Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

смертью всех близких и всего знакомого мира. А выбираясь из бункера, мало надеялись выжить. Боролись, пытались, но почти не рассчитывали. Готовились стать последними в постапокалиптической выжженной пустыне.

Поэтому неожиданное спасение, перспектива не просто остаться в живых, а оказаться в нормальных хороших условиях, и уж тем более встреча с соотечественниками, — были как манна небесная. О том, что случилось, им рассказали такие же земляне, да еще и русские, говорящие на одном с ними языке, они сумели объяснить все в рамках родного менталитета… И трое новоприбывших чувствовали себя неплохо, лишь иногда удивленно крутили головами, еще не до конца веря в происходящее.

Самого старшего, двадцатишестилетнего, звали Кириллом. Он же был самым высоким, тренированным и мускулистым из троицы. Светлые волосы отросли до плеч, лицо наполовину пряталось в бороде, но в нем угадывались открытые приятные черты. Программист по образованию, он всю жизнь увлекался сначала спелеологией, а потом стал подземным сталкером. Пробраться в бункер под московским метро было его мечтой с детства. Кто знал, что именно осуществление мечты спасет ему жизнь…

Двое других — парень и девушка были младше всего на год. Сергей — среднего роста, темноволосый и коренастый, нынче, после бункера — тоже обладатель бороды и усов. На его лице выделялись высокие, объемные скулы. Брови чуть нависали над глазами, но придавали ему скорее вдумчивость, чем мрачность. Такой же технарь по образованию, как и его друг, в последние годы Сергей занимался любимым делом. Он стал тренером по горным лыжам. А на досуге спускался с Кириллом в шахты и пещеры…

Девушка Маша, по профессии менеджер туристической фирмы, была их подругой по спелеологии и сталкерству. Кирилл, подбирая спутников для рискованного и противозаконного спуска в бункер, пригласил ее как опытного товарища. А оказалось, что это было приглашение спасти собственную жизнь… Наверное, год назад, до спуска под землю, Маша была загорелой, и это смотрелось красиво со светлыми, вьющимися волосами. Но сейчас ее лицо казалось смуглым, но очень бледным. У парней была такая же бледность, но она пряталась под бородой. Фигура у нее была спортивная, с упругими налитыми формами.

Да, ребята чувствовали себя очень неплохо… Но даже оптимистичный Дух понимал, что им предстоит долгий период адаптации и психологической реабилитации. Год под землей, почти в полном убеждении, что никого больше не осталось, не мог пройти бесследно. И если присмотреться, в шевелюре каждого из них можно было найти седые волосы…

Дух подумал, что, наверное, на самом деле этим ребятам досталось куда больше. Целый год жить в страхе и неизвестности, «божьего света не видя», что называется… Брр… Врагу такого не пожелаешь. У них с друзьями год назад все было, по крайней мере, быстро…

Когда Дух, Андрей и Анька с Ванькой собрались на Коралии (их вызвал Мередит с новостью о «голосе жизни» и безумной выходке Карины), троих спасенных как раз везли с Земли. И одновременно пришла весть: о Карине ничего не известно, предположительно (только предположительно) ее спас Рональд. А дальше они куда-то подевались. И тогда же земляне узнали, что Рональд невиновен, Землю уничтожили геар. А теперь старый враг атаковал Союз…

Но битва, по слухам, быстро закончилась. Сбив несколько союзных кораблей, показав свою силу, враг исчез. И когда Артур с тремя спасенными прибыли на Коралию, лететь воевать было уже поздно.

Поэтому Артур сидел тут же, с землянами. И вместе с ними ждал вестей о Карине. Порой, не смущаясь никого, утыкался головой в руки, массировал переносицу… Здесь были те, кто так же переживал за нее — друзья, и трое ребят, что считали себя ее должниками. Для них, девушка, правильно догадавшаяся про бункер, бросившая все и, рискуя жизнью, полетевшая спасать их, стала почти небожителем. Не соверши она этот безумный поступок, и никто бы не пошевелился вовремя, их бы не спасли.

И почти таким же небожителем стал для них Артур. Все трое — особенно девушка Маша — смотрели на него с благодарностью и восторгом. Ведь он в буквальном смысле на себе вытащил каждого из них из-под земли. Они даже попросились с ним на Коралию, хоть сначала было предложено лететь на Таи-Ванно… Все же к людям лучше, чем к непривычным гуманоидам. Да и Артур с Коралии.

На самом деле все нервничали, отвлекались на объяснения спасенным, старались показать им оптимизм… Но время от времени кто-то из землян или Артур посматривали на инфоблок в ожидании вестей о Карине. Впрочем, кто сказал, что Рональд сообщит о ней на Коралию?!.. Может быть, теперь им не видать Карины как своих ушей — теперь, после содержания Рональда под стражей и прочего.

Артур встал и прошелся из угла в угол, уже никак не скрывая волнения.

— Я эту дуру бестолковую сам прибью, — в очередной раз заявил Карасев. Все его фразы по поводу Карининого поступка носили примерно такой характер. Но он тут же смотрел на спасенных, извинялся и подчеркивал, что «выражается образно»…

И тут просигналил инфоблок у Артура.

— Они летят на Коралию, — сказал он и пошел к выходу. — Она жива. С ним.

Встречать отправились все, включая троих спасенных, отданных под заботу соотечественников.

* * *

В тот момент, когда кушетка на силовой подушке с Кариной выехала из корабля, а рядом стоял Рон’Альд, Ар’Тур понял, что изменился. Он чувствовал на себе пристальный взгляд отца, опасавшегося, что старший сын кинется на дядю с кулаками. Знал, что Б’Райтон боится именно этого. Но он сдержался. Не то, что бы старая ненависть не шевельнулась в нем. Шевельнулась. Но поворочавшись, улеглась и сменилась просто болью. И даже благодарностью.

Этот Древний спас ее, Карину. Сделал то, что он, Ар’Тур, не смог. Это решало все.

Прикрытая легким белым покрывалом, она лежала без чувств, черные волосы разметались по кушетке и казались от этого особенно черными. А в изможденном лице — покой.

Душу залило странным светом… Ему было больно, что это произошло с ней. Он отдал бы все, чтобы она сейчас потянулась, открыла глаза, села, улыбнулась всем им — Б’Райтону, детям-Древним, землянам и нескольким таи-ваннцам, высыпавшим встречать. Больно от того, что в значительной мере его, Ар’Тура, поступки — если смотреть всю цепочку — привели к этому. Больно от того, что не он ее спас…

Больно от того, что теперь она с ним. Бесповоротно, навсегда.

С новым ударом боли ему вспомнилось, как однажды он думал, что убил ее. Что она умерла и лежит теперь сломанная, голая, бездыханная… Как не мог