"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

особенность… Иногда она кое-чего не договаривает, запутывает. Как Алешка говорит: «Ведьмино нутро так у неё вылазет». Хотя лично я думаю, что это не специально, нельзя ей всего говорить, не положено.

— Кем не положено?

— Не знаю, — покачал головой богатырь. — В любом случае путь твой к Кащею лежит. Сможешь с ним договориться, то откроет он тебе прямую дорогу к топям, а не сможешь, — он развел руками.

— О чем разговор?

Яга возникла за спиной Ильи просто шагнув туда из ниоткуда.

— Да так, молодежь вразумляю, — спокойно ответил Муромец, не оборачиваясь и, допив свой сбитень, резко встал, хлопнув обеими руками о столешницу, отчего стол просел на своих сучковатых ножках, ухнув при этом словно столетний филин. — Ладно, старая, пора мне, загостился что-то.

Он сунул два пальца в рот и громко свистнул. Земля вздрогнула от мощного топота копыт и через мгновение за оградой остановился черный как смоль богатырский конь с золотой гривой, к седлу которого было приторочен каплевидный щит и здоровенная шипастая булава. Подойдя к жеребцу, Муромец ласково потрепал его по холке и одним резким движением «взлетел» в седло, затем обернулся в мою сторону и, достав из-за пазухи небольшой перевязанный тесьмой мешочек, кинул его мне.

— Небольшой подарок на прощание.

— Что это?

— Придет время — разберешься! — бросил богатырь и, посмотрев в небо, добавил: — Вечор близко, пора и тебе собираться.

Он вскинул руку в прощальном жесте, хлопнул поводьями и исчез вместе с конем, в буквальном смысле растворившись в воздухе.

— А вот тут он прав, сынок, — рука Яги легла мне на плечо. — Действительно пора вам, но только вам вдвоем — тебе и оглоеду твоему пушистому, молодежь же у меня пусть останется. Погостят пару деньков, подмогнут с хозяйством, вона как ловко у них выходит, а потом я им дорогу к вашей школярии и покажу.

— В смысле остаемся? — возмущенно вскинулся вернувшийся с ребятами к столу Гай. — Да мы нашего учителя низа что не оставим, да и не маленькие уже. Правда девочки?

— Действительно, мы уже большие и вполне постоять за себя можем, — разрозненно поддержали его девчонки.

— А ну, цыц! — прикрикнула на них Яга, заставив дружно всех умолкнуть. — Большие нашлись. В высь вымахали, а ума и опыта еще не нажили. Если говорю, что остаетесь, значит остаетесь, понятно?

— Нет, — пискнула вампирша.

— Правда, бабушка, может разъясните нам, — неожиданно поддержал девушку Грей. — А то девчонки ведь не успокоятся.

Баба Яга бросила взгляд на юных магичек, чьи боольшие и чуть завлажневшие глаза были полны неподдельной мольбы и, хмыкнув, махнула рукой.

— А чего объяснять-то, неуж в ваших акдемиях не учат про навьевы миры?

Девчонки дружно замотали головами.

— Эх. Ладно, слушайте сюда, отроки непутячие, — сжалилась над ними старушка. — Путь вашего учителя лежит прямиком через мир сказок, грез и фантазий (ага, а у нас тут прям нормальная реальность вокруг, в буквальном смысле — радость материалиста), а он очень коварен для таких как вы. Весь этот мир пропитан магией, по сути, он и состоит из магии, только вот это совсем другая магия, не такая…

— Какая не такая? — заинтересованно спросила Эрнеста.

— Не такая, — отрезала Яга. — Не подчиняется она вашим магическим формулам и всяческим там законам, там главное слова нужные ведать, желать правильно и уметь видеть истину. Но даже это не главная проблема. Проблема в том, что как только вы попадете туда, то этот мир начнет поглощать вас, вытягивать, пытаться встроить в себя. Вы и заметить не успеете, как станете его частью, а во что он преобразит вас, какую историю для вас подготовит, одному Сварогу известно.

Вот те на, интересная перспективка. То есть, иду я такой себе по дорожке, мурлычу себе под нос песенку типа: «я в город изумрудный иду…», глядь, а я уже оказывается в платьице с косичками, а Батон рядом такой веселый и гавкающий. Весело ничего не скажешь, а главное выбор у меня богатый — платьице, или чешуя, прям даже не знаю на чем остановиться. Хотя, стоп, почему сразу платьице, может я богатырем стану, а Батон Росинантом верным. Я скосил глаза на кота, который почему-то вдруг фыркнул и с довольным видом захрустел морковкой.

— … а вот вашему учителю ничего не будет.

Так-с. Я быстро вынырнул из омута своих натужных размышлений о том, будет ли гармонировать платье в чешуйку с желтым кирпичом дороги, и весь превратился в слух.

— Почему? (Молодец, Грей, правильные вопросы задаёшь).

— Да потому что он обычный человек из самого обычного мира, не нужен он навью, не интересен, да и наговор на нем охранный дюже сильный, поэтому ничего с вашим учителем не будет. Максимум заплутать может, ну или какой змеюка какая подколодная покусает (э… э… э, про последнее можно поподробнее, адреса там, пароли, явки, чтобы сразу значит сразу эту гадину по кумполу и угусь).

— А я? — вопросительно подмякнул Батон, не прекращая жевать.

— А что ты, — отмахнулась старуха. — Таких как ты во всех мирах, что крапивы за баней. Мой вон по десять раз на дню бегает туды-сюды и хоть бы ему хны, Берендей постоянно жалуется. Ох, доберусь я до него.

— До Берендея?

— До какого Берендея? — удивленно воззрилась на меня Яга. — Тьфу, ты окаянный, не путай меня, до Васьки, конечно. Кот мой повадился у Берендея рыбу белую из погреба таскать. Позорище. Ох попадется он мне как-нибудь под горячую руку.

Батон, в это самое время добравшийся до миски с окунями в сметане, покосился на бабусю, икнул, втягивая в себя висевший из пасти рыбий хвост, и на всякий случай отодвинул посудину в сторону.

* * *

В общем, прощание с ребятишками вышло какое-то скомканное. Парни пожали руку, похлопали ободряюще по плечу (Гай пустил прощально-героическую слезу, после чего не менее героически высморкался в спешно протянутый Эрнестой платок), а девчонки естественно повисели на шее, облобызав меня на прощание точно многоуважаемого генсека…(к-хм… так и захотелось брякнуть про «сосисечкие сраны» и в ответ крепким партийным, в засо….так, стоп, не о том история). Глай правда в очередной раз попыталась соблазнить меня тортиком, шепча в ухо про кроличьи лапки, но я держался стойко, хотя Батон почему-то постоянно на меня косился и даже зачем-то пытался украдкой повязать детский слюнявчик. В конце концов, старушке весь этот концерт надоел, она сняла с меня эльфийку, угрюмо зыркнула на парней, который тут же вытянулись по струнке и почти строевым шагом направились к амбару насвистывая что-то про монтажников-высотников, указала девушкам глазами на неубранный стол, развернулась и,