"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

некоторые маги и даже бояре отдают земли пожизненно и отказываются в пользу Артёма от ренты, за что тот даёт им деньги. А если маги и бояре московские, без затей продают ему земли.

Откуда у него деньги? Снова никаких тайн! Эти фунты открыто дают взаймы священникам англичане под земли, которыми Епархия типа не владеет, а Тёма может продать только Москве или её боярам и магам.

Но все верят Епархии, даже британцы, а фунты всё равно так в Европе и остаются. Новые их владельцы, используя британские и американские прокладки за долю малую, вкладываются в Европу под её сумасшедшие проценты.

Ох, слишком много магов и бояр переводят активы в Европу. Они согласны с Тёмой, только немного наоборот — ставят на противника Гардарики.

Кстати, деньги не столько британские, но американские толстосумы как бы не в курсе. Ну, не суть, что имеем в результате? А раскручивается финансовая афёра типа пирамида, которая завязана на Тёме лично. И вере в обязательное нападение Европы.

Сам князь его не исключает, хотя и не считает неизбежным. Но Артём же собой олицетворяет именно веру в неизбежность нападения. Поддержать его? Вот после всего, что он наговорил!

Хотя его слова — просто слова. Они ничего не стоят. Готов Вениамин поставить на Артёма, войти в его дело? Однозначно нет. Князь считает, что он и ему подобные могут вести с Европой переговоры сколь угодно долго, они же все цивилизованные. Пусть это происходит целую вечность. Лучше ведь говорить, чем воевать.

А заявления Артёма сильно осложняет переговорную позицию с европейцами. Как говорить, что мы им верим? Как крутить им мозги? Как корчить из себя оленей? Если волка прямо в морду назвать волком, он тут же и атакует!

Нет! Поддерживать Артёма нельзя, пусть его мнение остаётся частным. И европейцам ткнём — видите, до чего вы довели наше общество? Натурально до истерики!

Ну, пока ничего другого не остаётся. Артёму просто так рот не заткнёшь, он всё-таки московский боярин. Эх! Жаль, что нет у Вениамина специалистов! Был Дима…

Ладно. Тёмку следует признать экстраординарным случаем, и меры к нему требуются нерядовые. Любая московская газетка должна помещать официальные обращения князя и гордумы, а также обязана публиковать частное мнение князя в одной статье не более, чем на один разворот.

Правда, Веня столько и не напишет. Если честно, он и не собирался писать сам. Князь просто накидал распоряжение секретарям написать от его имени статью и перед публикацией обязательно принести её для правки. Тезисы статьи:

Нападение Европы на Гардарику властями не исключается, потому с европейцами идут переговоры.

Позиция Артёма Большова сильно переговоры осложняет.

Сам князь не может вызвать кого-то на дуэль, однако Вениамин с удовольствием сделал бы для Тёмы исключение.

В любом случае, Князь Москвы Вениамин будет считать другом всякого, кто порешит Большова на дуэли.

Вениамин убрал ручку в подставку и, нажимая кнопку на селекторе, дабы вызвать секретаря, успел подумать, что это даже хорошо, что очень немногие знают, каково быть его другом…

* * *

Кате не надоело одолевать советы от моего имени, правда, на другие уже темы. И действительно, почему бы не обнародовать статистику по некоторым вопросам? Сами засекретили, вот пусть теперь с Катей мучаются, а мне её визиты лишь за радость.

Подписывал я бумаги «где галочка» и слушал её, что сегодня Рождество, 25-е хмуреня, а вчера был Сочельник. Так она с Авдеем, Мухаммедом, Клавой и Надей стояли всенощную в Соборе Василия Блаженного с одиннадцати почти до двух. Такая лепота и благость! Очень жаль, что я не видел.

Я подписал последнюю бумажку и полностью с ней согласился. И не соврал ведь! Действительно бы посмотрел, но как-нибудь дистанционно. С наступлением эпохи интернета обращайтесь с записями.

Она всё-таки почувствовала какую-то недосказанность и нахмурилась, мага её уровня трудно обмануть. Вот хмурую Катю я расцеловал в обе щёки, и сердитая она, прихватив документы, вышла из ректората.

Я тоже покинул помещение и, упругим кадетским шагом направляясь в столовку доедать второе и допивать компот, думал, что удачно я крестился. Церковь освобождает воинов и приравненных к ним кадетов от постов и соблюдения праздников.

Только дома пришлось выделить комнату под молитвы и купить иконы, чтобы не таскаться по воскресеньям в храм. Катя и без меня сходит. Не нравится ей, что я слишком отрешённый и крещусь редко.

А когда, спрашивается, креститься, если вход в транс у меня десять минут, да в трансе сорок, и ещё на выход десять минут отдай и не греши! Вот и крещусь до и после, то есть через час.

Зато перед сном не стою на коленях, но Катя всё равно чем-то недовольна. Наверное, догадывается, как я молюсь — на неё прямо не угодишь! Молюсь же! Чем транс принципиально отличается от молитвы? И с крестным знамением оно точно легче переносится.

Я пришёл в столовку, сел за своё место и, приступив к остаткам остывшего второго, грустно вздохнул. Каково ещё в походе мне будет! Нелегко на свете быть воином-рысью…

Ну, я в бою уже впадаю в тотемный транс, теперь всё — воин-рысь.

Петю и Степу можно только пожалеть. Но они же сами того и добивались? Тем более недовольства на их рысьих мордах я не заметил. Тяжелее всех моё крещение далось Авдею и Мухаммеду.

Они прям как больные меня упрашивали, чтоб я не крестился. Им же придётся креститься со мной, или обоим возвращаться в дружину, чего мы все вместе сильно не желали.

Я на них буквально наехал, в чём же дело! Клава и Надя ведь только поморщились немного, но выразили готовность следовать за боярыней. Так эти двое оригиналов признались, что всё упирается в исповедь.

Магу никто в глаза соврать не может, а отвечать на прямые вопросы священника они не станут. Быстрее вскроют себе животы. Я тогда почесал в затылке, причина мне показалась важной.

Поехали мы в обитель к наставнику — назначили уже крепкого мужика с цепкими карими глазами и ястребиным профилем. Он нас почти сразу принял, и я изложил проблему. И от себя добавил, что крещение мы примем только вместе. Или вообще не примем, всё отменяется.

Отец Никодим, так звали наставника, нахмурился и сказал, что таинства не принимаются частично или понарошку. Крещение принимается полностью, к нему нельзя принудить…

Но и исповедь тоже добровольная. Грехи каждого лишь его ноша. Если кто не желает от каких-то освободиться — его выбор. Готовы ли Авдей и Мухаммед