"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

мероприятия ярмарку тщеславия. Наоборот, народу, в смысле придворных, было немного, и почти все на лошадях. Как мне сказали чуть позже, планируется несколько заездов и все на не очень длинные дистанции. Весь вчерашний день, оказывается, по данной территории ходили хазарские воины и осматривали землю, ища в ней ямки и норы, которые засыпали землёй с мелкими камушками. Ещё не хватало, чтобы конь самого правителя угодил копытом в подобное углубление и не только сломал ногу, но и подверг своего всадника ненужному риску.

Ещё я заметил несколько человек в одеяниях, отличающихся как от хазарских, так и от европейских. Вот вы какие, едомеи! Если в скачках эти ростовщики принимать участие не будут, то зачем они здесь? Ответ, как мне показалось, пришёл довольно скоро. Едомеи встали около кахана и начали возносить молитвы. Ого! Никаких тенгрианских жрецов не видно, а вот пришлые присутствуют! Всё страньше и страньше. А я на днях ещё распинался перед каханом, что наши религии очень похожи… Похоже, ему всё это было до лампочки.

Приготовления к скачкам закончились, и первые участники подъехали к старту. В каждом заезде участвуют по пять наездников. Такое небольшое количество выбрано для того, чтобы не было толкотни, и можно спокойно наблюдать за каждым всадником в отдельности.

Да, кони были на заглядение! В этом заезде присутствовали только арабские вороной и золотистой мастей. Считается, что это лучше скакуны. Невозможно не согласиться, глядя на их движения и аллюр. Я не очень хороший знаток лошадей, но увиденное завораживало. Эх, мне бы таких. Правда, вряд ли на подобных можно посадить лейб-гвардейцев. Уж очень нервные эти чистокровные лошади, а на войне нужные совсем другие — спокойные и неприхотливые. Впрочем, войны в степи и где-нибудь на Аппенинах сильно различаются.

Интересно, что арабы, в отличие от других конезаводчиков, ведут родословие своих лошадей по материнской линии. Да и почти все арабские воины ездят на кобылах, поскольку те более спокойны.

Во втором заезде были выставлены текинцы. Они славятся своей выносливостью и для них, как я узнал, приготовили более длинную дистанцию. Думаю, что отличить арабскую лошадь от текинской сможет даже мало что знающий о лошадях вообще человек. Текинцы имеют специфичный прямой или чуть горбоносый профиль. «Арабы» же — чуть меньшую голову с заметной вогнутой, можно сказать, курносой, переносицей.

Меня заранее предупредили, что участвовать я буду в последнем заезде вместе с каханом и ещё кем-то. Причём, все лошади будут разных пород. Это сделано специально, поскольку люди чаще говорят о последних скачках, а первые забываются. Наконец, после седьмого заезда настал и наш черёд. Кахан, как я и думал, сидел на арабской кобыле. Была ещё персидская лошадь и две довольно сильно схожие кавказские.

Дан сигнал, и все рванули вперёд. Как и ожидалось, Ябгу на «арабе» почти сразу вырвался вперёд, за ним шли оба «кавказца». Замыкали «перс» и мой «лях». Всю дистанцию этот порядок сохранялся, и моей задачей было финишировать четвёртым, что и удалось. Лишь когда я прокручивал скачку в своей памяти, стал подозревать, что «перса» сознательно придерживали. Ладно. Сделаю вид, что поверил. Спасибо и на этом.

Кахан прямо светился от удовольствия и с важным видом принимал поздравления. Насколько заслуженно, конечно, — это другой вопрос. Впрочем, личной обиды не было, поскольку я чётко осознавал достоинства и недостатки своего коня.

Затем наступил момент, о котором упомянул в разговоре Фетх. Он похвалил каждого участника последнего заезда и сказал, что если бы гость имел настоящего скакуна, то скачки только выиграли бы от этого. Просто в их землях (моих, то есть) нет больших открытых участков земли, и кавалерия там имеют несколько другие задачи. И вот тут наступил кульминационный момент: кахан соизволил лично сказать, что дарит гостю пять «персов» и пять «кавказцев» для разведения. А так же добавил, что когда лесные жители, — как он назвал подданных Империи, — научатся разводить таких скакунов, то при моём следующем приезде подарит арабских и текинских лошадей.

Конечно же, пришлось громко поблагодарить великого кахана, да продлит Небо ему годы жизни, и открыто восхититься щедрым подарком. Затем его подданные начали восхвалять мудрость своего правителя, необычайно доброго к соседним государствам и прочее, и прочее. В целом, всё закончилось вполне неплохо для всех. Каждый смог хорошо сыграть ту роль, которая, без сомнения, была ему прописана изначально.

Теперь можно почти с полным правом сказать, что главные цели моей экспедиции достигнуты, но осталось недоумение от ситуации с Ханной, да и Фетха надо послушать. Вот чую, неспроста всё это.

— Скажи, Пётр Григорьевич, — обратился я к послу, когда мы отдыхали в его доме после яркого на впечатления дня, — давно ли едомеи толкутся во дворце кахана?

— В последнее время меня не так уж и часто туда приглашали, но года так два они мне иногда встречаются.

— А до этого?

— Не припомню, — посол явно напрягал память. — Нет, не было их тут раньше. Ну, может раз в год кто-то случайно появится проездом.

— Ага… Получается, что они стали чаще появляться как раз перед той войной, в которую мы ввязались на стороне ляхского королька?

— Я с такой позиции об этом не думал, Ваше Высочие, но если хорошенько поразмыслить, то да. Где-то за год до начала войны они тут почти постоянно начали присутствовать. Возможно, это связано с усилившейся торговлей.

— А чем они торгуют?

— Да разным. Сюда оружие привозят. Отсюда шёлк, который из Поднебесной поступает. Коней закупают. Ну а так Хазария ничего особенного не производит, окромя рыбьего клея. Из Булгарии поступают меха, которые потом везутся в Хорезм или в Византий. Ещё мёд, кору белого тополя… Рабов ещё.

— Хм… Так ведь коней и шёлк можно едомеям и в других государствах покупать.

— Можно, — кивнул посол. — Вопрос лишь в цене, качестве и доступности, соответственно.

— Подожди-ка, Пётр Григорьевич… Ты сказал «рабов»?

— Да, Ваше Высочие, — грустно ответил барон. — Печально говорить, но работорговля — важная статья доходов в этих землях.

— И откуда рабы?

— Да из разных народов. В основном булгары захватом занимаются.

— Значит, и русские есть?

— Как не быть, — развёл руками посол. — Самим хазарам рабы по большей части без надобности, поскольку и своего населения хватает, чтобы скот пасти. А вот в Ромейской империи, да в других южных странах спрос на невольников имеется. В ту же Африку везут.

— Зачем?