Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

Ну сказано — сделано. Я быстро выскочил из-за створки и, крутанувшись словно заправский метатель ядра, запустил голову прямо в деву, мечущую из глаз небольшие молнии, после чего кузнечиком сиганул обратно. Однако место приземления я своего необычного снаряда заметить успел. Знаете, я не то, чтобы не попал, скорее попал… даже почти в цель… в общем голова упала рядом с девой и, сделав пару кувырков оказалась прямо между её чудесных раздвинутых ног, коими она твердо стояла на этой грешной земле. А там юбочка, да короткая… Блин, вот ведь колобок-извратень. В общем, я сиганул с сторону и с воплем «Ложись братцы!», попытался как можно плотнее вжаться в дорожную пыль. Ребята меня правильно поняли и тут же последовали моему примеру. К счастью, на этот раз не громыхнуло, зато из ворот раздалось нечто возмущенно-визгливое, постепенно переходящее в инфразвук и сразу же вслед за этим влетел знакомый уже «мяч». Дождавшись конца звуковой атаки, я вытащил из ушей скороспешно забитые туда пучки пожухлой травы и, пригибаясь точно под обстрелом, кинулся к голове.

На этот раз вид у Кащея был какой-то задумчиво-мечтательный, мне даже пришлось встряхнуть шлем, а затем постучать по макушке, прежде чем он соизволил сфокусировать на мне свой взгляд, да и то пару секунд смотрел куда-то вбок.

— Хороший бобер. Ваш? — наконец изрек он.

— Какой бобер?

Я непонимающе посмотрел на Батона, который после валяния в дорожной пыли походил на бутылочный ершик серого цвета, тот в свою очередь на Скрипача, а тот, оглядевшись, указал на невесть откуда взявшегося позади нас здоровенного бобра, шустро обрабатывающего своими мощными зубами сучковатую ветку.

— Не наш, — сказал я.

— Не наш, — подтвердил Батон, зачем-то перекрестившись.

— Не наш, — почти-что пропел Скрипач, теперь уже окончательно похожий на Нафаню.

— Не их я, — пискнул бобер.

— Жаль, — голова вздохнула. — Хороший такой, пушистый. Слушь, учитель, кидай меня обратно, только чуть правее, ближе к телу.

— А может нам как-нибудь помочь?

— Нэт, генацвале, я сам, — отмел мое предложение Кощей и, мечтательно закатив глаза, добавил: — Какая жэнщина, вах, чудо, пэрсик, богиня. Знаешь, дорогой, всэ ушли, всэ как ты и сказал, ушли и всё увезли, даже цветы с клумб выкопали — не жалко. А она не ушла, сказала, что будет со мной. Я нэ поверил, выгнать хотэл и вот… Жэнюсь, восстановлюсь и сразу жэнюсь, клянусь своей иглой. Ничего для такой жэнщин не жалко. Кидай меня, дорогой, кидай.

— Подождите, а как же топь вы же обещали.

— Ах да…

Голова что-то быстро пробормотала на непонятном мне языке, дернула бровью и рядом со мной развернулось матовое окно портала.

— Вот, генацвале, бросай меня и иди, там уже ждут.

Я посмотрел на Кащея, затем на своих спутников. Скрипач понимающе кивнул и, подхватив Батона «за две точки», ловким броском отправил его в портал, подождал пару, секунд к чему-то прислушиваясь, и прыгнул туда сам.

— Что ж, удачи вам Епиох Моисеевич, — сказал я размахиваясь. — Если что зовите на свадьбу.

* * *

Портал с шумом закрылся, оставив меня прямо посреди какой-то накрытой туманом поляны. Видно было чуть больше чем ни шиша, хотя в этой белесой мгле все же угадывались очертания каких-то деревьев и даже несколько размытые фигуры моих спутников почему-то смотревших вверх. Я автоматически задрал голову и нервно дернул глазом ибо в туманных просветах было видно небо словно состоящее из отдельных кусков каждый из которых мог похвастаться своеобразной инсталляцией: где-то это был торчащий прям из покрытой черными трещинами синевы вагон поезда, где-то кусок высотного дома, озеро, часть парковки, скелет какого-то гигантского существа, огромное окно… Блин, окно, что-то знакомое, я принялся всматриваться в этот кусок мира, но тут тихий голос из-за спины заставил меня нервно дернуть щекой.

— Куда путь держишь, сталкер?

Не, ну твою же кису!

[1] Внимание, перевод «песни охраны» выполнен яндекс-переводчиком и не является литературно-правильным. Так же Минздрав, автор и прочий народ не рекомендуется исполнять его пред знакомыми немцами во избежание культурно-лингвистического шока с их стороны.

Глава 8

Глава про то, как мы все-таки добрались до замка злодея и про отражение в топоре

Анекдоты были настолько бородатыми, что от них зевала даже местная живность, а некоторая впадала в ступор и после пары троек прослушанных, пыталась покончить жизнь самоубийством. По крайней мере пытавшийся подобраться к нам волк-мутант, при очередном повествовании Хриплого, сперва замер, вытаращив глаза, потом пару минут долбился головой в ствол дерева, а затем отобрал у совершенно окосевшего зайца-мутанта сплетенную им минут за десять из травы веревку с петлей на конце и, подвывая на болтающийся над головой фонарный столб, удалился вглубь леса, цепляя ветвистыми рогами за изогнутые ветви деревьев.

— … и тут значит контролер и говорит: «а чего нас бояться», — сталкер хрипло рассмеялся.

Я тяжело вздохнул и посмотрев на своих спутников, которые сидели на бревне, нахохлившись и вытаращив свои дергающиеся зеньки, словно две очумелых совы и, окинув взглядом Хмурого, спросил, указав глазами на дерево за его спиной:

— Слушь, а у тебя там гитара просто так, иль брынькаешь помаленьку?

— А? — сталкер медленно повернул голову уставился на торчащий из-за ствола гитарный гриф, затем буквально одним прыжком перемахнул костер, точно приземлившись пятой точкой на свободное рядом со мной место и сиплым голосом бросил: — Не моя это.

Мы все дружно уставились на инструмент, причем Хриплый через мушку потрепанного во всех смыслах «калаша». Воцарилась такая тишина, что было слышно, как где-то в туманной дали кто-то истошно звал лошадку. Так, стоп, у меня же как раз мысль была, о том, что лучше бы наш проводник пел, а не все вот это… Тогда может… Я решительно встал и не обращая на предупреждающий вскрик Хриплого, подошел к дереву, взял гитару, осмотрел со всех сторон, провел по струнам и вопросительно посмотрел на явно заинтересовавшегося кота.

— Расстроена немного, мяу, — сказал тот, приняв инструмент из моих рук. — Но я быстро.

Он принялся тренькать когтями по струнам, иногда подкручивая колки и о чем-то тихо советуясь со Скрипачём, который, кстати, после перехода, принял свой вполне обычный гномий вид, разве что повыше стал на десяток сантиметров, да обзавёлся роскошной бородой и здоровенной секирой. Наконец кот закончил с настройкой и вопросительно навострил ухо.

— Давай что-нибудь соответствующее обстановке? — сказал я и, покосившись на проводника, спросил: — Тут же можно?

— А? — Хриплый непонимающе посмотрел на меня, затем махнул рукой. — Пусть глотку дерет, не в зоне чай,