Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

— Резервный пост на месте, принято.

Караван стоит без движения. Видимо, нападение не прошло бесследно, раз повреждены передние колёса. Чинить придётся снаружи.

Разъярённая виверна переключает внимание на поезд.

— Кажется, наружу мы выйти пока не можем, — подсказывает Феофан.

Рано мы отпраздновали победу. Ремонтом колёс займемся чуть позже, тут проблема побольше. В прямом смысле слова.

Шаманы пропадают с поля, будто их ни бывало. Направляю сразу несколько стрел в голову существа. Виверна сжигает их кислотным дыханием. Не остается даже следа. Не вовремя повернулась.

— Надо целиться в глаз! — Феофан подпрыгивает от своей же идеи.

Ага. Попробуй тут попади. Своё местоположение существо меняет стремительно. А вот подумать про слабые места — идея хорошая.

— Где болевые точки у этой пташки? — спрашиваю фея. — Думай, ты должен знать.

Феофан натужно думает.

— Ну, есть большие открытые артерии на крыльях. Тонкая кожица на венах легко рвётся, — рассказывает фей.

«О-о-о. Какая мощь! Хочу!» — тихо шелестит у меня в голове голос. Смотрю на руку — на ней темная татуировка кота меняет форму. Котенок умоляюще смотрит на меня с руки.

— Это не в формате договора. — Вспоминаю я как клякса расправлялась с крысами в подвале. Такая помощь точно пригодилась бы сейчас. Хоть немного, но, может, и замедлит. Наши-то пукалки виверне практически не наносят урона. На поезд она еще не обращает внимание. Нападающие на поле боя не закончились, так что гоняться есть за кем. Но их осталось мало, так что на очереди, стало быть, мы.

«Конечно! — шелестит голос. — Это взаимная помощь! Ты мне ничего должен не будешь, только выпусти, а?»

— Хорошо, иди. Охоться, — отвечаю.

Татуировка исчезает с руки.

Сам не теряю ни минуты — целюсь в расправленные крылья. После многочисленных попаданий видно, как виверна теряет высоту. Но тут сказывается именно число попаданий. Мне кажется, что одиночные просто мгновенно зарастают. Я продолжаю, и в какой-то момент монстр касается земли, неподалеку от поезда. Мне кажется, что я вижу два силуэта — прозрачный и темный. Они успевают запрыгнуть на тварь. Но, может, мне просто кажется.

Монстр снова взлетает, но теперь он летит очень тяжело. Словно теряет силы с каждым взмахом. Слишком быстрый результат, удивительно даже.

— Ну, вот, значит, всё-таки крылья, я угадал, — радуется Феофан, когда существо почти падает в болото.

— Глубоко сомневаюсь, — отвечаю, продолжая обстрел.

Кажется, я знаю, кто нашел слабое место виверны. И это, к сожалению, не Феофан.

Топи пытаются поглотить огромную тушу. Но монстр сопротивляется, и выбирается на устойчивую землю. Виверна резко взмахивает крыльями, резко поворачивается, словно пытается найти, кто ее кусает. Из пасти существа вырывается кислотное дыхание, но оно уже никому напрямую не угрожает.

Тварь реагирует на очередной залп из поезда. Их пару минут назад она просто игнорировала. Сейчас же залпы оставляют на слегка посеревшей коже уродливые подпалины. Виверна издает крик и разбегается, атакуя поезд. Но не добегает и со скрипом вытягивается в попытке достать ненавистное железное существо. Пару раз вздрагивает и издыхает.

Над полем боя повисает тишина.

— На разделку третья бригада, — недоверчиво говорит капитан. — Виктор, присмотри за ними. С первого поста сигналов не приходит.

— Принято, капитан.

Спускаемся с феем из стрелкового гнезда.

Выходим на улицу, орков нигде не видно. На поле остаются только поверженные. Работники каравана суетливо разматывают верёвки и направляются к болоту. Наблюдаю, как существо вытаскивают крюками поближе к поезду.

— Где маги? — слышу голос капитана. — Почему весь караван должен пахать без продыху?

Иннер и Ник появляются неизвестно откуда. По крайней мере, момент их возвращения я заметить не успеваю.

Подхожу ближе к толпе работников. Они вытягивают здоровую тушу и принимаются её разделывать. Смотрю на это всё не скрывая удивления. Все же только что бой закончился. Еще неизвестно, кто из разбойников живой, а кто нет. Но Фео прекрасно проясняет ситуацию.

— Сердце виверны — дорогущий ингредиент, — поясняет Феофан. — Из него варят сложные зелья. Из крыльев делают обувь и сумки. Когти и зубы годятся для грубых защитных изделий, ножей, колючих щитов. Да тут она вся — это большая денежка.

Ну, понятно, вряд ли часто виверна попадается на разделку каравану. Слишком у поезда слабая огневая мощь. Пока теперь не раскидают на запчасти, никуда никого проверять и не подумают. С другой стороны, кажется, караванщикам до нападавших дела нет. Особых трофеев после виверны с ее кислотным дыханием тут уже и не получишь, а нарваться на какую-нибудь стрелу или нож в бок от замаскировавшегося под труп врага — дураков нет.

Смотрю на браслет — он снова принимает привычный серый цвет. Значит, Алена успевает вернуться в браслет, причем довольно незаметно для окружающих. На её счету достаточно много орков и гоблинов, да и людей на поле боя усохло довольно много. Что ж, тоже неплохо. Со стороны браслета просто чувствую сытую негу. Кажется, обожралась Аленушка.

«Наверняка! — раздается тихий голос в моей голове. — Извини, что сам предложил контакт, хоть и обещал. Но ты не отказался от помощи! А мне, — котенок икает. — Эта Сила прямо толчок даст. Какие интересные твари у вас тут водятся. Ты, случайно, охотником на таких не хочешь стать? А я тебе помогать буду!» — мяукает голос в голове.

— Нет, не планирую! — тихо говорю. — Но в следующий раз, если угрожает опасность, и ты меня явным образом не отвлечешь — можешь говорить.

Мимо проходит Ник. Довольно злобно поглядывает на меня. Интересно. Где этих двоих носило? Почему они только сейчас появляются? Бой то был довольно долгий. Хотя, конечно, может в бою-то мы все участвовали. Не до того было, чтобы анализировать вклад в победу.

«Ой, как хорошо! — появляется образ облизывающегося котенка. — А можно, если тебе будет угрожать смертельная опасность, выходить без твоего явного разрешения? А? Не хочу терять такого перспективного носителя».

— Если я потеряю сознание, то все равно сначала честно пытаешься привести меня в чувства, и вот только если не получится, — соглашаюсь. — Только тогда. В любых других случаях — спрашивать разрешение.

«Ахой, капитан! — передразнивает внутреннюю коммуникацию котенок. — Не извольте беспокоиться!»

— Изволю, — ворчу. — Мне сюрпризы настроения не добавляют. То Фео забывает сообщить мелочь про сапоги, то ты еще отжигаешь. Непорядок.

«Все, все. Осознал, понял, принял!» — Исчезает из