Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

class="p1">— Все их дети? Все их дети были черными магами⁈ Но как… они выживали? Такое невозможно было скрыть. Одного подобного ребенка еще можно было прятать, но девятерых? Хоть ты сейчас и получил эту загадочную защиту, но до того момента светлые всегда охотились за черными, стараясь убить их еще в младенчестве.

— Я задаю себе те же вопросы и у меня нет ответов. Так что же нашел отец? У меня имеется несколько генеалогических семейных древ, но ни в одном из них не фигурируют черные маги.

— У меня было древо Наэров, где в роду встречались черные маги. Но твой отец его у меня выкупил. Чуть ли не последние деньги отдал. Мне он тогда показался слегка сумасшедшим.

— У вас копия осталась? — спросил я.

— Не помню. Поищу завтра в архиве.

— Так что же за идеи были у отца?

— Он был одержим идеей, что заимев детей черных магов, он с их помощью подчинит себе мир.

— Ужасно банальная идея, — я в разочаровании поморщился.

Но Даллан уловил иронию и расхохотался.

— Ты явно не в отца характером, — дядя улыбался. — Ну, если внешность не считать. Характер моей сестры. Она была старшей в семье. Не уехала бы — давала бы всем нам жару.

— Ваши идеи прижать светлых тоже близки к наполеоновским, — заметил я. — Так что, кто бы говорил, дядя.

Мы спустились по лестнице на первый этаж, дядя зашел в оканчивающийся тупиком коридор, открыл потайную дверь, замаскированную под огромное зеркало. Тут была еще одна лестница, уводившая куда-то глубоко в подвал. Даллан зажег свет и мы зашагали вниз. Пришли в зал похожий на что-то среднее между архитекторским бюро и библиотекой. По всем четырем стенам шли полки для книг и хранения чертежей. В центре стоял огромный стол, заваленный схемами, набросками и уже готовыми чертежами.

Даллан притащил огромный фолиант подшитых чертежей, положил передо мной.

— Это уже готовые устройства, прошедшие испытания и отданные в производство.

Я раскрыл книгу, неспеша изучал чертежи и описания. Даллан следил за мной.

— Пожалуй погорячился, что ты не в отца, — заметил он. — Тот тоже умел делать беспристрастный вид.

— В последние года три у него получалось плохо, — произнес я. — Из-за моих старших братьев.

— Они перестали ему подчиняться?

— Почти. И это бы случилось наверняка, если бы дошло дело до их совершеннолетия. Отец сделался весьма нервным.

Даллан нахмурился.

— И ты не помнишь, как они погибли, Эгихард?

Покачав головой, я продолжал изучать то, что наизобретал дядя и мне всё больше становилось не по себе. Похоже, в недавнем разговоре, он слукавил, что разработки находились только в начале пути по сдерживанию магии.

Магические наручники, которые не позволяли колдовать и нейтрализовали магию, уже были готовы и для высших магов. Были магические клетки с теми же свойствами и решетки для оборудования тюрем. Антимагические контуры для целых помещений. Несколько видов специализированного оружия против разного вида магических существ. Техно-магические ловушки. Детекторы для улавливания магической энергии с определителем по типу спектрографа, измерители магической энергии и сигнализация, реагирующая на любое применение магии.

— И всё это уже производится и используется? — спросил я.

— Всё это уже есть в одном экспериментальном полицейском участке в Дублине. Полицейские в настоящее время обучаются пользоваться оборудованием и прочим. Здесь, в Корке, пока оснастили тюрьму, используют наручники. На очереди детекторы и остальное.

— И это всё пока только в Ирландии? Или вы собираетесь и в другие страны продавать?

Даллан улыбнулся.

— Это меня озолотит, Эгихард.

— Не кажется, что вы сами себе вырыли могилу? — спросил я.

— Конечно, если высшие маги узнают, то несомненно захотят меня убить. Но риск того стоит.

— Я не про это. Люди заберут ваши чертежи, вас же отправят в магическую тюрьму. Или и вовсе уничтожат. Вашим же оружием против магии.

— Нет. Хотя в разработках использованы в основном физика и механика, маги необходимы, чтобы создавать и тестировать эти устройства. Нас таких останется немного. Но мы станем избранными.

Я мрачно глядел на Даллана, решив, что бесстрастная мина тут не подходит. Он криво усмехнулся.

— Вижу, тебе моя идея не понравилась. Можешь что-то предложить, дорогой племянник?

— Мне нужно подумать. Прототипы тут имеются?

— Да, в следующем зале.

Даллан повел дальше. Следующее помещение походило на музей — под стеклянными витринами находились образцы того, что я видел на чертежах. Первым делом Даллан извлек из витрины детектор, включил, направил на меня, потом обратил ко мне экран. Я увидел, что тот ничего не засек.

— Теперь смотри что будет если навести на меня, — сказал дядя и просканировал себя.

Детектор пискнул и я на экране увидел надпись «Темный маг, магическая энергия второго уровня».

— Вижу, что работает.

— Что-то еще хочешь посмотреть?

Я покачал головой.

— Давайте завтра продолжим.

Дядя кивнул. Мы вышли из подвала и каждый направился в себе. К счастью, ни кузин, ни других родственников у моей комнаты не наблюдалось. День выдался еще тот. Мне надо было обдумать произошедшие события. Но для начала не мешало отдохнуть и выспаться.

Вымывшись, я выключил свет, лег спать. Сон не шел и в голову почему-то лезли мысли об отце. Его я помнил очень смутно, в отличие от матери. Лишь о том, что он почти никогда не смотрел на меня, избегая прямого взгляда, остались четкие воспоминания.

Вчера, свалившись с донжона, я вспомнил, как он смотрел на моих старших братьев. Он почти боготворил их, видел в них себя тем, кем он мог бы быть, считал их своим продолжением. Вот только они не хотели ему подчиняться и считали его ниже себя, несмотря на родственную связь. Тогда на его лице отражалась целая гамма чувств — от разочарования и боли, до отчаяния, что его планы рушатся. И у него дрожали руки, когда после раздачи бумаг о владении замков старшие не оценили его стараний.

Я подумал, что наша семья оказалась той еще банкой со змеями. Мои братья и сестры точно бы передушили бы друг друга, если бы им не пришлось объединиться против общего врага — меня.

Я тронул запястья, потер кожу. Мама сказала, что я был болен. Но сколько себя помнил, я вообще не болел. И отсюда напрашивался один вывод. Родители, разумеется, знали про мою кровь. Может быть, устраивали мне переливания,