Код личности - 3 - Елена Кароль

которых сегодня возглавляла мама Нонна, оставив супруга в кафе на хозяйстве. Руслана тоже не было, буквально вчера он уехал на конференцию молодых инженеров в Казань, но это совершенно не помешало нам достигнуть полного взаимопонимания. Мама Нонна даже не сердилась на то, что я не стану ей невесткой, заявив, что я и так ей уже как дочь, а за дочь она любому шайтану лично пасть порвет.

К тому же есть у Мамедовых в Киржаче родственники… Да и просто побратимы из общины, которые ничуть не против собрать для нас кое-какую информацию.

В итоге ближе к одиннадцати вечера, когда окончательно стемнело, мы с Сашей, переодевшись во все темное и неприметное, отправились к соседу. С визитом вежливости. Пока что лишь на базу Бурого, где из-за его недальновидности осталось лишь парочка дежурных, а остальные сгинули во время неудачной операции по устранению графа.

Мы действовали тихо, нагло и безжалостно. Дежурных в расход, оружие, деньги и иные ценности себе, а саму базу взорвать.

Ибо нехер!

На самом деле вывезли мы не очень много: буквально дюжину стволов и несколько ящиков патронов, десяток посредственных мечей, кое-что из амуниции, документы и три миллиона наличными из личного сейфа, который стоял в кабинете Бурого. Плюс новенький броневичок со станковым пулеметом на крыше, глядя на который, Саша аж зажмурился от удовольствия.

Ох, уж эти мужчины! Всё бы им в машинки играть. Сколько бы лет им ни было!

При этом мы оба понимали, что если Румянцев возьмется за нас всерьез (ну или Касаткин), то мы даже мявкнуть не успеем, потому что у того же Румянцева только официально в штате числится шесть сотен бойцов, а у князя на порядок больше. А сколько неофициально? Да хоть половина города!

На наше счастье императорским указом было введено ограничение на количество бойцов для каждого титула. Для баронов — не больше пятисот, для графов не больше тысячи, для князей — не более пяти тысяч. Наверняка для того, чтобы князья не заглядывались лишний раз на трон. Но при этом никто (ну или почти никто) не контролировал численность частных охранных агентств, условно ничьих наемничьих группировок и прочих условно военных организаций. А ведь все они могут запросто финансироваться тем же Румянцевым и в случае острой нужды проворачивать вот такие вот незаконные делишки!

Но в данном случае закон на нашей стороне. Любой, кто без официального объявлений войны рискнет покуситься на жизнь и здоровье графа и его семьи, его земли и имущество, считается преступником и может быть убит на месте людьми графа. Ну или им самим.

Главное, чтобы сил хватило.

А у нас хватит! На всех хватит!

В общем, домой (точнее в особняк жениха) мы вернулись уже к трем ночи, сдали честно экспроприированное добро дежурным и завалились спать. Саша в гостевых покоях, а мне уже подготовили вторую спальню в хозяйском крыле. Да-да, аристократы спали в разных спальнях! И это чудесно, я считаю. Можно сколько угодно валяться по всей кровати хоть по диагонали и никто ни словечка не скажет.

Своя гардеробная, своя ванна, своя гостиная. Даже комната для рукоделия своя! Я когда узнала, искренне этому радовалась, сразу решив, что сделаю из неё свою художественную мастерскую, тем более она была довольно большой и угловой, выходя окнами на северо-восток — рассветы в ней наверняка изумительные!

Ну а пока я просто насладилась прохладным душем, смывая с себя пот и тревоги прошедшего дня, и завалилась в кровать. Спать!

Утро началось привычно рано, в семь. Правда, я нагло пренебрегла пробежкой и даже просто зарядкой, предпочтя просто спуститься вниз и побаловать себя кофе. Заодно поболтала с баронессой, которой тоже не спалось, и выяснила, что она уже утвердила кое-какую прислугу из числа прошлых работников, которые жили в городке и охотно вернулись к прежней работе сразу, как стало известно, что граф заново набирает штат.

Не поленилась и побеседовала с каждым, жестко отказав в должности одной горничной, которая вела себя вульгарно. Мне такие фифы в доме ни к чему. Прислуга должна знать своё место.

И нет, я не собиралась ими помыкать. Но с таким подходом пусть лучше поищет место в борделе, у меня вообще-то маленький ребенок в доме. Нечего ему видеть разврат раньше времени. Успеет ещё насладиться всеми сомнительными прелестями взрослой жизни. После восемнадцати!

В остальном же прислуга меня полностью устроила, разве что требовалась новая няня для Ванечки, да парочка трудолюбивых садовников, которые бы привели в порядок участок. Новый дворецкий, потому что старый ушел с поста в том числе по причине преклонного возраста, двое-трое работников в хлев, да ответственный завхоз.

Нового имущества у нас будет много!

С легкой руки озадачив баронессу и дальнейшим подбором нужного персонала, тем более она была совсем не против примерить на себя роль домоправительницы, я дождалась спустившегося к завтраку Николая, с недовольством отметила, что вчерашний чрезмерно активный день не пошел ему на пользу и тени под глазами стали гуще, а походка ещё тяжелее, в половину десятого сгребла его в охапку и повезла к бабе Варе.

Граф, что примечательно, не сопротивлялся.

Лишь спросил:

— А может ну его, а?

— Что именно? — спросила нейтрально, не отрывая взгляда от дороги и превосходно чувствуя себя за рулем его авто.

— Всё. Вообще.

— Неа. Я уже всё решила. Наслаждайся.

— Вот знаешь, как-то не получается… — хмыкнул он то ли иронично, то ли уже капельку истерично. А потом резко посерьезнел и попросил: — Обещай, что присмотришь за Ваней, что бы ни случилось.

Покосилась на него с осуждением и цокнула.

— Не хорони себя раньше времени, дорогой. Я всё ещё хочу прожить замужней графиней хотя бы год. Но да, обещаю.

— Спасибо.

Тускло улыбнувшись, Николай прикрыл глаза, а на меня аж беспокойство нахлынуло. Он же не собирается помирать прямо сейчас, нет? До свадьбы ещё неделя!

В общем, в деревню я почти влетела, из машины жениха чуть ли не на руках вытащила, шипя, как разъяренная кошка, когда он начал вяло сопротивляться, и на порог домика знахарки доставила, обличительно заявив:

— Вот! Помирать собрался! Сделайте что-нибудь!

Варвара Тимофеевна, внимательно изучив бледного и с какой-то стати взмокшего графа, скептично цыкнула и посмотрела на меня, заявляя:

— Проще добить.

— Нельзя! — возмутилась. — Мне ещё замуж надо успеть выйти!

— А поживее никого не нашлось?

Я догадывалась, что это она так пошутила, так что посмотрела на старушку максимально жалобно, но она лишь отмахнулась.

— Не смотри. Это так не работает. Ладно, сделаю что-нибудь.