"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

Я с умным выражением кивнул тогда, и мы продолжили занятия. Отдышались же все, вот и ни к чему терять время самоподготовки. Но я получил от настоящего воина-рыси прямой ответ — они верят в свой дух.

Я, правда, в трансе слышал радостное рычание, но сомневался, говорил себе, что это может быть побочным эффектом. Отныне сомнения к чёрту. Воины-рыси верят в свой тотем. И я стану воином-рысью.

То есть возьму от тотема всё, что он мне даст. Я не строил иллюзий, мне целых семнадцать лет, и я начинаю с того, что рыси проходят в шесть. Эти двое меня просто используют. Тотемные считаются магами и могут вызывать на дуэли. Со шпагами близнецы займут в клане положение, и клан станет ещё зубастее.

Только это же мой клан, моя дружина. Я просто обязан работать над их боеспособностью. И не бывает в жизни одностороннего использования, просто кому-то кажется, что он получает мало. Я же получил спарринг-партнёров, впадающих в тотемный транс. Я вовсю обучался, обучая…

Я долго молчал, боялся ребят спугнуть и оттачивал то, что преподавала Катя по воскресеньям. Но всё-таки задал вопрос, с которого и должен был начать:

— Вам, наверное, смешно? Великовозрастный балбес силится стать рысью…

— И просто делает рысей в трансе! — неожиданно улыбнулся Степан. — Ты всё ещё думаешь, что тотем тебе не помогает?

— Просто духу рыси лень проникать в тебя полностью, — добавил Пётр. — Ты ведь и так справляешься.

— Но я проникаюсь уже духом на двадцать минут! — воскликнул я.

Ну, к моменту разговора я успел несколько улучшить показатели. По полчаса на вход и выход, двадцать одна минута в тотеме.

— Ты садишься на колени и призываешь дух рыси? — уточнил Стёпа. И Петя радостно его дополнил. — Так это ты его призываешь! Тащишь к себе! А в схватке ему оно нафига?

— Ты ещё мало веришь в тотем, — серьёзно сказал Степан. — Пойми, у него своя воля, он сам принимает решения. Научись его уважать.

— Угу, — проговорил я безрадостно.

Опять я понял, что ничего не понял. Петя и Стёпа, глядя на меня, стали серьёзными и перешли к разъяснительной беседе.

— Давай-ка вернёмся к первому твоему вопросу, — молвил Пётр. — Ты уверен, что тебе не пройти путь, который мы начали в шесть?

Я грустно кивнул.

— А теперь спроси себя, почему мы начинаем в шесть, — сказал Стёпа.

Я поднял на него насмешливый взгляд и проговорил:

— В шесть люди уже понимают слова?

— Нет! — ответил Стёпа. — Просто шестилетку иногда нужно заставлять посидеть спокойно!

Моя физиономия неожиданно расплылась в улыбке.

— Заставить — тут ключевое слово, — серьёзно молвил Пётр. — Мы начинаем, когда нас ещё можно заставлять.

— В твоём возрасте это почти невозможно, всё зависит только от желания, — проговорил Степан. — У тебя столько желания, что ты с нашего знакомства прошёл путь в четыре года.

— Только в десять нам наставники говорили, что в духа рыси мало верить, — поднял палец Пётр. — Его следует уважать, стремиться его понять.

— И мы даже сейчас в трансе не совладаем с нашими наставниками, — с улыбкой сказал Стёпа. — А ты? Гоняешь нас тут шпагой!

— Первый раз в схватке мы свалились в транс в двенадцать, — благодушно проговорил Пётр. — Просто ещё немного потренируйся. А теперь, кажется, отдохнули?

Мы вернулись к своим поединкам, и я долго ни о чём не думал. Просто забыл о разговоре. Ну, спросил я, мне что-то ответили. Никто не может мне соврать, но могут же близнецы искренне заблуждаться? Я им не поверил, просто не хотел…

А показатели мои стали расти быстрее. Мне требовалось всё меньше времени, чтобы наполниться духом рыси и дольше я в нём находился. И вот свершилось! В воскресенье я прямо в схватке свалился в транс и разделал шпагой Мухаммеда. Правда, выходить из транса пришлось, как обычно, сидя на коленях. Тогда-то я и припомнил разговор с близнецами.

Но я немного забежал вперёд. Параллельно с тотемным развитием происходили интересные события.

* * *

На той же неделе, когда в понедельник пришли рыжие признаваться, в четверг последней парой у нас случилась практика на танках. Переоделись мы в танкистские комбинезоны, и инструкторы разделили нас на экипажи.

Командовать и через круг заряжать пушку в нашем танке должны Коля с пятого курса и Дима с четвёртого. Я буду рулить, а стрелять мой кузен Миша. В целом хороший подобрался экипаж, почти нормальный.

Стоим в готовности «смирно», ждём команду «по машинам» и любуемся командующим уроком инструктором и гостями его. Рядом с военным один худой и в сером пальто склонился у кинокамеры, уже навёл на нас и танки, а другой тип обычной комплекции и с усами, тоже в сером пальто и в чёрном берете, что-то ему вполголоса говорит.

Военный сначала попросил штатского заткнуться и громко обратился к нам:

— Кадеты! Эти двое хроникёры! Пожалуйста! Не нужно их непременно давить! И стрелять в них лишнее! Они с разрешения ректора просто снимут танки и ваши дебильные рожи! Постарайтесь не обращать на них внимания!

Инструктор взял паузу для усвоения информации и скомандовал:

— По машинам!

Мы привычно кинулись к танку. Всё-таки как хорошо быть водителем! У меня отдельный люк. Устроился я за рычагами, запустил двигатель и временами немного добавляю оборотов, чтобы послушать его рычание.

В шлемофоне щёлкнуло, заговорил командир Коля:

— Экипажу доложить о готовности.

Мы согласно регламенту докладываем, я первый. Даже если пушка не стреляет или нет снарядов, удирать лучше на танке. Коля всех выслушал и обратился ко мне:

— Водила. Давай за пятёркой с походным интервалом.

«Пятёрка» — это просто танк с цифрами «05» на броне. У нас, как нетрудно догадаться, «06». Подождал я, когда соседняя машина выйдет вперёд и начнёт поворот, плавно отпустил сцепление и дал двигателю газу.

Если кто не понял, это было первое упражнение урока. И лишь через два месяца оно стало простым. Дальше веселее, только следи за обстановкой, слушай машину и жди команды командира.

Занимаемся себе. Командир временами орёт:

— Дорожка!

Выжимаю сцепление. Тот же голос в шлемофоне:

— Выстрел!

Через томительную секунду в наушниках резкий щелчок и всё равно слышимо сотрясается орудие и вся машина.

Командир орёт:

— Водила! Стоп у пригорка!

Сам догадайся, у