Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

о местонахождении Быкова Григория Васильевича. Он сейчас координирует действия нескольких боевых отрядов, активно работающих против военного контингента ISAF в Афганистане. Мало того, часть золота, которое я вез с собой и должен был разместить в офшорах на Кайманах должна была через третьи руки попасть на счета фирмы-прослойки в Туркменистане, а оттуда уже в виде налички отправиться в полевую казну Быкова, потому что ничто так не подкрепляет боевой дух наемника как своевременная оплата его ратных подвигов.

— Полковник Быков сейчас в «стане», где он и его люди воюют против моих соотечественников, — глядя мне прямо в глаза с напором и сталью в голосе произнес агент Мозес.

— Это не удивительно, — спокойно выдержав взгляд Мозеса ответил я, — Григорий Васильевич в Афгане воюет уже двадцать лет. Где ему еще быть?

— А вы значит не в курсе этого? — хитро прищурился Фрэнк.

— Ну, как сказать, — улыбнулся я, — меня это нисколько не удивляет. Такому человеку как полковник Быков не составило труда найти себе спонсоров, чтобы они оплачивали его работу. Сколько с ним людей? — как бы невзначай спросил я.

— А вы не знаете?

— Нет.

— Серьезно? Никогда не поверю.

— Понимаете Фрэнк тут дело в том, что Быков и большая часть его людей состояла на краткосрочных контрактах в моей компании. Как только контрактные отношения с ними были завершены я не имею над ними власти. Да и, честно говоря, мне выход из Афганистана «Вольных стрелков» сыграл только на руку. Ну так, что вы от меня хотите? Чтобы помог вам найти полковника Быкова и его людей? Дайте мне оперативную сводку за последние дни в Афганистане и карту боевых действий, где будут отмечены наиболее успешные атаки на позиции сил ISAF, и я вам за полчаса укажу район, где могут скрываться Быков и его люди. Но мне почему-то кажется, что ваши люди, которые находятся в «стане» и сами могут это лучше меня сделать.

— Это так, — кивнул Мозес, — мы примерно знаем где базируется отряд Быкова, но вот уже три месяца никак не можем его перехватить.

— И не сможете, — злорадно хмыкнул я, — ваш спецназ не может покинуть свои базы незаметно, о любых ваших телодвижениях сразу становится известно местным, а от них уже Быкову и всем остальным кто воюет против вас.

— Это мы тоже понимаем, — кивнул Фрэнк. — Поэтому и хотим вам предложить, чтобы ваша компания взяла подряд на работу в «стане». Десять миллионов долларов в день в качестве заработной платы для десяти тысяч бойцов и командного состава вас устроит? Транспорт, логистика, вооружение, ГСМ, обустройство баз и питание в эту сумму не входит. Если я правильно понимаю расценки в вашей компании, то лично вам будет капать от этой суммы около десяти процентов, то есть один миллион долларов в день. Вроде не плохо?

— Плохо, очень плохо, — честно ответил я. — Это даже не серьезно Фрэнк, десять лямов в день — это сущие слезы. Вы сами сказали, что бюджет США тратит на эту войну сто пятьдесят миллионов долларов в день, а мне даете жалкие десять миллионов. Это несерьезно.

— Какая ваша цена?

— Никакой, — раздраженно пожал я плечами и скривился, — я не хочу лезть обратно в «стан», мне это не интересно. Деньги в этом бизнесе не главное, должна быть еще и идея.

— В смысле?

— Если вы дадите людям какую-то финальную цель, ради которой они будут готовы жертвовать собой, тогда они горы свернут. Нужна идея, смысл, цель. Понимаете?

— Не совсем, можно подробней.

— Ну например, ЧВК «Вольные стрелки» заходят в Афганистан, а силы ISAF покидают его и тогда это будет преподнесено простым афганцам как победа над вами. Ну, а все, кто с этим не согласны и захотят возврата к старой жизни будут объявлены врагами государства, и мы их быстро прижмем к ногтю. Но это при условии, что США не станут тайно помогать очередным повстанцам. Я вам честно скажу, что любую войну можно легко выиграть, исключительно обрезая пути финансирования одной из сторон. Вот вы думаете кто спонсирует полковника Быкова и его людей?

— Кто? — агент Мозес буквально подался всем телом вперед.

— Кто-то из ваших, из американцев. Понятно же, что чем больше гибнет американских солдат, тем больше на поле боя посылают новых, тем больше оружия и боеприпасов производит военно-промышленный комплекс, тем больше прибыли получают хозяева оружейных предприятий и фирм. И вот это вот всё, — я обвел руками внутренне пространство камеры, — только из-за того, что вы и ваши хозяева не можете разобраться в своем же болоте. А я вам нужен только для того, чтобы подкинуть еще больше дровишек в пожар войны, чтобы оружейные бароны получили еще больше денег. Правильно?

Фрэнк Мозес молчал. Он смотрел на меня как-то странно, будто бы увидел впервые. Ну, что пиндос хренов съел? Думал поманишь перед носом у меня морковкой, а точнее пачкой баксов и я начну вилять хвостиком. А на-ка выкуси! Давай уговаривай меня дальше, торгуйся, дави как-то…

Соединенные Штаты тратят на военный бюджет огромные суммы денег каждый год, хоть могли бы обеспечить свою безопасность за гораздо меньшие деньги, если бы они опирались не столько на военную силу, сколько на дипломатию и более реалистично и сдержанно рассматривая вызовы, исходящие от СССР и Китая. Такой сдержанный поход мог бы сэкономить более одного триллиона долларов в течение ближайших лет. Такая гигантская экономия денег американских налогоплательщиков обернулась бы соответствующей недостачей в корпоративных закромах крупнейших подрядчиков Пентагона, их лоббистов и клиентов в законодательном корпусе Америки. Они-то и являются настоящими хозяевами Америки, невзирая на красивые слова о власти народа в Конституции США.

Поэтому гонка оборонных расходов США будет продолжаться и дальше до тех пор, пока американская экономика не рухнет под тяжестью своего собственного военно-промышленного комплекса.

— Не буду кривить душой в ваших словах есть резон, — агент Мозес выглядел подавленным, — но слышать о пацифизме от главаря одной из самых эффективных ЧВК современности как-то странно. Вы развязали больше военных конфликтов чем кто-либо другой. По сути, каждый государственный переворот, который вы совершили — это небольшая гражданская война, которую надо отметить вы каждый раз выигрывали.

— Фрэнк, а вы думаете, что все эти годы я воевал ради денег? И всё, что делали мои люди последние 20 лет — это только ради выгоды и наживы?

— А разве не так?

— Нет. Здесь все намного больше, чем кажется на первый взгляд.

— Окей, тогда ответьте ради чего вы и ваши люди столь ожесточённо воевали всё это время?

— Ради наших детей и внуков.