"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Пропустив Ирэн мимо себя, я прикрыл за нами дверь. Михаил же наконец решил обернуться и немало удивился тому, что я был не один. Владелица Дара Тени не только прекрасно скрывала свои Дар и присутствие, но и передвигалась абсолютно бесшумно. Вот и удалось ей сломать Романову всю им заранее спланированную сцену.

— А вы…

— Ирэн, мой заместитель, — хмыкнул я. — Ирэн, это Император и Самодержец Всероссийский Михаил II. Можно просто Миша.

— Заместитель? Но у Канцлера нет заместителя, — не обращая внимания на кивнувшую ему девушку, отметил Романов.

— А теперь есть, — сказал я и довольно хмыкнул: — Я назначил.

Михаил что-то хотел сказать, но сразу осекся, после чего раскрытой ладонью провел по лицу. Подойдя к столу, он открыл верхний ящик и выудив из него массивную шкатулку, в которой я сразу почувствовал артефакт, метнул ее мне:

— Держи!

Понятное дело, что ловил «подарочек» я уже с активным Покровом.

— Только скажи что-нибудь про «доверяешь», и я не посмотрю, что ты император, и дам тебе в рожу, — сухо сказал я и принялся рассматривать брошенный в меня предмет.

Им оказалась простая, но большая и очень прочная шкатулка. Я бы даже сказал, что чересчур прочная. Полагаю, что моя Теневая Дуга не смогла бы пробить ее с первого раза.

Не гася Покрова, я медленно ее открыл. Внутри оказался перстень, на котором был изображен герб Российской империи. Удивительно, но он не был огромных размеров, как, например, Родовые кольца большинства аристократов. Нет, красивое и удобное, на вид, кольцо.

— Оно будет служить символом твоего нового статуса, Александр, — взял наконец слово император. — Думал, передать его тебе в более торжественной обстановке, но, боюсь, с твоими выходками это плохо кончится.

— Правильно боишься, — хмыкнул я и выудил перстень из его ложи в шкатулке. Мгновенно из небольшого портала показались лисьи лапки, которые выхватили аксессуар из моих рук «на проверку».

Пока Кей изучала перстень Канцлера, я, убрав веселые нотки, спросил у Романова:

— На кой ляд ты это сделал, Михаил?

— Я устал от того, что мне каждый день приходится выслушивать от высокопоставленных, хочу отметить, аристократов «Новиков то, Новиков сё». Задолбало! Теперь будешь сам выслушивать! — скрести руки на груди, наклонил голову венценосный.

— Не-а, не буду, — улыбнулся я и кивнул в сторону Ирэн. — Она будет, — было забавно наблюдать за тем, как вытягивается лицо императора. — А теперь серьезно. Ты же понимаешь, что своим поступком тебе не удастся заставить меня начать плясать под твою дудку, Миша.

— Если серьезно, то понимаю, — выдохнул венценосный, вернувшись в свое рабочее кресло. — Видишь ли, Саша, я не глухой и не слепой. Твои постоянные обмолвки, что враги империи находятся здесь, — он ткнул пальцем в стол, — в моем дворце, я не пропустил мимо ушей. Ты явно знаешь больше меня и при этом не желаешь ставить меня в известность. Яркие тому примеры — князь Разумовский и граф Миссурийский, — отрицать его слов смысла не было, поэтому я просто утвердительно кивнул. — Поэтому я и решил избавить тебя от излишних хлопот с другими аристократами, наделив властью. Взамен мне нужно лишь то, чтобы ты вычислил и покарал тех членов высшего общества, кто вознамерился пойти на предательство, переступив при этом через клятвы, — глаза императора сверкнули безумным блеском.

— У тебя есть целый орган сыска, который должен этим заниматься, — спокойно отметил я. — А ты решил все взвалить на захолустного графа, вчерашнего простолюдина.

— Тайная Канцелярия, увы, нынче совсем не та, что была при моем отце. К сожалению, никаких успехов с их стороны ждать не приходится. Они даже не смогли найти Беловых, пока те укрывались от властей. И делали они это, между прочим, у тебя, — поджав губы, горько произнес Михаил.

— Еще бы, там ведь твоя матушка заправляла, как хотела. Того уволить, того устранить. А кого-то и вовсе сначала уволить, а затем устранить, — намекнул я на ученицу Кей, графиню Голицыну. — Разумеется, никто не захочет выделяться и рисковать не только своей карьерой, но и жизнью. А без риска во время поиска клятвопреступников и предателей — никуда.

— Согласен. Именно поэтому мне и нужна твоя помощь. Рисковать тебе не привыкать, — кивнул глава Российской империи. — А по поводу того, что ты обычный граф и вчерашний простолюдин, у меня возникают определенного рода сомнения, — Михаил вновь заглянул в ящик своего рабочего стола, после чего выудил из него тонкую папку с документами. — Будем считать это моим небольшим бонусом к твоему назначению, — многозначительно улыбнулся он и прокатил папку по столу в мою сторону.

Схватив документы, немедля раскрыл и погрузился в чтение. Романов же тем временем продолжил вещать:

— Каким образом ты воспользуешься этой информацией, решать тебе, Александр. Захочешь об этом заявить во всеуслышание — валяй! — отмахнулся глава государства. — Препятствовать этому я не стану, — отбарабанив трель пальцами по дубовой столешнице, заявил венценосный. — Но тот факт, что ты совсем не обычный простолюдин, остается фактом.

Слушал Романова я вполуха. Будучи полностью погруженным в чтение предоставленных Михаилом документов, мне с трудом удавалось сдерживать свое удивление.

Никогда ранее я не задавался вопросом, кем были родители парня, чье тело я занял в новом мире. И, как оказалось, зря. Выходит так, что по крови мы с Наташей никогда простолюдинами и не были.

— Такие мощные Дары у тебя и твоей сестры, Александр… — откинувшись на спинку кресла, цокнул император. — И надо же, обе стихии совпадают с теми, что были у вашего предка. Кто бы мог подумать, что дочь последней княгини Меньшиковой будет одновременно владеть и молнией, и Тенью?

Удивительно. Я искренне полагал, что моя родная стихия досталась мне вместе с моей душой, после того как я героически погиб в старом мире, но нет. Она изначально была заложена в настоящем Александре Новикове.

Возможно, моя душа искала подходящее для себя пристанище, а наличие молнии стало приятным к Тени бонусом. Боюсь, точного ответа на этот вопрос я никогда не узнаю.

Меньшиковы. Когда-то практически сильнейший княжеский Род, находившийся подле императора и имевший почти такое же влияние.