"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Они не умирали. Никогда. Весь их геймплей был построен на том, чтобы качать уровень, выполняя самые безопасные квесты, и участвовать только в тех битвах, где их шансы на выживание были стопроцентными.

Они копили бонусы за «бессмертную серию» — специальный скрытый механизм игры, который за длительное время без смерти награждал игрока щедрым прибавлением к характеристикам. Иван в душе жалел, что сам не додумался до такого в своё время, но что поделать — он был танком, а они всегда были в гуще сражения, и от этого нередко летали на возрождение.

Если бы кто его сейчас спросил, то Иван бы ответил, что в целом… его всё устраивало. Работа была несложная, платили исправно, без обмана, что ещё желать?

Да, временами он грустил, вспоминая Степана и Дарину — тех людей, дружбы с которыми он моментально променял на благополучие своей семьи и членство в этой группировке, но положа руку на сердце, нынешняя стабильность стоила тех угрызений совести. По крайней мере, так он думал.

Всё изменилось на очередной планерке, когда Давид, развалившись в своём дорогущем кресле, бросил ленивым голосом:

— Значит так, народ! У меня получилось перехватить квест от светлого храма, и если мы его выполним, то наш город получит официальный статус, и все плюшки, которые идут с ним в комплекте! Нужно всего-то найти и обезвредить лазутчика Тьмы, который оскверняет наши земли.

Иван вполуха слушал этот пафос, предвещающий очередную показуху. Найдут какого-нибудь несчастного игрока низкого уровня, который выбрал тёмную расу, и устроят над ним показательную расправу. Он уже мысленно готовился к очередной скучной миссии сопровождения, как вдруг слово взял один из штатных сканеров гильдии, парень по имени Маркус:

— По предварительным данным, — сказал он, — лазутчик действует не один. У него есть сообщница, и мы уже смогли узнать её игровую личность. Это игрок по имени Ждульетта, и её совсем недавно взяли под стражу наши соседи, однако каким-то мистическим образом ей удалось сбежать.

Услышав этот ник, Иван почувствовал, как пол уходит у него из-под ног. Ждульетта. Это же ник Дарины! Он бы узнал его из сотен тысяч, а значит лазутчик… это Степан. Сто пудов. Это было в его стиле — найти какой-то свой, уникальный, отличный от всех путь и будоражить этим всю общественность.

С этого момента Иван слушал уже не вполуха, а внимательнейшим образом впитывал каждое новое слово. Он узнал, что за голову Степана дают неслыханную награду, что на его поимку уже поднялись несколько крупных гильдий Света, и что это не просто очередной квест, а самое настоящее дело принципа для высших сил фракции.

Иван сидел с каменным лицом, как и подобает опытному телохранителю, но в его мыслях бушевала буря. Ради денег и ради безопасности он предал друзей один раз, и теперь судьба давала ему шанс… Исправить совершенную ошибку.

Теперь ему надо было придумать как помочь им и предупредить, тем самым поставить на карту всё: игру, благополучие, а самое главное — реальную безопасность собственной семьи.

Он наблюдал, как Давид с горящими глазами строит наполеоновские планы, раздаёт указания, хвастается будущими подвигами… И уже не видел в нём наглого, но безобидного мажора. Он видел смертельную угрозу для своих старых друзей. Цена ошибки была слишком высока, но и цена бездействия, похоже, стала неприемлемой.

Джон Демидов

Рассвет Эринии V. Воцарение тьмы

Глава 1

Новые плюшки

Интерлюдия: Бункер ZX12–39. Глубокой ночью.

Молодой лаборант Пётр Игнатьев остался один в стерильной тишине идеально чистой лаборатории. Цифры на электронных часах показывали три часа ночи, основная смена давно разошлась, но его грызло упрямое желание доказать свою состоятельность как исследователя, поэтому сна не было ни в одном глазу.

Перед ним в прозрачной капсуле находился очередной подопытный — донор, чьё сознание было подавлено препаратами, а тело подключено к множественному массиву датчиков.

Задача перед ним стояла стандартная — извлечение и стабилизация специфического нейрогена, проявляющего активность при интенсивной виртуальной стимуляции. К сожалению стандартные методики давали ничтожный выход продукта, но других вариантов у них не было, поэтому приходилось довольствоваться крохами, которых, конечно же, не хватало для запланированных манипуляций.

Неожиданно в голову Петра закралась самая настоящая еретическая мысль: «А что будет, если не стабилизировать ген, а наоборот — резко дестабилизировать его с помощью контролируемого шока, а затем „поймать“ в момент наивысшей активности?»

Теория была невероятно рискованной, и противоречила всем известным протоколам, но его ум, уставший от рутины, жаждал прорыва.

— Чёрт с ним, с протоколом, — пробормотал он, сжимая в потных ладонях шприц с адреналиноподобным катализатором.

— Если получится — меня заметят и оценят, а если нет… Ну, спишут на обострение какой-нибудь болячки у донора, и чёрт с ним. Их здесь десятки.

С дрожью в руках он ввёл препарат в специальное устройство, и стал ждать результата своих действий. Эффект был практически мгновенным и ужасающим. Тело в капсуле затряслось в конвульсиях, а датчики зашкалили, после чего по лаборатории разнёсся тревожный писк.

На лице подопытного, обычно безразличном, застыла маска нечеловеческого страдания и боли. Пётр с ужасом наблюдал, как жизнь покидает человека, и если честно — был на грани того, чтобы отменить эксперимент, но именно в этот момент он увидел на мониторе то, чего ждал. График активности гена взлетел до небес, образовав идеально чёткий, стабильный пик, прежде чем окончательно обрушиться в ноль.

Подопытный был мёртв, но у Петра получилось! Он нашёл ключ!

Чувство триумфа смешалось с леденящей душу горечью и страхом. Он только что убил человека ради данных, но разве наука не требует жертв?

Он был всего лишь донором, и его судьба и так была предрешена. — попытался убедить себя Пётр, после чего дрожащими пальцами набрал номер своего непосредственного начальника, доктора Семёнова. Тот ответил после пятого гудка, сонным, раздражённым голосом:

— Петя? Ты вообще в своём уме⁈ Ночь глухая, а ты мне тут трезвонишь!

— Доктор, простите за беспокойство! — запинаясь, начал лаборант. — Но у меня… получилось! Я нашёл способ! Выход продукта увеличен на семьсот процентов!

На той стороне провода повисла тяжёлая пауза.

— Ты серьёзно? Каким методом получилось достичь такого эффекта? — голос Семёнова мгновенно прояснился, и в нём появилась не шуточная заинтересованность.

— Я… применил шоковую стимуляцию. Катализатор серии «Дельта». Подопытный… не выдержал, но данные… Они бесценны!

— Не выдержал…