"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Зная этикет страны восходящего солнца, принимать подарок необходимо было также двумя руками, что я и поспешил сделать. В очередной раз получив положительную реакцию от души японца, я забрал подарок императора и выпрямился. Вслед за мной повторил и сам представитель страны самураев.

— Император Есимото просил передать, что этот подарок вас ни к чему не обязывает и не призывает, Новиков-сан, — с улыбкой заверял меня японец. — Однако Небесный владыка также посмел надеяться, что в том случае, если вы решите немного попутешествовать по миру с целью закрытия интересных Рифтов, то Японию вы решите посетить одной из первых. Будьте уверены, нашей небольшой империи есть чем вас удивить, Новиков-сан.

— Передайте императору Есимото мою признательность за подарок и то, что я с радостью его принимаю, Накамура-сан, — небольшой поклон для японцев значит совершенно не то же самое, что и для русских, так что пренебрегать им не стоит, учитывая то, насколько сильный Одаренный передо мной стоит. — Могу вас заверить, что в будущем, когда я решу прогуляться по миру, страна восходящего солнца непременно будет в списке желанных к посещению мест.

— Я передам ваши слова Небесному владыке, — сказал японец. — Мне пора, Новиков-сан. Всего хорошего, — мужчина поклонился, после чего развеялся по ветру прямо на моих глазах, и лишь мой Дар позволил понять, что это была иллюзия, а сам Накамура со стремительной скоростью умчал в противоположную моему поместью сторону.

Схватив поудобнее сверток, я направился обратно к дому с надеждой, наконец, в него войти. Вот только стоило мне выйти из Тени на крыльце, как из входной двери вывалилась Кей, за которой задумчиво семенила Голицына. Девятихвостая забавно принюхивалась, пока не замерла взглядом на свертке в моих руках:

— Это что у тебя там? — напряженно спросила девятихвостая, ткнув указательным пальчиком в сторону свертка.

— Должен быть клинок, однако я покамест не смотрел, — признался я.

— Доставай, — приказала хвостатая.

Я подчинился и развернул сверток. В моих руках оказался прекрасно исполненный клинок, который был не самым простым оружием. Однако, в отличие от того, что любит большинство аристократов, никаких побрякушек, используемых в качестве украшений, на нем не было.

— Хм, это тёкуто, — резюмировал я. — Весьма хороший тёкуто.

— Я не хочу, чтобы ты его использовал, — напряженно проговорила Кей, а ее хвосты, которые она не скрывала, встали дыбом.

— Почему? Прекрасный меч, — взмахнув клинком, я замер его острием перед моськой хвостатой, на что она даже не дернулась.

— Сейчас же убери эту штуку от моего лица! — забавно прошипела девятихвостая, а я почувствовал, как из моего источника начала стремительно утекать энергия в сторону демоницы.

— Ладно, — аккуратно сложив клинок обратно в сверток, произнес я. — Однако соизволь объяснить свою категоричность.

— Спасибо, — облегченно выдохнула девятихвостая. — Дело в том, что в этом клинке запечатан ёкай. И не абы кто, а первая встреченная мной в этом мире кицунэ!

Глава 17

— Хочешь сказать, что японцы настолько искусны в создании холодного оружия, что могут тебе подобных в клинок запечатывать? — уточнил я у демоницы. — Точно также, как дело обстоит с Чайей?

— Ну в крайности ты уже не бросайся, ладно? — фыркнула хвостатая. — Твой духовный клинок — это совершенно другой уровень, ведь Темная, по факту, им и является.

— Хм, интересненько, однако, — протянул я, после чего пригляделся к нетерпящей что-то сказать девятихвостой. — Дай угадаю, ты хочешь вытащить своего сородича из плена?

— А ты догадливый, — наигранно похвалила меня Кей. — Как ты там меня называл? А, точно! Ты капитан Очевидность!

— И как же ты собралась извлекать кицунэ из клинка? — уточняюще спросил я, проигнорировав издевку, отчего Кей надулась. — Неужто у тебя в подобного рода кузнечном деле есть познания?

— У меня — нет, а вот у Шелкова и парочки весьма выдающихся иномирцев — вполне, — у Голицыной, стоящей позади лисицы, навострились ушки. — Мне необходимо с ними посовещаться, чтобы в конце концов спасти свою сестричку, — глаза хвостатой заблестели, а сама она приложила руки к своей груди. — Ах, это прекрасное чувство, ведь скоро я перестану быть одинокой в этом ужасном мире, — в сердцах проговорила Кей, чем вызвала у меня усмешку, ведь у нее уже имеется целая лисья паства. Мгновение спустя вся напускная трагичность пропала с лица демоницы, а сама она произнесла: — Пойдем, девочка! Нам предстоит многое совершить во благо рода кицунэ и его представителей. Помимо этого, узнаешь что-нибудь новенькое и интересненькое, — напоследок подсластила пилюлю хвостатая, однако это не возымело никакого эффекта, ведь вид Голицыной по-прежнему был страдальческим.

— Сам меч-то не забудь, морда, — окликнул я собравшуюся уходить Кей, а после того, как она повернулась, бросил сверток с клинком ей в руки. — И давай, чтобы Оля на тебя не жаловалась, — подмигнув графине, улыбнулся я, отчего Кей в очередной забавно фыркнула и, не став мне что-либо отвечать, удалилась восвояси, прихватив с собой Голицыну.

Наконец-то я смог войти в поместье, где не был атакован кем-нибудь из своих людей с их непременно важнейшей проблемой.

* * *

Оказавшись предоставленным самому себе, я не преминул воспользоваться моментом, чтобы сходить в душ, а после — сменить костюм на что-то более удобное. Спортивная форма, похожая на ту, что я носил еще в школе, стала отличным вариантом.

Помимо этого, решил выпить чашечку кофе на заднем дворе поместья, которое все еще было облюбовано Анной и Оксаной. Отчего-то мои невесты решили, что лучше всего им думается именно здесь, так что рабочие кабинеты, которые им были выделены, постоянно пустовали. Близко подходить к девушкам я не стал, потому как высок был риск того, что меня привлекут к решению какого-нибудь вопроса. Мне этого отнюдь не хотелось, поэтому я предпочел выпить благородный напиток в одиночестве, погрузившись в свои мысли.

Именно сейчас, находясь в спокойствии и глядя на своих будущих жен, которые вновь о чем-то неистово спорили, до меня дошло осознание, что руки и сердца одной из них я все ещё и не попросил. Отчего-то захотелось влепить себе по лбу, однако было уже поздняк