Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– С удовольствием, император. Фелим и правда очень предан вам и нашей величественной империи, – слегка улыбнулся он и, сверкнув своими бесцветными глазам,и поклонился.

– … наказание назначит Великий Император нашей империи Лайт! – проорал он под конец и, повернувшись в мою сторону, склонился.

«Может, ввести новое название своего статуса? Генеральный секретарь, например», – подумал я, слегка скривившись, и двинулся к говорившему.

– Благодарю, Фелим, – улыбнулся я и тронул склонившегося за плечо.

Затем оглянулся и обратился ко всем присутствующим, усилив магией голос:

– Я, Рокаин Серус, правитель империи Лайт, с этого дня полностью отменяю высшую меру наказания – казнь! Отныне любое преступление грозит только штрафом, тюрьмой или рудниками. Но преступления против человечества Эрона единственное исключение и будет караться новой высшей мерой наказания! А потому я приговариваю этих предателей к изгнанию в мир Дертри! Если они выживут в том очень жестоком измерении, то такова будет воля Светлоликого! – проорал я под конец.

После моей короткой речи абсолютно все смотрели на меня с удивлением. А преступники, которые из дворян предварительно приговоренные к смерти, вообще округлили глаза и упали на колени.

Даже Лонс удивлённо, но с усмешкой поглядывал на меня. Ведь я никому не рассказывал о моём решении такого нововведения. Хотя какое нововведение? В Дионае было практически аналогично, казнили только за прямую связь с тёмными. А в остальных тяжёлых случаях – рудники. Правда, можно сказать, бессрочный «мораторий на смертную казнь» я всё же первый представил в этом мире.

– Да здравствует Великий Император! – прокричал начальник тюрьмы, а затем его клич с энтузиазмом подхватили абсолютно всё на площади:

– ДА ЗДРАВСТВУЕТ ВЕЛИКИЙ ИМПЕРАТОР! – прокричали они стройным хором три раза, и я начал произносить заклинание открытия портала.

Плюсом моего решения было то, что совершенно никто не сможет убежать с того мира. Да и переместиться туда тоже. Так как даже демонические монахи не знают, как попасть в мир Дертри. И это незнание продлится ещё очень долго.

Даже владей эти предатели знаниями о круге перехода, они просто физически не смогут открыть портал назад, так как он сожрёт единовременно четыре тысячи маны и ещё по три сотни за душу. Такого размера сосуда у них даже близко нет.

А вот по поводу своего обещания Вэлоссе, что я никому не дам из своих туда пройти, тоже всё просто – они-то не свои. К тому же, я заморочился и поставил на этих уродцев маркер «враг». Все, кто владеет моей копией Зодака, это увидят.

Будь эти пленные хорошими программистами, то довольно легко сняли бы эту метку, но я сильно сомневаюсь в их возможностях. Эйнуру принадлежит монополия на эти знания. Как мне и Светлоликому.

Когда портал из маленькой точки вспыхнул передо мной, я громко приказал:

– Выдворить этих предателей из нашего дома!

Стражники не колеблясь повели брыкающихся врагов к дымчато-синему порталу, а затем, практически пиная их по заднице, отправили в него. После исполнения приговора я развеял магию, потеряв почти пять тысяч маны, и повернулся к заключённым:

– У вас есть право искупить свою вину временем и деяниями, какой бы она ни была. Но запомните, любая жизнь – это высшая ценность. У человека она одна, и никто, кроме богов, не сможет её вернуть. А потому вы должны научиться уважать и беречь эту ценность. Как свою, так и чужую, – закончил я, расправил свои чёрные крылья в стороны, резко взлетел и направился к дворцу.

Я поступил так, чтобы люди привыкали к моим тёмным возможностям. Ведь мало кто знает, что я владею тьмой так же, как и светом. А чтобы пережить такой лёгкий шок – светлая речь самое то.

Лонс тоже владел тьмой, и он меня догнал уже при посадке на территории дворца.

– Рокаин, к чему такие меры? – удивлённо спросил он, приземлившись возле меня.

– К развитию, уважаемый Лонс Дэрг, к развитию, – усмехнулся я и начал двигаться к дворцу.

– Я всё понимаю, но почему именно сейчас? – догнал он меня.

– Выпал момент, и я им воспользовался, – хмыкнул я и, повернувшись к нему, добавил: – Ты почему не за работой? Продолжай установку систем, хотя бы до вечера. Можешь, кстати, наведаться к начальнику тюрьмы.

– Значит, мой перерыв на шоу окончен, – усмехнулся он. – Ах да! Великий император, вас ждут для аудиенции послы из княжеств Ксеншана, Баскильбора и королевства Пратокс, – добавил он. Я с удивлением оглянулся к нему.

– И чего им сейчас надо?

– Подать прошение на вступление в состав империи. Видимо, пример Варимы заразителен. Особенно в свете последних событий, – гоготнул Лонс.

– Вот так новости… – озадаченно пробормотал я. – Значит, собирай членов совета, тех, что уже проснулись и отвисли после установки Зодака.

– Рад слышать, что моя наискучнейшая работа прекратилась на сегодня! – засмеялся он и с энтузиазмом обогнал меня, чтобы проинспектировать всех советников.

– А после приступаешь к дальнейшей установке! – сказал я, притормозив его пыл.

– Рокаин!? Да дай же мне отдохнуть! – возмутился Лонс, повернувшись ко мне.

– Ты говоришь это человеку, который установил более десяти тысяч копий Зодака? – приподняв бровь, спросил я, тоже остановившись.

– Ладно… Приказ принял, император, – вздохнул он, развернулся и стал быстро подниматься по ступенькам дворца.

А я, сложив руки на груди, поднял взгляд к небу и задумчиво произнёс:

– Да у нас практически эроновский СССР уже…

– Рокаин, кое-кто входит на территорию дворца, – сообщила Монада спустя пару минут моих дум.

Я с интересом повернулся к опущенным через ров воротам позади себя и увидел Кетию с Мерисом, которых не пускали стражники у входа.

Уже началась вторая половина дня, поэтому они давно усвоили большой объём образов воспоминаний и базы. В них заложены все возможные вопросы по текущим делам, а это не только «кто я, собственно, такой и откуда», но и все основные события, случившиеся за всё время моего пребывания в этом мире.

Исключением, конечно, стало упоминание Эвы и Эрика. Не нужно их родителям этого знать и накручивать себе глупых предрассудков. Эва и Эрик теперь Тария и Ирон навсегда. Даже когда вспомнят некоторую часть своей прошлой жизни, это никак не повлияет на их любовь к нынешним родителям.

– ЭЙ! ПРОПУСТИТЕ ИХ! – проорал я, усиливая голос магией.

Стражники удивлённо повернулись на мой крик и, поклонившись мне, пропустили ребят.

Когда молодые родители молча подошли ко мне, Мерис склонил голову.

– Император Рокаин… – хотел вымолвить он, но его перебила жена:

– Ты в курсе, что ты патологический лжец, Рокаин?! – нахмурившись, выдала она на русском и сложила руки на груди.