"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

И потом снова голова. Правда, я с Тёмкой более-менее освоили процесс, справились зажмурившись. Снова уделал парадку, зато возился не так долго и под душем мне хватило четверти часа. Водрузил я вторую голову, рядом с Пашиной…

Ещё когда кланялся камню, жертвенная голова показалась знакомой, но я ж не приглядывался. Вот возносил вторую, так бросилась в глаза. Я ещё тогда подумал, что остальное от Паши прибрали…

Думаете, тогда и почувствовал себя психом? Да не фига подобного! Моя голова соображала ясно и всё фиксировала. Первый хотел срубить по лёгкому денег, а второго наняли под ту же марку. Где не вышло у одного, наймут другого…

Не чувствовал я себя психом, когда принимал вызовы третий и четвёртый раз. Когда в меня стреляли, чтобы убить, я уже довольно сноровисто отделял головёнки и добавлял их к натюрморту на камешке. Если бы я не принял вызов простого мага, могли устроить покушение или подослать боярина. И как бы я тогда выглядел? Тем более Катя пошла в разнос, я даже опасался, что она не сможет выйти в понедельник на работу.

Но Катерина находила силы, чтобы преподавать нам английский и начала этикета, ставить мне двойки и на дополнительных занятиях трахаться со мной, как угорелая. Признаться, что-то в ситуации меня тоже заводило.

И вот ректор зачитал ответ князя. Я не поехал домой…

Правда, перед делом Катя уходила в другую спальню, так что сразу я большой разницы не ощутил. В воскресенье до обеда очередного мага худо-бедно заменил первый курс, а после обеда настало время тяжких раздумий.

Я же нормальный пацан, и просто обязан был свихнуться ещё на первой голове. Однако первый испуг у Тёмы прошёл, и я ощутил нарастающий азарт. Нет! Как честный, вменяемый человек к четвёртой голове я точно должен сбрендить!

Но перед обнародованием ответа князя я ждал пятого мага, что будет в меня стрелять, чтобы убить! Я и Тёма ждали пятой головы и просто вусмерть затрахали Катю!

И вместо очередной дуэли князь разрешил нам жениться. Тёма ощутил разочарование обманутого зверя, а я… э… некоторое время спустя спросил себя, почему на меня ещё не надели смирительную рубаху.

Вечером Миша подлил в огонь моих сомнений бензинчику. Специально на правах старшего брата в часы самоподготовки пришёл пожать мне руку. Сказать, что даже немного мною гордится.

Оказывается, слухи быстро проникают в кадетскую среду, и ребята с курса Миши и старше уже знают, что я приглашаю их в свою дружину. Они ещё подумают, посмотрят на меня, но всё равно благодарны. А он уже всё для себя решил и благодарен мне и за свою дружину.

Но это ладно, пусть Миша считает мою дружину своей, оно только на пользу. В кадетскую среду проникли известия о моих дуэлях. Ребята съездили к Перунову камню поклониться и убедились, что я воздал божеству высшие почести, что во власти воина — пожертвовал головы врагов. Они все тоже за обычаи предков, не как современные — отделят противнику пальчик, и будьте довольны!

На этом месте я пожал Мише руку и суховато сказал, что мне нужно заниматься. Он сказал, что ему тоже нужно, и ушёл, а я погрузился в раздумья…

Пальчик, мать моя честная женщина! Всего лишь пальчик! Секундантов врагов понять можно — они мне не желали ничего хорошего…

Но ректор! И Авдей с Мухаммедом! Хардкор им подавай! Олдскул, ёлки-моталки!

А в понедельник приехала на службу Катя. Она вела у нас английский и начала этикета, поставила мне двойку и стонала, как сумасшедшая, когда я её, двойку, отрабатывал.

Катерина говорит, что после вот такого, любит меня, зверя этакого, ещё сильнее. Она бы так, наверно, никогда не смогла — не так часто, и головы бы точно не резала…

И прямо с Катюшей до меня дошло, как же мы с Тёмой отличаемся. Мальчик просто испугался вначале, а потом! Для него это нормально. Естественно. И папа его тем боярам и просто магам точно не пальчики резал. Это действительно иной класс, даже вид человекообразных.

А я… ну, остался после всего вменяемым. Ещё лучше понимаю собственный организм, но раздвоение на долгое время мне гарантированно. Может быть, когда-нибудь я его преодолею…

И смешная всё-таки получается штука! Похоже, в той жизни, чтобы дала та Катя, мне следовало просто кому-то отрезать голову. То есть мне бы никогда не дала. Зато в этой жизни у меня есть Тёма… или я у него…

* * *

Во вторник вечером после службы Катя получила от Андрея ответ, и с дополнительных занятий в среду мы прям так обрадовались, так нервно возбудились, что первым делом составили и отнесли в ректорат заявление. В четверг Григорий Васильевич вызвал меня и Катю к себе. Мы явились в его кабинет, и он радостно проговорил:

— Ну, наконец-то, я смогу спокойно уволить Катерину! Поздравляю!

— Да за что же⁉ — вспылил я.

— А за то, что вы сношаетесь второй год на территории корпуса! — грозно ответил мне Григорий Васильевич.

— С этим, что ли⁈ — нервно воскликнула Катя. — Я ему «двойки» ставлю каждый урок!

— Угу, ставишь! Чтоб он отрабатывал, и вы сношались, — мрачно сказал ректор. — Весь Корпус знает!

— Думает, — упрямо поправил я.

— Хорошо, пусть думает, — вдруг добродушно проговорил Григорий Васильевич. — Зато теперь я ваш брак одобрю, и все думать перестанут.

— Может, не надо прям увольнять? — спросил я с надеждой.

— Мы не будем! — горячо поддержала Катя. — То есть не каждый день.

— Это правило Корпуса, — развёл ректор руками. — Преподаватели не должны иметь с кадетами личных отношений.

Я и Катя мрачно вздохнули хором.

— Ну, боярин! Ты же не думал, что твоя жена будет работать! — весело проговорил Григорий Васильевич.

— Не думал, — пролепетал я, медленно принимая неизбежное.

Блин! Мы не сможем больше трахаться на дополнительных занятиях!

— Вот Катя прямо сейчас напишет прошение об отставке по личным обстоятельствам, — деловито сказал ректор, выложив на стол чистый лист. Катя грустно подсела на стул для посетителей, а дед обратился ко мне. — Когда планируете свадьбу и кого хотите пригласить?

— Наверное, через воскресенье, — сказал я сурово и спросил Катю. — Получится?

— Угу, — ответила она, заполняя лист аккуратными буквами.

— А позвать хотим