"Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22 - Ярослав Георгиевич Горбачев

Поднимаю взгляд и вижу звёздное небо, отлично видное через полуобвалившуюся крышу. Красиво, сука…

Там же, в небе, вижу пролетевший реактивный самолёт. Телефон вибрирует, прерывая трек AC/DC «Хайвей ту хелл».

— Аллё? — отвечаю я на вызов. — Чего так долго?

Примечания:

1 — О гомосеках-самураях — кому-то это может не нравиться, «вэйк ап, самурай» и всё такое, но из песни слов не выкинешь. Хотя, историография как-то сумела выкинуть из неё целые куплеты. Факт: настоящие самураи — это настоящие пидарасы. У них даже было отдельное понятие — «вакашудо», то есть «путь юных мальчиков», а пидарасов у них ласково именовали «наншоку». Тут надо упомянуть такую хуйню как «сюдо» — путь юноши. Как-то к каждому юноше находился взрослый самурай, который становился для него активным партнёром. Как говаривал поэт, прозаик и драматург Ихара Сайкаку: «Подросток без старшего любовника — всё равно, что женщина без мужа». Пидарасов, короче говоря, в среде японских самураев не то что не предавали остракизму, а даже поощряли — об этом есть прямо дохуя дошедших до нас письменных источников, начинающих появляться аж с XI века. Женщин, в качестве половых партнёров, в среде самураев не уважали, считая их вынужденной мерой для продолжения рода. Считалось также, что женщины делают мужчин слабыми, поэтому половые связи с женщинами в среде самураев не поощрялись и даже могли навредить репутации. Всё это значит, что буквально каждый самурай — это профессиональный катаноглотатель, владеющий холодным оружием на высоком уровне и следующий кодексу Бусидо. В общем, если видишь чувака, называющего себя самураем или с гордостью носящего подобный никнейм — ну, короче, следи за спиной и будь осторожен…

Глава тридцатая

Техника свежевания

/21 августа 2030 года, Праведная Республика, г. Душанбе/

— Ты узнаёшь этого хуя? — спросил я у Самайры, приглашённой в прозекторскую для опознания.

— Это вторая инкарнация Харибхадры, — опознала она личность покойного. — Ачарья Миларепа.

— Ничего мне не объясняет, — покачал я головой. — Что это за хуй, чем знаменит?

— Он был лидером нашего направления садху, — ответила Самайра. — Я считала, что он бессмертный…

— Нет, это я бессмертный, — вновь покачал я головой. — А он — очередной wannabe.

— Он был единственным известным мне мастером техники «Атакневала Твача» — его кожа была неуязвима для оружия, — сообщила мне Самайра, после чего посмотрела на освежёванное тело. — Где его кожа?

— Его кожа находится в правильном месте, — усмехнулся я. — Сделаю из неё что-нибудь полезное.

Да, это человеческая кожа, но даже Захар был впечатлён — её прочность на разрыв приближается к графену, причём интереснее всего даже не это её свойство, а высокая способность гасить вибрации.

То, что я сумел проткнуть его кожу ключичной костью изнутри — это главный её недостаток. Под кожей, как мне объяснил Захар, находятся точки напряжения, разрушение которых и приводит к разрыву связей в решётке, формируемой неизвестным ещё соединением.

Захар обещал разобраться в деталях и попробовать выработать техпроцесс.

— Что ты знаешь об этой технике? — поинтересовался я у Самайры.

— Знаю только несколько начальных практик, которыми можно заложить фундамент для подготовки к освоению техники, — ответила она. — Но даже на это уйдут годы.

— Понятненько, — кивнул я. — А сколько этот Хабрвалдр постигал эту технику и становился неуязвимым?

— Насколько я знаю, всю его жизнь, — ответила Самайра неуверенно. — А жил он очень долго. Говорят, что он родился ещё в «верхнем» мире, за несколько десятилетий до того, как появились первые порталы.

— То есть у него было дохрена времени, — произнёс я задумчиво. — Ладно, тогда я попробую поднять его и посмотреть, как он запоёт под моим чутким руководством…

— У тебя ничего не получится, — улыбнулась Самайра. — Он вторая инкарнация Харибхадры, думаю, его дух слишком силён, чтобы покориться тебе.

— Во славу Плети… — воспроизвёл я формулу заклинания. — Митхун Чакраборти!

Вопреки скепсису Самайры, мертвец открыл глаза.

— А ты говорила… — самодовольным тоном произнёс я. — Митхун, характеристики.

— Как самочувствие? — спросил я у него. — Не чувствуешь никакого дискомфорта?

— Ты победил его, нечистый, — произнёс новоиспечённый Диско-дэнсер. — Но не думай, что победил Сансару.

— Я с ней не воюю, — усмехнулся я. — Отвечай на заданные вопросы.

— Я ничего не чувствую, — после недолгого сопротивления, ответил Митхун.

— Какого «его» я победил? — спросил я.

— Того, кто был в этом теле до меня, — пояснил он.

— Нет, дружок-пирожок, это был ты, — покачал я головой. — В твоей черепушке сохранилась память, все эти нейронные связи в ней формировали только одну личность — тебя. Даже если допустить существование души, ты — это всё ещё ты. Нечестивая копия, идентичная натуральной, хе-хе.

— Ты неправ, — не согласился со мной Диско-дэнсер.

— Заценил, кстати, творчество Томояши Хотея? — поинтересовался я, доставая из кармана смартфон. — Теперь зацени вот это.

Врубаю песню «Джимми, Джимми, ача-ача», в исполнении Парвати Хан. «Танцора диско» смотрел раза четыре — все четыре раза в детдоме.

— Почему ты назвал его Близнецом, владеющим Колесом? — спросила вдруг Самайра.

— И ты здесь, предательница? — увидел её наш персональный танцор диско.

— Я не называл его никаким близнецом и во владении колесом не обвинял, — ответил я ей.

— Митхун Чакраборти, — произнесла Самайра имя. — Это, если ты не знал, означает «Близнец, владеющий Колесом».

— Я и не знал, — вздохнул я.

Музыкальное интро закончилось и в дело вступила Парвати Хан, начавшая призывать Джимми идти куда-то.

— Тогда откуда ты взял это имя? — спросила Самайра.

— Это имя актёра, сыгравшего Джимми, главного героя фильма «Танцор диско», — ответил я. — Он, как и вы, был индусом, поэтому мне показалось забавным, что наш Хабырвалдыр сменит имя на более благозвучное.

— Что это за песня? — продолжила опрашивать меня Самайра.

— А вот это уже твой косяк, — покачал я головой. — У тебя есть доступ ко всем пластам индийской культуры, но ты не знаешь даже классику! «Танцор диско» — это классика, блядь! Это знать надо! Всё, хватит это терпеть! Сейчас