Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

в начале цикла, чуть ли не в январе, отрядил каких-то суперагентов проводить расследование. Для наводки на цель снабдил их своенравный трибун сверхсекретнейшей информацией: списком исчезнувших на тот момент миров. Этот список известен был тогда только самому ДастинБургу (и его ближайшему окружению, погибшему вместе с командиром – при невыясненных…). Это стало известно Советникам давно, но никому в мозги не могло взбрести, что спасать задницу МКБ опять послали человека, который уже однажды её спас, от болезненного и позорного ТРАХа.

Сведений о том, кто составил воскресшему из небытия Полышному компанию, не получили до сих пор. Но Герой ушёл на задание не один, это точно. С партнёршей. Соплеменницей, земляшкой. ДастинБург не мог не прицепить к Солу «хвост»…

А ВДРУГ эта спарка не сгинула в многообразных недрах бесчисленных миров Сети, и сумеет разыскать, КОМУ ВСЁ ЭТО НУЖНО???

Но как бы там и тут ни было, эти агенты экстра-класса просто-напросто исчезли; тоже давно, ещё летом, вскоре после гибели ДастинБурга. Исчезли как звёзды, разыскать похитителей которых послал их генерал-колонел. Последний раз местонахождение напарников точно фиксировалось в окрестностях пресловутого Торкмуадира. Там, где лишь нелепая до идиотизма случайность не позволила их схватить.

Елексанские власти увели Полышного с партнёршей «из-под носа» целой толпы преследователей, посланных вдогонку чуть ли не всеми спецслужбами Сети; затем глупые аборигены осудили их и отправили в региональную тюрьму, но с тюремной планеты осуждённые на пожизненное загадочно испарились. Поисковые группы «ЗероАй» (и не только) обшарили весь концлагерь, перешерстили множество стихийно сложившихся банд, однако искомой пары эрсеров и след простыл. Помнится, некий харрбский авторитет Маркграф предлагал свои услуги по поимке, и даже был экспроприирован с поверхности концлагеря, но оказался прохвостом, попытался сбежать, и был стёрт с лика… лживость и коварство у земов в крови, на то они и земы.

Кстати, старый хитрый зем-антизем, похоже, ни словечком не обмолвился лучшему ученику, что за годы его официального пребывания в рядах мертвецов учитель поднялся почти на самый верх, став одним из членов Комитета Командиров, Трибуном с безграничным уровнем допуска. За прошедшие годы добровольческий пыл «Соллара» изрядно поугас. Призванный вновь, в ряды карателей он встал с большой неохотой. Не для того ли к нему прикомандировали напарника? Чтобы не дать пылу угаснуть окончательно. С этими земами вечно хлопот не оберёшься. Даже самые, казалось бы, идейные и преданные в любой момент могут… очень даже идейно предать. Бесплатно, во имя новой идеи.

Ничего не поделаешь, и не изменишь чудовищную натуру этих воплощений вселенского зла, монстров этаких. Одним матерным словом: ЗЕМОВ.

Вот бы взять да и стереть одним махом с лика Вселенной все до единого миры, населённые многочисленными популяциями земов… Хтаббирующий детонатор – штука дорогостоящая, штучная, но поставить его на поток вполне возможно. Для устранения извечной проблемы – не жалко никаких средств… Бросить весь персонал «ЗероАй» на производство: основные силы нолеглазов после раскрытия главной тайны не у дел оказались, а уж ненависти к земам коллегам не занимать. Смертников сколько будет нужно, непременно столько и наберётся…

Жик Даюн даже приостановил скольжение, захваченный внезапно возникшей соблазнительной идеей.

Снедаемый соблазном, генералиссимус продолжал двигаться по тоннелю к гостиной, где его ждали офицеры и учёные биовидов Иных, собравшиеся для встречи Нового Года.

… – Этот урод, на прикроватный половичок похожий, собственной персоной главнокомандующий Патруля, – сообщил Максим. Сэра опустилась перед ним на корточки и испытующе посмотрела в глаза. Сумка, ремень которой был переброшен через плечо женщины, коснулась пола, и в ней что-то стеклянно звякнуло.

– Уверен? – на всякий случай переспросила биохимичка, бывшая звёздная патрульная.

– И где ты раньше был, с твоим телепатическим органом чувств, – проворчал Лирой; в голосе астронома сквозило лёгкое недоверие, которое он испытывал к коллеге-мухому.

– Ты знаешь, где он был, – оборвала Аскаридиса Сэра. – В палате госпиталя в мире Новая Одесса, рядом с отцом. Если бы твоего папу на улице тяшка сбил, где бы ты был-то, а?..

– Мою. Маму. Тяшка. Убил, – роняя по одному слова в вязкую тишину вопросительной паузы, сказал Аскаридис и резко отвернулся от сородичей. – Операционные первоочерёдно обслуживали тяшек… Мама не дотерпела, прямо в больничном коридоре рожать начала, порвалась и кровью истекла… А я всю жизнь думал, что она на столе родами померла… – рассказывал Лирой, не оборачиваясь и не показывая лица; голос его был глухим и дрожащим. – Только недавно узнал… Отец перед смертью не выдержал, сказал. Он думал, так будет лучше… чтоб я не знал, не то тяшкам ничего прощать не смогу и не выживу.

– Брат! – громко сказал Максим. – Не вини папу! Он был прав, по-своему. Потеряв жену, он не хотел потерять единственного сына. Время такое было. Но вот-вот оно изменится. Поверь мне, я… – он запнулся на миг, и затем проговорил со значением: – ЧТО-ТО СЛЫШУ. Везде, вокруг, повсюду! Словно музыка, далеко-далеко, но приближается.

Он замолчал, закрыл глаза и прикрыл ладонями уши. Морща лоб, завертел головой, будто прислушивался, пытался лучше уловить мелодию, которую воспринимал не ушами. Сэра внимательно наблюдала за ним, заглядывала в лицо снизу вверх, не подымаясь с корточек.

– Да! Всё ближе и ближе. С каждой секундой громче, слышнее, чётче. Брат, сестра, мне кажется, нам надо быть начеку! Тяшки пытаются скрыть правду, но они вот-вот заполучат большущий сюрприз. Час урочный наступает… – Телепат отнял руки от ушей и открыл глаза. Обрадованно взглянул на сородичей-землян, улыбнулся ободряюще и…

Кратко и ясно.

Что может быть чётче?

Порядок прекрасен

Звуков чечётки.

И хочется верить —

Возмездье настало!

И вот нашей веры

В свободу начало.

Так говорила Ирина Ухова, – поделился частицей наследия астроном Максим Палиенко, адепт фэн-клана святой Ирины Уховой; один из двух «земов», которых Иные обязали в новогоднюю ночь отдежурить в главном куполе обсерватории. Под утро сменить его должен был Лирой Аскаридис.

Все прочие астрономы в эту ночь ГУЛЯЛИ. Потому что принадлежали к ИНЫМ расам.

…к 31-му декабря, последним суткам этого цикла, оказавшегося настолько потрясающим основы миропорядка, поток кораблей уже иссяк. Менее двух недель понадобилось «землянам», чтобы освободиться от «чужих» и восторжествовать.

Мятежники могли не опасаться возмездия. Безнаказанность им обеспечивало отсутствие внемерного доступа в стёртые точки. Лучшей защиты, лучшей преграды, чем многомерное межзвёздное пространство, во Вселенной НЕТ.

Корабли уже долетели, но перед мысленным взором Жика Даюна, приближающегося к куполу гостиной, уже переполненной людьми всех наличных (кроме эрсеров!) рас, всё не исчезали мгновения, когда они появились, эти рои огоньков. Звездолёты ползли на субсветовой