"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

Мой путь лежал мимо вымощенной площадки и небольшого строения — уличной кухни, рядом с которой крутились несколько аристократов. Я могла их понять — запах свежего мяса стоял одуряющий и трепал каждый нерв в моём организме.

Моя пантера — та, что так и не проснулась — отзывалась на это мясо, да и вообще почти на всё, что происходило во дворце. Запахи сегодня не глушились, и я вновь чувствовала намерения окружающих острее, чем когда-либо в жизни.

Я бы даже подумала, что она вот-вот проснётся, что у меня произойдёт первая трансформация — если бы не знала, что пантеры после двадцати пяти не просыпаются. А если и просыпаются — что случилось только один раз в истории — то глубоко искалеченными.

Нос уловил тонкий запах знакомого зверя. Среди аристократов оказался никто иной, как барон Рено Эсклар, который не отрывал от меня взгляда.

— Леди Валаре! — громко произнёс он.

Я увидела, как мужчина заметно сглотнул, а затем сделал шаг ко мне — но остановила его рукой.

— Я при исполнении, Ваша Милость, на ритуале со строгим временным ограничением, — без единой эмоции но вежливо произнесла я, даже не замедляясь, направляясь к своей точке для ритуала.

За спиной слышались смешки. Улавливался запах раздражения, азарта, охоты, желания доминировать — такие знакомые, почти те же, что были на балу.

Мужчины всегда так пахнут? Нет, не все…

О чём вообще хотел поговорить барон Эсклар — и какой в этом смысл? Он уже дал понять, какую помощь предлагает. И это было совсем не тем, чего я хотела. Особенно после того, как новость об оранжевой ленте просочилась в газеты — хотя самого барона там никак не упомянули, желая поберечь его репутацию.

Миленько.

***

Ритуал я провела без проблем, но уходить не торопилась, присев на пенёк в отведённой мне зоне. Нас будут проверять каждый час. В течение всего испытания мы должны поддерживать тускнеющие глифы, и для нас здесь даже установили небольшие шатры, где находилась вода и работали слабенькие обогревающие бытовые чары.

Потому что плохая погода не заставила себя ждать — и это означало не только дождь, но и порывистый, колючий ветер, призванный сбить с толку участниц, принося с собой посторонние запахи, включая ароматы других зверей.

В том числе — запахи мужчин, которых сегодня во дворце собралось особенно много.

На данный момент фавориткой, по мнению всех газет, оставалась Селина д’Авелин. Её ближайшей соперницей считалась Лианна Бэар, с которой кронпринц даже не обменялся ни единым словом! Но нынешнее испытание должно было изменить если не всё, то очень многое.

Кроны могучих деревьев заскрипели от ветра, и где-то справа с грохотом обрушилась тяжёлая ветка. Я поспешила в шатёр и достала свои компактные песочные часы — именно с их помощью собиралась отслеживать время, когда нужно будет подпитывать глифы.

Крупные, гулкие капли дождя ускорились, барабаня по крыше шатра и создавая удивительное ощущение уюта. Я подняла голову к мрачнеющему серому небу. Улыбаясь.

Выстрел!

Именно так объявляли начало задания — и именно сейчас запах кронпринца переставали скрывать, оставляя возможность прекрасным леди в звериных или человеческих ипостасях приблизиться к нему, отыскать его.

Я не знала, будет ли задание вообще выполнимым, с учётом того, насколько обширным оказался лес за королевской резиденцией, но стоило прозвучать выстрелу, как я тут же почувствовала это…

Пряный запах. Горькая смола. Кожа. И почти незаметная нотка мёда. С востока от меня, словно совсем близко.

Так близко, что можно кинуться, схватить!

Кончики пальцев дрогнули, перед глазами на мгновение потемнело, но ощущение быстро исчезло. Я моргнула, не понимая, что только что произошло, — и внезапно задание показалось мне на удивление простым.

Разве что принца действительно спрятали совсем рядом со мной.

Такое вполне возможно — его предполагаемое расположение для этого задания скрывали почти от всех.

Я подходила к глифам ещё дважды, дополняя их, проверяя каждый предмет, и каждый раз промокала до нитки, ругая себя за то, что не подумала об этом заранее. Хорошо, что шатёр с бытовой магией высушивал меня очень быстро.

Кронпринц, судя по запаху, не покидал своего укрытия, зато вокруг вскоре начали появляться другие ароматы — мягкие, резкие, с оттенками цитрусов, цветов, даже бумаги! Видимо, это наши леди — участницы отбора, что вступили в игру и теперь сновали по лесу в поисках Его Высочества.

Рано или поздно кто-нибудь из них доберётся и до моей поляны — и на этот случай у нас был целый протокол.

Ведь всё происходящее здесь являлось проверкой для девушек.

Когда на опушке послышались первые осторожные шаги, я не сразу поверила своим глазам. Девушка, приближавшаяся ко мне, была укутана в красивый тёплый плащ, обута в удобные ботиночки, а в руках держала… самый настоящий зонтик. Она двигалась неспешно, грациозно — с той самой красивой и милой неловкостью, что вызывала желание помочь. Как и подобает настоящей леди.

И ещё… я знала её. Прекрасно знала.

Ко мне приближалась одна из моих кузин.

— Мио? Какое счастье! — воскликнула Камилла Морлэй, дочь родного брата моего отца.

Это были первые её слова, обращённые ко мне с начала отбора, хотя она видела меня и на балу, и позже — во время моего формального «извинения» перед Геленой де Рокфельт. Сейчас Камилла явно нервничала — на симпатичном лице отражалось напряжение, взгляд метался то к верхушкам деревьев, то вглубь леса, то к шатру.

— Мио, я так замёрзла! Ты знаешь, куда идти? Наверняка ты уже встречала других участниц, правда?

Моя кузина, леди Камилла Морлэй, смотрела на меня с надеждой — круглые светло-жёлтые глаза наивно моргали. Капли дождя спадали с длинных ресниц, стекали по лицу и за шиворот.

Мне было жалко её. Очень сильно.

Всё же отправлять аристократок искать принца под дождём и диким ветром казалось мне жестоким. Это испытание было рассчитано на зверей девушек — на то, что они обратятся и стрелой помчатся на запах.

Но мои кузины всегда были одержимы тем, чтобы выглядеть хорошо в любой момент. С самого детства им запрещалось бегать с деревенскими детьми, интересоваться лошадьми или собаками. Зато поощрялись игра на пианино, флейте и арфе. И если Камиллу это вполне устраивало, то вторая моя кузина, Тамилла, которую все называли Тами, была большей бунтаркой.

Когда-то.

Пока их родители не слепили из Тами такую же идеальную леди, какой была Камилла.

— Мио! — жалобный голосок кузины