Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

меня, наглядно показала, как происходит процесс, какие совершаются движения, в прозрачной воде это было видно очень хорошо. А затем, поддерживая меня морально, отцепила от спасительного бережка и толкнула на глубину.

Н-да, лучше этого,, конечно не видеть, такой позор смыть непросто, но мне ли не пофигу? Правильно, мне пофигу, поэтому — морду кирпичом, правильно дышим и гребем, гребем, гребем...

Правда в какой-то момент что-то пошло не так, и я реально чуть не запаниковал, но Хадия появилась раньше, чем я прибегнул к Силе. Так мы и плавали. Я с паникой и нервами, постоянно одергивая себя от рефлекса воспользоваться Силой, Хадия с задором, весельем и поддержкой меня.

В какой-то момент, осматриваясь, я заметил, что мы остались одни, последние плавуны покинули зал. Заметила это и Хадия, бегло осмотревшись, и с хитринкой глянув на меня. И вот что-то не понравился мне этот взгляд. Правда вот в эмоциях я не видел ничего. В них как плескалось озорство, смешанное со спокойствием, так и осталось. Не понимаю…

— Хадия, что ты удумала?

— Ничего особенного, — она подплыла поближе, — всего лишь заберу своё.

Взявшись одной рукой за бортик бассейна, а второй обхватив меня, Хадия поцеловала. Снова неумело, но снова же очень старательно. И вот здесь её эмоции кардинально изменились. В них бушевало торжество, напополам с желанием меня.

В этот момент мой самоконтроль собрал вещи, и встал аккуратно возле двери со знаменитой табличкой «Exit».

— Я… Не умею. Научи? — отстранившись, ничуть не стесняясь, шёпотом попросила она.

— Хади, погоди. Ты же понимаешь, что я не стану выбирать?

— И?

— Послушай. Я уважаю тебя. Уважаю как личность и не хочу потом ранить. А я могу. И я предупреждал в свое время об этом Вес. Но вот сейчас ты подошла к черте, за которой я возьму дело в свои руки. И я буду жадным, возьму все и сразу, слышишь? — взяв её за руку, чуть-чуть сжимаю.

— Давно пора… — она вновь меня поцеловала, желая отдаться, чтобы наконец переложить груз отношений на того, кто сильнее. Без тени колебаний или сомнений.

Это послужило спусковым крючком. Грохнул одному мне слышимый выстрел и, послав все к чертовой матери, провожу кончиками пальцев по её спине вверх и, придерживая затылок аккурат под лекками, отвечаю.

Лишь оторвавшись для нового вдоха, заглядываю в эти счастливые и по-настоящему довольные глаза.

— По-лу-чи-лось.

— Довольна, чертовка?

— А я и не знала, что ты умеешь рычать, — проигнорировала она, сияя победной улыбкой. — А еще у тебя глаза серым цветом светятся.

— Они всегда светятся в пик эмоционального всплеска. И рычать я могу только так, — приобняв её за талию, прижимаю к себе, удерживая уже нас двоих. Взяв меня уже обеими ладонями за лицо, поцелуй повторился, а инициатива перешла ко мне.

В принципе, это можно считать за тренировку, в которой я тренирую Хадию и получаю удовольствие. Правда, в детали лучше не вдаваться. Сколько такая «тренировка» продлилась, ни я, ни Хадия не заметили. Просто в какой-то момент мы взяли вещи и незаметно переместились в мою комнату.

Одурманенные жаром, а я еще подобно наркоману — её эмоциями, незаметно начал ласкать её шейку.

— Только… Это первый раз, — слышу шёпот.

— Боли не будет, обещаю.

— Знаю...

Глава 20

Утро. Моя комната

Я давно узнал, что утро добрым таки бывает. Особенно, если ты просыпаешься в компании приятной девушки, ради которой можно и по огню пройтись. А Хадия была среди тех, за которыми я и в бездну сунусь. И вот, эта милая моська сейчас лежит у меня на груди и счастливо, нет, даже торжественно, заглядывает в глаза. Наверное, именно так генерал смотрит на победу в самой серьезной в жизни войне.

— Ну что, довольна?

Морг.

— Молодец, будешь моей рабыней.

Морг-морг.

— Буду теперь вас с Вес совращать и устраивать оргии.

Морг.

— Нет, ну ты хотя бы для приличия возмущаться будешь?!

— Не-а.

— Я почему-то так и думал. Что одна напролом идет, что вторую подбила. Нет, все, больше штат прислуги не увеличиваем.

— Я только за, но мне интересно — почему?

— Потому, что мне мои нервы еще дороги!

— Это ты на что на-ме-ка-а-а-аешь? — шутливо нахмурилась она.

— Это не намек, это констатация факта. И то, что тебя заставят мною делиться — тоже факт.

— Эх… Угу.

— К слову, Хадия.

— М?

— Ты мне скажи, как так вышло, что я до последнего не видел твоих настоящих чувств? До этого ты плавала в бассейне с огоньком, с задором, но… без… других эмоций.

— Это было сложно. Очень сложно. Я же знаю, что ты чувствуешь эмоции, поэтому я придумала план, в котором мне пришлось обмануть саму себя. Вернее, не обмануть, а убедить. Я, как бы, абстрагировалась, сосредоточилась на цели, заставила себя поверить в нынешнюю ситуацию так, чтобы действительно испытывать именно то, что ты видел. И лишь когда капкан схлопнется, позволила себе расслабиться.

— А я даже не почувствовал подвоха…

— Так подвоха не было. И обмана. Ты вообще тут не при чём, я все сама.

— Нет, Хади. Если так подумать, то так можно и меня обмануть. Если человек в достаточно степени уверует в собственную ложь. Я об этом раньше не думал…

— Хм… Ну, теперь ты знаешь, что тоже не всезнайка, — она поднялась выше. — Но далеко не все на это способны. А если бы ты еще применил на мне Силу, то я бы не удержалась и все пошло бы прахом, так что это тоже такой себе момент.

— М-м-м…

— Шейд, ты злишься?

— На что?!

— Ну, что я тут так. Ты же не хотел.

— Я-то был не против, особенно после всех твоих виляний, намеков, и действий, я был очень даже не против!

— Ам…

— Меня другое волновало, Хади. Меня в первую очередь волновала твоя собственническая натура! И проблемы, которые могут из этого вытечь.

— А во-вторую?

— А во-вторую — я не хочу тебе навредить. Никак. И тут возник конфликт интересов. Ты не остановишься, но будешь тянуть одеяло на себя. Значит нужен отказ. А отказа ты не потерпишь, тем более такого. А даже если и потерпишь, приятного будет мало. Я пытался объяснить