Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

жители лишь хихикали, когда видели отряды виконта в своём бывшем городе. У них-то всё было хорошо, и с погодой, и с урожаем и ещё много с чем. Помогал, когда попросят, разумеется, не просто так, но и не задирая цену.

И всё так бы и продолжалось ещё не одно десятилетие, если бы не зависть людская.

Слишком уж сладко обо мне заговорили те, кого я на свою землю принял. Нет, они не врали, но иногда правда бывает хуже, чем выдумки.

Стоило распространиться слухам, что под Чернокнижником обычным людям жить намного лучше, чем на землях Императора, и я стал ВРАГОМ! Завистники меня им сделали. Как Одарённые, так и нет. Не знаю, что обо мне Императору наговорили недоброжелатели, но однажды я увидел полсотни палладинов, с дюжину могучих церковников, отряд Инквизиции и четыре звезды боевых магов. Все они явились по мою душу.

Согласитесь, неплохо они мои возможности расценили, и не скажу, чтобы не по достоинству.

Так-то, я мог бы их всех ещё в период подготовки к выходу в мою сторону попробовать размазать по полю, а потом подумал — а что это мне даст? Эти уроды точно не успокоятся, раз получили команду на моё уничтожение. Просто в следующие разы их будет всё больше и больше, а у меня вокруг Башни люди живут, и их много. И пусть мне пофиг, могу и повоевать, но народ, который в меня поверил, начнёт страдать, когда здесь регулярные боевые действия начнутся.

Лучше уж мне по-быстрому свалить, а в качестве непонятки выдать легенду, что я за всеми продолжаю следить. Тогда хрен кто к моим жителям просто так сунется. Вовсе не удивлюсь, если мои горожане сами на легенду поработают, кого-то втихаря замочив, из числа самых оголтелых.

«Переселение душ» — ритуальная магия, недоступная стихийникам и церковникам.

Зачем мне глупая битва, если можно её избежать и тихо исчезнуть? Вот прямо сейчас перееду в чьё-нибудь тело, и там тихо замру, завершая свои исследования. Так-то, они у меня на Всемирное Открытие тянут. И нет — я не хвастаюсь.

Ещё ни один маг моего мира не смог понять, как нам можно проникать в открывающиеся Пробои. Не в те каверны, что появляются у нас на земле, а дальше, в мир их владельцев.

А вот у меня такое начало получаться, но мне были нужны дальнейшие проверки и испытания.

Исходил я из того, что одной обороной войну не выиграешь, а раз так, то люди должны знать, откуда к ним Твари прут, и почему они к нам могут попасть, а мы к ним нет.

И всё бы хорошо у меня с Переселением Душ вышло, если бы под самый конец ритуала не начался Магический Шторм. Напасть крайне редкая, случающаяся раз в пять, а то и в семь лет, но в это время так причудливо работает магия, что пользуются ей во время Шторма лишь самые безбашенные маги. А у меня выхода не было, ритуал был запущен, и осмелься я его прервать, меня, скорей всего, просто в пыль разорвёт. Силы-то уже было влито немерено и ей нужно было дать выход.

То, что меня ритуал закинул куда-то не туда, я понял быстро. Как только увидел местный транспорт. У нас в Империи самым большим и пафосным наземным транспортом считалась парадная карета Императора. Этакий позолоченный дом на восьми колёсах, с упряжкой в дюжину белоснежных красавцев — коней, каждый из которых стоил целое состояние. А здесь…

— «Поезд… Четыре вагона с рельс сошли и упали в овраг… Твари насыпь подкопали, а ночью сильнейший ливень подкоп размыл…», — всё это я успел подслушать, пока пялился на невиданные ранее коробки, которые стояли железными колёсами на полосе из металла.

Вскоре меня куда-то погрузили, я почувствовал укол в предплечье.

Очнулся в больнице. Вот вроде и мир другой, и всё вокруг незнакомо, но запах больницы сложно с каким-то другим перепутать. Воняет кровью, лекарствами, дешёвой едой и тем особенным амбре, которое характерно для больных. Здесь его попробовали приглушить чем-то приторно-сладким, но вышло так себе. По мне, так даже хуже сделали.

Впрочем, незаметно оглядев соседей, понял, что их запах волнует меньше всего. Ценное наблюдение, между прочим. Теперь буду знать, что обоняние у аборигенов весьма посредственное. А вот и первый вопрос возник — а мне тогда такое счастье откуда досталось? Обоняние — его же никак Переселением Душ не объяснишь. Вроде, как оно к способностям организма должно относиться, если я не ошибаюсь.

Угу, вот такие мы — чернокнижники. Нам только дай над каким-то вопросом задуматься, так мы целый цикл исследований проведём, чтобы до правды докопаться. Ладно, отставить думать про запахи, мне ещё нужно сообразить, в кого я попал и как с этим жить, чтобы внезапно не спалиться.

Косить буду на потерю памяти. Голову я уже ощупал, и она вся в бинтах. Одно радует, речь я понимаю, значит и говорить смогу, или научусь, на худой конец. Естественно, следующим было исследование половой принадлежности. Уф-ф… парень.

Осмотрелся ещё раз. Вокруг меня лежат трое, я четвёртый. У двоих какие-то трубочки к рукам присоединены, и судя по стеклянным пузырькам, что на стойке закреплены, в больных что-то закачивают. Интересное решение. Незнакомое. Разбираться не стал. Позже. Мне сейчас куда важней понять, что за тело мне досталось и как у него дела с магией обстоят.

Вытащил руку из-под одеяла. Рука, как рука. Пальцы в меру длинные. Запястье крепкое. Пощупал мускулатуру — не ах, но на первое время сойдёт. Рост достоверно оценить не смог. Зато руки и ноги на посыл к движениям отзываются, значит, не инвалид.

— А что у нас с магией? — чуть ли не вслух задал я вопрос, переходя к сладкому.

Хм… А вот с магией так себе дела обстоят. Резерв Силы… я эту косточку от вишни едва нашёл, и судя по её блеклому цвету, в настоящее время резерв почти что пуст. А уж энергоканалы и вовсе ввергли в уныние. Их было чрезвычайно мало, и они… нитевидные? Вот, пожалуй, самое мягкое слово, которым я смог их обозвать.

— Егор Павлович, у нас Соколов из тринадцатой очнулся! — увлёкшись, не обратил я внимание на скрип двери, в которую заглянула девица, в туго обтягивающем её белом халате.

Лишь когда она голосить начала, посмотрел.

— Иду, голубушка, иду, — послышался издалека ещё один голос.

Врач оказался невзрачным мужиком лет сорока. Он прослушал меня через