Лучший мистический детектив - Гапарон Гарсаров

— В том-то и дело, что никто не знает, как вы смогли это проделать. Факт в том, что ровно через сутки археологов нашли мёртвыми. Видели бы Вы эту картину. Чудовищно! Человек, сотворивший такое, жестокий мерзавец!.. Но говорим мы сейчас не об этом, а всё же о кражах. Итак, три проникновения, и только одно с пропажей вещей. Я знаю, Ваш номер тоже подвергся взлому, а посему, не могу обвинять именно Вас в этих происшествиях. Тех других, Фанелина и Холодову, тоже глупо было бы подозревать в этом, хотя и не лишено смысла. Остались только гражданка Гаагова и товарищ Кривовцов. Их номера пока что целы, им повезло. Что Вы можете рассказать о них?

Лавра напряглась, понимая, что он акцентирует свои подозрения на этой парочке.

— Ничего, они вполне нормальные ребята, — растерянно пожала она плечами, — отличники университета. Да все из нас учатся хорошо, участвуют в олимпиадах и в научных конкурсах…

— Знаете ли Вы их близко?

— Нет, мы все, наверное, друг друга толком не знали до этой поездки. Просто я хочу сказать, что неприятности преследовали нас с самого начала. Вы же знаете, это началось на вокзале, с того случая, когда с Еленой Викторовной сделалось плохо…

— А кто, кстати, предложил идею ехать без неё?

Лавра поворошила память.

— Я даже не помню… мы все вроде так решили, — нахмурилась она. — И ещё, Вы сказали, что только у Жени пропали вещи. Это не так. У меня вот, к примеру, украли мой дневник.

— Дневник, ах да. В нём было что-то важное?

— Я не знаю, что там может быть важнее моих личных записей. Однако ж его украли…

— Извините, а можно я задам вопрос? — вмешался в их беседу мужчина из угла.

— Да-да, конечно, — кивнул Анатолий Давыдович.

Человек, застегнув жёлтый пиджак, поднялся со стула и приблизился к Гербер, вновь взглянув на неё глазами хитрой лисицы.

— Скажи, Лавра, а не случалось ли с тобой чего-нибудь необычного за эту непродолжительную поездку? — спросил он и посмотрел так, что её пробрал холод. — Например, явления, которые бы ты не могла объяснить, или люди, которые бы тебе не понравились…

— Не совсем понимаю, о чём Вы, — мотнула головой девушка. — Необычное было только здесь, в Речных Воротах.

— Про водное приключение и прыжки с моста я уже слышал, — поправил её господин в жёлтом костюме. — Меня больше интересует именно ваша поездка.

Лавра призадумалась, но перед глазами так и блестел образ браслета, оставленного во дворе. Не нужно было его закапывать. Оставила бы в кармане, никто и не додумался бы обыскивать каждого студента.

— Пожалуй, да, было, — вдруг выдавила из себя отличница. — Я помню, как во время экскурсии по краеведческому музею, когда нам разрешили свободно походить по залам, внезапно отключили электричество. Ну, знаете, у них там особая охранная система, и окна быстро закрылись какими-то щитами. В музее на несколько минут сделалось темно, абсолютно темно. Но потом пришла экскурсовод и помогла нам покинуть залы.

— Ага, — промычал Анатолий Давыдович. — Так значит, некоторое время сокровища находились без охраны.

— И что, что было, когда пришла та женщина? — настаивал мужчина в жёлтом костюме.

— Ничего, — снова призадумалась Лавра, пытаясь досконально вспомнить ту ситуацию. — Марина с Романом самыми первыми подошли к свету, потом показалась Аида… Я подоспела не сразу, знаете, испугалась всего этого, да ещё темнота…

— А кто пришёл последним? — спросил Анатолий Давыдович, явно зная ответ. — Последним.

— Это Фанелин, — догадался человек с хитрыми глазами. — Тот самый, оруженосец профессора Фитша.

— Ах, да, да, да! — обрадовался следователь. — Значит, он пришёл самым последним, вон оно что.

— Не последним, он пришёл вместе со мной, — добавила Лавра, хотя в действительности было не так. Но от своих слов отказываться она уже не стала.

В памяти почему-то застыл момент, когда Женя, дойдя в обесточенном музее до экскурсовода, внезапно обернулся назад, будто кого-то увидел или услышал там, в комнате с сокровищами.

— Больше там ничего странного не было? — щёлкнул пальцами перед её носом мужчина в жёлтом костюме, вернув из глубины воспоминаний.

— Нет, после этого мы ушли, — ответила Лавра. — Но я хотела бы ещё рассказать про монастырь. Понимаете, тот гроб, который нашли археологи, он не открывался…

— Мне это известно.

— Даже Андрей Дмитриевич сказал, что открыть его можно только с помощью инструментов, а их оборудование было непригодным для этого. Его ассистент, тот самый Роберт, хотел с утра съездить в город за фрезерной пилой…

— Это всё? — переспросил человек с хитрыми глазами, явно не желая слушать её рассказ об археологах.

— Ну, как бы да…

Анатолий Давыдович что-то пометил в своей записной книжке.

— Вы можете идти, на этом закончим, — произнёс он и указал рукой на выход.

Лавра вышла из библиотеки в растерянности. Милиционера поблизости не оказалось, так что можно было задержаться у дверей. Из-под них как раз донеслись голоса мужчин.

— Бог мой, Марк, я не могу подозревать этих детей! — воскликнул Анатолий Давыдович. — В чём их вина?.. Она права, даже если бы они и взломали гроб, то вынести содержимое им бы точно не удалось.

— Мне не нравится этот Фанелин, — в спокойном тоне отвечал другой. — Он ведь работает на Фитша и довольно давно, не забывай. А Фитш — человек с дурной репутацией, он не так давно вышел из тюрьмы.

— И что ты предлагаешь?..

Но ответ Лавра подслушать не успела, поскольку вернулся человек в милицейской форме.

— Ты чё здесь торчишь? — пробасил он, смерив её недовольным взглядом.

Гербер молча вышла в вестибюль и направилась к выходу. Никого из ребят на крыльце не оказалось. Но это было даже на руку. Постояв немного у двери, отличница спустилась вниз и зашагала в правую сторону от фонтана, где оставила браслет. Она и сама не знала, чего сейчас больше желает: чтобы его там уже не было или наоборот. Однако сокровище Бальваровского, чуть присыпанное землёй, всё так же лежало в кустах. Лавра облегчённо вздохнула, натянула браслет на запястье и выглянула за живую изгородь шиповника. Тёмный парк был спокоен и тих.

— Вас уже оставили в покое? — донёсся вдруг сзади знакомый мерный голос. — По-моему, глупо обвинять тех, кто на самом деле является всего лишь невинными жертвами.

— Жертвами? — переспросила Лавра, испугавшись, и увидела выходящего к ней из-за деревьев Коваля.

— Ведь Вас тоже, насколько я знаю, обокрали.

— Нет-нет, меня не обкрадывали. Только в номер залезли, но ничего не пропало… за исключением разве что дневника.

— Ну, тогда не смею Вас больше отвлекать от Ваших мыслей, — развёл руками Вячеслав Сергеевич. — Тем более, я