Фантастика 2025-51 - Антон Лагутин

в стекло. – Отвечайте, не молчите. Вы преследовали меня или Эвани? Что вам нужно? – Я навела на него револьвер. – Говорите, или я стреляю, и пусть потом Управление Спокойствия разбирается, кто виноват.

Мужчина помедлил мгновение… а потом плавным движением скинул шляпу.

Эти чередующиеся светлые и темные пряди не узнать было невозможно.

– Вы?!

– Я, – передразнил Эллис. Глаза его сейчас казались скорее серыми, нежели голубыми, и смотрели недовольно. – Виржиния, опустите револьвер, мне вовсе не хочется щеголять дырой в голове. Ну же! Или мне следует назвать вас «мисс Энн», чтобы вы начали соображать быстрее? О, небо, курок же взведён, не вздумайте класть револьвер в свою сумочку, пока он в таком состоянии. Дайте мне.

Эллис вздохнул тяжко и подъехал ближе. С гордостью я отметила, что держусь в седле, даже в дамском, куда лучше, чем он в своем мужском. Городской житель! Всё та же поношенная одежда, что и в городе, только вместо старомодного пальто-каррика – по-летнему лёгкая рубашка и жилет. Плащ, очевидно, был нужен маскировки. По крайней мере, сейчас, когда нужда в ней отпала, детектив расстегнул и сбросил его, а затем, сложив, пристроил поперек седла. Туда же отправилась и смешная изношенная шляпа.

– Забирайте ваш револьвер, Виржиния, – улыбнулся Эллис и протянул мне его рукоятью вперед. – И рассказывайте, какие демоны понесли вас одну по пустынной дороге. А если бы это оказался не я, а какой-нибудь беспринципный подонок вроде Фаулера? Право слово, Виржиния, иногда вы ведёте себя разумно и смело, а иногда – глупо и безрассудно. Это второй случай.

– Вам видней, – философски согласилась я. Спорить не хотелось. Радость от встречи с Эллисом и недавнее волнение полностью лишили меня сил. – Но вряд ли кто-то знал, что еду именно я, а не Эвани. К тому же у меня револьвер…

– Уметь стрелять и суметь выстрелить в человека – разные вещи, Виржиния, – вздохнул Эллис и взъерошил волосы. – Надеюсь, вам никогда не придётся прочувствовать на своей шкуре эту разницу. Впрочем, довольно о револьверах. Денёк сегодня выдался жаркий, и в этом дурацком плаще я весь взмок. В замке вас ждут не раньше, чем через три часа, письмо вы можете отдать мне и так. Может, проедем к ручью и посидим там? Я ручаюсь, что сегодня за нами никто больше не шпионит.

– А тут есть поблизости ручей? – удивилась я.

Эллис наморщил лоб:

– Да, один из притоков Остин. Нужно вернуться немного назад и пройти по тропе вдоль дубравы. Место хорошее, с дороги нас видно не будет, а вот я любого преследователя замечу издалека.

– Позвольте усомниться в ваших шпионских навыках. Даже Эвани – и та вас обнаружила сразу, – заметила я, следуя за Эллисом, и добавила негромко: – И я бы сумела выстрелить. Не сомневайтесь.

Детектив обернулся и поймал мой взгляд.

– Вы? Возможно. А может, и нет. Когда вы целились в меня, у вас были глаза прирожденной убийцы, Виржиния. А когда отдавали револьвер – жертвы. Решите, кто вы, раз и навсегда.

– А кто вы, Эллис?

Он улыбнулся одними губами. Глаза оставались холодными.

– Уж точно не жертва.

Ехать оказалось недалеко. Несмотря на последние слова Эллиса, молчание между нами не было тягостным. Впервые за много дней я чувствовала себя защищённой – не боялась ни Фаулера, ни призраков, ни таинственного шантажиста герцогини… Ветер быстро гнал по небу облака, сбивая их в неопрятные комки, похожие на овечью шерсть.

– Вечером будет гроза.

– Неужели, Эллис?

– Несомненно.

Местечко между двумя огромными дубами и впрямь не просматривалось с дороги. Лошадей детектив привязал на опушке, шагах в пятнадцати от берега, а сам сложил вчетверо свой плащ и позвал меня:

– Присаживайтесь здесь, Виржиния. Разговор, чувствую, будет долгим.

– А вы?

– Моим брюкам, в отличие от вашего красивого платья, ничего не грозит, – улыбнулся он, устраиваясь рядом, но так, чтобы не упускать из виду дорогу к станции. – Рассказывайте, Виржиния, что у вас случилось, если вы рискнули поехать сами. Убийство?

– Пока нет, – я качнула головой. Журчание ручья умиротворяло. Сейчас утренние новости уже не казались мне такими ужасающими и мрачными. Действительно, Абигейл еще с вечера подумывала о том, чтобы к завтраку не спускаться. – Эллис, раз уж времени много, давайте начнем с ваших новостей. Почему вы преследовали мисс Тайлер? Она заметила вас, перепугалась и попросила у меня нож для самообороны.

– Я не преследовал, – детектив сорвал травинку, повертел её в руках, но прикусывать, как деревенский мальчишка, не стал. – Как говорила моя бабушка Эйлин, тот, кто заботится о ближних, и сам живет дольше. После второго письма за вашей мисс Тайлер стали следить. Молодой мужчина, рост выше среднего, волосы темные, вьющиеся, кожа довольно светлая. Ехал он на расстоянии. Живет в замке. Цели его мне непонятны. Я решил не рисковать головой мисс Тайлер и проводить эту замечательную девушку, правда, не рассчитал с расстоянием и был замечен. Конюх герцогини Дагвортской, который посчитал меня поклонником мисс Тайлер, за символическую плату в четыре рейна согласился вывешивать на определенном зубце стены над воротами цветную ткань, когда ваша служанка берёт лошадь. Я живу в деревеньке на другом берегу реки, и в бинокль мне прекрасно видно, когда появляется яркая тряпка. Я беру свою кобылку и еду вслед за мисс Тайлер. Только вот сегодня, – усмехнулся он и скосил на меня глаза, – не ожидал встретить тут вас, да ещё с револьвером.

– Думаете, следовало бы оставить его в замке?

– Ни в коем случае! – рассмеялся Эллис. – Вы были неподражаемы. Так что же вас так напугало в Дэлингридже?

Я молча достала из ридикюля письмо и протянула детективу. Ему хватило всего двух минут, чтобы пробежать глазами исписанные нервным почерком листы. Пока Эллис читал, выражение его лица становилось все более мрачным.

– Сегодня же узнаю все про эту миссис Халли, – пообещал он, сворачивая письмо. – Кажется, я где-то уже слышал имя «Белая Голова». Наверняка мошенница. Травы отошлю нашей общей знакомой Зельде через своего человека в Управлении. Через три-четыре дня придёт ответ. Если в сборе есть ядовитые растения, то шантажист наверняка Доминик Синглтон. Если нет… Тогда я склоняюсь к версии Фаулера.

– Но почему? – опешила я. Честно говоря, вчера столько всего произошло, что претензии к баронету совершенно вылетели у