Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

Заклятиями слабосилки знают подобные хитрости, верно? Не с их количеством и качеством эфира знать тонкие секреты высшего магического мастерства. Секреты, что являлись таковыми для абсолютного большинства, в том числе и начинающим Великим, даже в другом, более развитом магически мире…

Она кралась медленно и неспешно, став незримой ночной тенью в раздираемых пламенем и грохотом боя небесах, на границе света и тьмы, там, по самой кромке материального мира и Астрала…

Как она рисковала в этот миг! Как уязвима была здесь и сейчас! Любой маг, особенно калибра Архимага и выше, просто не бывает совсем уж беззащитен. Даже будь он или она абсолютно гол, не окружая себя многочисленными барьерами и щитами, — чародей седьмого и выше ранга сам по себе настолько далёк от естественного порядка вещей, что одной его ауры, одной энергетики вкупе с крепостью могучего тела достаточно, чтобы не бояться очень многого. А уж в случае с Магом десяти Заклятий, которая к тому же ещё и является шедевром некромагического искусства, совместившим в себе многие лучшие качества живых и мёртвых, так и подавно.

Алене не способна была причинить ущрёба почти никакая боевая магия четвертого и ниже ранга — её аура сама по себе нивелировала бы и уничтожила столь слабые чары. Аналогичные по силе физические воздействия тоже не принесли бы результата — удары мечей, топоров и копий, пистолетные выстрелы, даже какие-нибудь лёгкие полевые орудия были бесполезны. Да даже обрушить на неё скалу — физическое воздействие, не подкреплённое могущественной магией, было просто не способно её убить.

Хрупкое и прекрасное тело даже безо всяких сознательных усилий со стороны волшебницы гарантированно исцелило бы любые повреждения, регенерировало бы даже из пепла, пусть не быстро. Даже при пустом резерве — понемногу восстанавливала бы энергию и тело, причём автоматически. Цинь Шихуанди творил свои шедевры под себя, и квинтэссенция его многовековых изысканий, вложенные в девушку, да помножившиеся на частичку сил Аристарха, сотворили максимально близкое к понятию бессмертия существо. Её всё ещё можно было убить, более того — в этом погрузившемся в пучину войн и разрушений мире она периодически сталкивалась с теми немногочисленными существами, которым это было по силам сделать в прямом бою… Но таких существ, надо признать, было немного. И с каждым месяцем их становилось всё меньше — она ведь не стояла на месте.

Однако сейчас Алёна сознательно сделалась максимально уязвимой. Ради возможности подобраться поближе к пусть насторожённым, но всё же не ожидающим того, что к ним кто-то может прокрасться врагам она пошла на громадный риск — сейчас её вполне можно было убить парой-тройкой удачных заклятий четвертого ранга, не говоря уж о чём-то более могущественном.

Это было не заклинание, не техника или ещё что-то такое — скорее умение, причём в сути своей не слишком сложное. Как задерживать дыхание — способны на это все, но вот кто на сколько уже другой вопрос. Сознательно подавив и ограничив себя и свои магические способности, наложив на себя особые оковы, чародей становился крайне уязвим, но зато и следы его присутствия становилось обнаружить крайне тяжело — ибо это была не просто попытка замаскировать или подавить свою силу, а на самом деле ограничение своего доступа к ней на некоторое время. Подсмотрела его Алёна, кстати, у подчинённых Петра и к своему удивлению обнаружила у себя большой талант в данной области.

Умение не слишком сложное, но и не слишком полезное в руках других чародеев. Во-первых, как и с задержкой дыхания, долго в этом состоянии было находиться сложно, во-вторых — риски не перевешивали выгоду. Вот только в случае девушки-нежити всё менялось — поддерживать такое состояние она могла целых полчаса в отличие от стандартных пяти-семи минут, во-вторых же — в её случае сокрытие было намного эффективнее, чем у живых. Те-то её использовали больше как способ тренировки выносливости, терпения и контроля, а вот для неё это стало частью арсенала. Рисковой, крайне ситуативной частью — однако вот поди ж ты, пригодилось…

Она не сумела бы подкрасться к этой группе, будь обстоятельства иными — её навыки скрытности всё же были далеки до уровня профессионалов, но ситуация складывалась уж слишком удачно. А потому, спрятав сильно фонящие могучей магией доспехи и меч в особый, личный подпространственный карман, Алёна заходила на врагов снизу слева, запрещая себе даже думать о том, что задумала — всё же чародеи народ крайне чувствительный…

Алёна замерла в полусотне метров от врагов. Ближе подобраться девушка не могла — на расстоянии вытянутой руки мерцала пелена магической защиты. Чуть отливающая бледно-голубым огромная сфера окружала всю компанию, служа первой, но не единственной линией защиты — ожидающие контратаки Великого Мага османы не поскупились на меры предосторожности.

Пять барьеров восьмого ранга, четыре из которых поддерживали артефакты, а пятый, финальный, держался на силе одного из Магов с опорой четверых Архимагов и дюжины Старших Магистров. И этот последний весьма значительно превосходил любой из четырёх предыдущих…

Высокий, худой старик в богато украшенном золотой вышивкой тёмном халате, сильнейший из отряда османских волшебников, вскинул длинный, тонкий посох с рубиновым шаром в навершии. В воздухе над головами образовался огромный круг со вписанными в него тысячами символов арабской вязи, что стремительно наливались оранжевым свечением.

К своему предводителю начали присоединяться и прочие турецкие волшебники, вплетая свои нотки в могучую и сложную волшбу. Несмотря на относительно невысокий, как для Мага Заклятий, уровень силы, старый волшебник был опытен и умел, искусно сплетая сложнейший узор некого коллективного заклятия.

Лишь спустя четверть минуты до девушки дошло — враги открывают дорогу кому-то очень могущественному.

Что ж, ответ на вопрос — какой план был у осман, что они так смело полезли явно недостаточными силами противостоять целому флоту, усиленному Великим Магом, был получен. Турецкие чародеи намеревались призвать на поле боя кого-то из весьма могущественных джиннов — ифрита, судя по всполохам пламени. Достаточно могущественного, чтобы далеко не самая слабая волшебница ощутила дрожь.

Тем временем там, вдалеке, где две оставшиеся группы османских чародеев объединились с подкреплением и совместными силами сбили уже больше пяти эсминцев и один из крейсеров, отвлекая, как они думали, на себя всё внимание армии Николаева-Шуйского, в небесах словно взошло новое солнце — Петр и компания, наконец, привели в действие второй увесистый подарочек — Молот Небес.

Впрочем, девушке было не до того, чтобы вдаваться в детали чужой схватки — вызов ифрита набирал и набирал обороты, из круга призыва ударил огромный столп пламени, что начал потихоньку