едкой усмешки.

— Амат? — я протёр глаза, пытаясь сфокусироваться. — Который час? Совещание…

— Через полтора часа, его перенесли на час, — отрезал он, шагнув внутрь. — А ты выглядишь так, будто «Стриж» по голове проехал. Задним колесом. Несколько раз, — он принюхался и скривился. — И пахнешь соответственно.

— Капитаны… водоросли… обсуждение… — пробормотал я, с трудом пытаясь связать слова. Каждый мускул протестовал. — Что ты здесь делаешь так рано?

— Был у отца на флагмане, — ответил Жимин, его взгляд стал пристальным, изучающим. — Услышал новости, что Император лично потребовал присутствия на военном совете какого-то гражданского выскочки. Уточнил у отца, тот сказал, что бывшего барона, а теперь графа Пестова. Подумал, что тебе полезно будет знать об этом заранее.

— Да, знаю, — я отмахнулся от друга.

— И… — он оглянулся, убедившись, что коридор пуст, и закрыл дверь плотнее. Голос понизился до шёпота. — Есть кое-что ещё. Важное. Ты ведь знаешь, кто такие инквизиторы Его Величества? И чем они занимаются помимо ловли газлайтеров и нарушителей магического этикета.

Я напрягся, пытаясь собрать мысли в кучу сквозь похмельную муть.

— В общих чертах. Охотятся на иномирцев, шпионов, вселяющихся в чужие тела… на тех, кто выдаёт себя за того, кем не является. Маги жизни высокого уровня. Все лекари им подотчётны. А почему спрашиваешь?

Амат подошёл совсем близко. Его глаза, обычно насмешливые, были серьёзны как никогда. Неужели он боится?

— Да, на иномирцев. Но ты, профессор, похоже, не в курсе самой мрачной их специализации. Странно, при твоей-то начитанности этого не знать, — друг помедлил, глядя мне прямо в глаза. — Они охотятся и на попаданцев. На тех, чья душа пришла извне, без приглашения, без ритуала. На нарушителей самой основы мироздания, по их мнению.

Ледяная струя пробежала по позвоночнику, моментально отрезвляя. Инквизиторы. Охотники за душами. За моей душой.

— Иммунитет к внушению у тебя благодаря антимагическому веществу впечатляющий, Кирилл, но… они чувствуют аномалии. Я узнал, что при Императоре сейчас два самых сильных инквизитора.

— Один вчера на меня долго смотрел, словно сканировал.

— Плохо, — сказал Амат, прислушиваясь к звукам за дверью.

— И что теперь? — вырвалось у меня.

— Теперь мы с тобой будем как никогда осторожны, — жёстко сказал друг. — Держи свою защиту поближе. Антимагия — наше единственное спасение. Она глушит не только магию, но и, возможно, их чутье к аномалиям. Ты же не потерял колбы вчера?

Я машинально сунул руку во внутренний карман сюртука, висевшего на спинке стула. Твёрдая стеклянная трубка была на месте. Последняя.

— Она тут. Одна.

— Одна? — Амат нахмурился. — Сможешь из неё сделать пластины?

— Пластины требуют сложного синтеза в лаборатории, которой у меня при себе нет. Порошок… если разделить эту пробирку на части, эффективность резко упадёт. Его хватит, чтобы создать слабое поле вокруг одного человека на короткое время. Не более, — я сжал пробирку в кармане. Холодок стекла был обнадёживающим.

Амат разочарованно вздохнул.

— Ладно. Тогда береги её как зеницу ока. Пусть пока будет у тебя. А я… — он махнул рукой в сторону порта, — побуду на корабле отца. Пока Император в Балтийске, мне там спокойнее. Как только двор двинется обратно на «большую землю», инквизиторы, скорее всего, последуют за ним. Тогда и выйду. Не думаю, что меня сейчас будет кто-то искать.

Он повернулся к выходу, но на пороге остановился.

— И приведи себя в порядок, граф. Тебя ждёт высшее собрание. Не опозорь нас, выскочек из другого мира, — в голосе Жимина вновь зазвучал знакомый ехидный оттенок.

Глава 3

Совещание проходило в крытом грузовом вагоне, который за ночь превратили в нечто вроде кабинета.

Внутри всё ещё витал запах свежей краски, лака и невыветревшейся древесины, которой обшили стены. Всё это было наспех сколочено за последние сутки по личному приказу Императора.

В центре стоял длинный стол, накрытый тёмно-зелёным сукном. Во главе сидел Михаил Романов в чёрных доспехах, без шлема, но с диадемой. Справа от него расположился младший сын Дмитрий, сосредоточенный и собранный.

За их спинами были двое инквизиторов в сером, неподвижные, как каменные статуи. Я почувствовал, как один из них бросил на меня взгляд: опять ледяные глаза пытались прочитать ауру.

Ощутил через ткань, как пробирка с антивеществом нагрелась во внутреннем кармане сюртука.

Дождавшись начала совещания, оба инквизитора вышли, а их место заняли два гусара в парадном облачении, лихие и бравые.

Справа от Императора — адмиралы флота.

Слева — генералы сухопутных войск: Волынский, Долгорукий и ещё трое.

Дальше — губернаторы эвакуированных колоний четвёртого и пятого кольца. Среди них сидел хмурый банкир Оксаков под неусыпным присмотром гусара-конвоира, стоявшего за его спиной. Ещё дальше несколько штатских, судя по озабоченному и уставшему виду, чиновники.

Доклады были мрачными.

Волынский и Долгорукий говорили о ходе зачистки Балтийска и его окрестностей, о потерях, о героизме солдат.

Но когда слово взял один из штатских, сухощавый мужчина в очках, академик Петровский, картина стала совсем безрадостной.

— Таким образом, Ваше Императорское Величество, — голос был монотонен, как стук метронома, но каждое слово било точно в цель, — даже при полной зачистке города в ближайшие дни, удержать всю колонию «Новоархангельск» невозможно.

По вагону прокатилось волнение, шепотки, но Петровский словно не замечал их и сухо продолжал:

— Интенсивность и частота прорывов тварей через границы нашего мира остаются критически высокими. Статистика за последние полгода неумолима. Наша математическая модель показывает: очищенная территория неизбежно будет подвергаться повторным инвазиям.

Заметив некоторое непонимание, он пояснил:

— В смысле новым проникновениям паразитов на очищенную территорию. Скорость реинвазии превышает наши текущие возможности по контролю и уничтожению. Проще говоря, — он снял очки, протёр их, — мы вычищаем одну яму, пока в другой